Параллельные миры

POV Китнисс Мое сердце пропускает тысячи ударов, а руки не слушаются и начинают подрагивать. Все люди стоят, словно вкопанные, женщины бросились к своим мужчинам, их плач заполнил все вокруг. Я перевожу взгляд на Прим, и прижимаю утенка к себе. Фронт ей не грозит, но война никогда не щедила. Она поглощает все вокруг себя, прекращая в пепел и изменяя мир, в какую сторону? Это уже зависит от нас. Сестра прижимается ко мне, словно в моих объятиях ей ничего не грозит. - Папа тоже уйдет? - спрашивает она. Наш отец самый главный по безопасности в верхнем мире, поэтому война не обойдется без него. Он будет тем, за кем люди пойдут. - Да. Девочка утыкается мне в живот и начинает плакать, я сразу же отстраняю ее и беру лицо в свои руки. - Но с ним ничего не случится, слышишь? Все будет хорошо. Она лишь кивает и снова обнимает меня. В толпе появляются миротворцы, они подходят к мужчинам и буквально вырывают их из объятий своих детей и жен. Мужчины начинают бить миротворцев, выкрикивая что им необходимо попрощаться, но они не слушают. Эти люди словно сделанны из куска железа и сердце у них искуственное, которое не чувствует человеческой боли, сострадания. Миротворцы прежде чем поступить на службу проходят ужасные курсы подготовки, после них онт становятся уже чистыми роботами. Которые и могут только делать что им велено. Отец быстро подбегает к нам и выводит из толпы. - Итак, девочки, вы у меня уже совсем большие и справитесь со всем, да? - со слезами говорит отец. Давно не видела его слез, ведь одна мужская слеза стоит уйму страданий и мучений. Эти существа не любят показывать свою слабость, а слабостью папы являемся мы с Прим. - Но, я же могу пойти на фронт. - Что? - Я смогу пойти воевать, - повторяю я. - Китс, - ласково называет меня папа и запрявляет выбившуюся прядку волос за ухо, - ты еще слишком мала. Война - это самое страшное что только можно испытать в жизни и добровольно туда идут только дураки. - Дураки? А что же нам внушают что нужно защищать свою родину? А? Почему в школе об этом только и говорят? - Китнисс, я не отпущу тебя. У нас и так защитников множество, пусть они борятся. Но своих девочек я не отправлю в пекло войны, никогда. - Мистер Эвредин, - доносится до нас настойчивый мужской голос, - пора... - Ну все, будьте умницами, а я скоро вернусь, - шепчет папа, словно уходит на час, - Позаботься о сестре. Я киваю и чувствую на себе легкое прикосновение губ отца, которые покрывают мой лоб. Ну вот и все... И я, и отец знаем что эта встреча возможно последняя в нашей жизни. Только голубые глаза Прим горят надеждой, когда мои наверняка светятся отчаянием. Но я не буду сидеть в тылу, я должна так же вступиться за родину, это мой гражданский долг. Я пойду на фронт в качестве медсестры, а Прим пойдет со мной. Я не брошу своего единственного дорого человечка в этом мире. В этом мире... А вот в другом живет еще один, не менее важный для меня человек. Как он там? Что случилось? Сердце снова отбивает бешенный ритм, Пита призвали, уверенна. Ведь нижние наверняка будут давить на свою численность, а мы на свое оружие. Только это не равный бой... Холодные пушки, против человечских жизней. Беру ладошку Прим в свою и тяну на площадь, где наверняка собираются добровольцы, ведь там и проходило собрание. Так и есть, множество людей стоят с поднятыми руками вверх, а одна дама, с розовыми волосами считает их и что-то пишет в блокнот. - Китнисс? Дочь самого Эвердина? Ты что тоже идешь на фронт? - восхищенно говорит одна из девушек. - Да. Я пойду с вами. Розоволосая улыбается и кажется записывает новую фамилию в список. *** - Китнисс, ты что сдурела? Ты совершенно не знаешь лечебного дела! - шипит Прим. - Ничего, освоюсь. - Ты сумасшедшая, я всегда знала, - с усмешкой говорит сестра и пихает необходимые вещи в свою сумку. Но я даже не сомневалась насколько ужасен вкус войны... POV Пит. Мы с семьей возвращаемся домой, и через час две персоны в военной форме забирают меня и моего старшего брата, давая несколько минут, чтобы проститься с матерью и родным братом, которому всего 14. Ему повезло и я несомненно рад, что он остаётся с мамой. Я смотрю в глаза матери, наполненные тревогой и печалью. Трудно, наверное, отпускать сына на верную смерть. Из её красивых глаз не текут слезы. Это радует меня. Не люблю, когда плачет мама. Я обнимаю её, крепко-крепко, как только могу. Чувствую тепло, которое она всегда дарила мне, и слабая улыбка появляется на лице. Так же обнимаюсь и с моим братом, поручаю ему охранять мать. Я переживаю за них. Очень. Что и как они будут? Отца забрали прямо с площади, а мне дали возможность попрощаться с родными. Стараюсь надеется на хорошее. - Береги себя, - говорит мама и с её голубых глаз течёт прозрачная слеза. - Пора, - говорят солдаты и указывают на дверь. В голове лезут только плохие мысли, и ничего хорошей в этой войне я не вижу. Война всегда погибшие от пули люди, ужас, страх за родных и боль. Война не выход, но что я могу сделать, когда я один против всех? Кто позволит мне остановить схватку между мирами? Никто. Нужно смириться. В моей душе, как будто проделали черные дыру, глубокую, наполненную пеплом моих погоревших фантазий о счастливом будущем с Китнисс. Она с верхнего мира, а я с нижнего. Война разрушила наше счастье, теперь нам не быть вместе. Невозможно. У нас не будет общего большего дома. Мы не зажжем камин одиноким вечером, и не поведем нашего первого ребенка в первый класс. У нас ничего не получится. Надежды рушатся. Грусть все чаще протыкает сердце неприятно колкими иглами, заставляя меня прибывать в печальном настроении, но пора взять себя в руки и хоть что-то сделать за честь своего мира. Тем более, что нас осквернили. Я готов воевать, готов быть солдатом. Меня, моего брата и ещё несколько парней из этого района усаживают в военную машину и увозят на военную базу. По дороге я не с кем не разговариваю, хотя знаю большинство из этих ребят. Все мысли о ней. О Китнисс. Как она сейчас там? Что происходит с ними? Ей не угрожает опасность? Нас довозят до пункта назначения. Небольшой комплекс зданий, окруженных высоким ограждением. Здания довольно большого размера, здесь, скорее всего, умещается вся военная техника. Военные планолёты, склады горячего оружия, ядерные бомбы. Я уверен, что наш комплекс составлял бы очень малую часть от снаряжения Верхнего мира. В этом плане, мы очень проигрываем. У них больше привилегий в оружие. Всё те же двое мужчин проводят нас до раздевалок, где нам выдают форму для каждого одного размера – это сверхпрочный комбинезон, поэтому мне он приходится немного большой, и я аккуратно подрезаю рукава и немного отрезаю от штанов. Поверх комбинезона надеваю прочную черную броню и натягиваю тяжелые сапоги, а на голову шлем с защитным стеклом, через который плохо видно. Солдаты командуют, чтобы мы одевались быстрее и что на подготовку у нас есть не более 2 часов, поэтому я ускоряюсь. Рик тоже расстроен тем, что нас призвали на войну. Он был старшим братом и нашей опорой. Теперь мать одна с нашим младшим братом, и мы беспокоимся за них. Нам удалось поговорить с Риком совсем не долго, минуты 3 перед, тем как нас привели сюда. Он говорит, что мы должны быть храбрыми и не сдаваться. Но откуда такая забота и советы, я не понимаю. С моим братом мы не были в хороших отношениях. Когда я родился, всё внимание, естественно, ушло мне, и Рик был обижен. Понимаю его. Нам выдают каждому оружие и отправляют на инструктаж, который проводит командир Богсс. Это лысый, чернокожий мужчина средних лет. Раньше я никогда я не видел, наверное, он занимается только военным делом. Там кратко и четко объясняют всё, что от нас требуется. Не проходит и полу часа, как нас снова перевозят. На этот раз нас отвозят на границу нижнего и верхнего миров. Но вот незадача. Белый мир всегда может отключать гравитацию, у них есть специальная техника и приборы, а у нас были когда-то такие же апартаменты, но они не выдержали долго и накрылись. А также, как сказал командир, все физики из нашего мира, заняты созданием нового оружия, поэтому они не могут отвлечься. Теперь мы не знаем, как попасть наверх и принять войну. Придётся ждать их нападения и просто обороняться, но это не выгодно. Лучшая защита – нападение. Тогда я предлагаю свою кандидатуру Богссу. - Командир, Богсс, я знаю, как можно спроектировать прибор для отключения гравитация, у вас есть некоторые запчасти? – я перечисляю ему список запчастей, которые нужны, чтобы собрать такую машину. Чернокожий удивляется моим познанием, но сообщает, что это всё есть на базе и меня перенаправляют туда в сопровождении командира Пэйлор. Женщина средних лет, помощница Койн. Мы приезжаем на базу, где мне выдают оборудование и запчасти. Мой прибор был собран, немного из другого, можно сказать мусора, а здесь всё новое. Меня это радует и вдохновившись я собираю прибор, тратя на него больше часа и мы понимаем, что у нас остается мало времени и загружаем прибор, не проверяя его действие. Приехав обратно, Богсс сообщает, что на проверку времени у нас нет, нужно действовать быстро. Они благодарят меня за помощь. Я включаю машину, но что идёт не так, она барахлит пару минут , потом гаснет и замолкает. Я проверяю всё заново, и вижу, что неправильно соединил некоторые провода, быстро переделываю, и машина начинает работать. Нашу армию поднимаем вверх. Практически три тысячи солдат парят в воздухе. Оказавшись в Верхнем, мы тут же отключаем приспособление и падаем вниз. Сюда попали немногие, скорее всего больше тысячи и это очень плохо, как говорит нам Богсс. Не медля, оглядываюсь и ищу Рика. Он тут. Слава богу. Всё идет своим ходом. Нужно нападать. Я пойду в бой. Мы пробегаем вперёд, но улицы Белого пусты. Не единой души. Пустые дома, пустые улицы, не единого звука. Что происходит? Мы будто в ловушке. Через пару секунд мои уши закладывает громкий звук взрыва. А потом ещё пару взрывов. Они громкие и протяжные. Уши закладывает, и я практически ничего не слышу. Мой мир превратился в глухую картинку. Я испуганно смотрю по сторонам. Волнение подступает к сердцу колючим комом. - Они начали бомбить наших, - отдаётся в голове глухой крик Богсса.