Остатки

Я не позволю рассматривать мое сердце под микроскопом. (Оскар Уайлд - Картина Дориана Грея) После ухода этой суки, я пролежал в непонятном забытьи с час. Может с два. Я совершенно не разбирался во времени. Все плыло. Голова абсолютно не соображала. Хоть как-то успокаивал тот факт, что меня отпустило от той гадости, которую вкололи. Так плохо. Жутко тошнит, в теле ощущается противное покалывание до растекающейся слабости. Руки ноют от тугих наручников. Пол и потолок словно поменялись местами и я вместе с ними. Кажется, что сердце пропускает удары, уклоняясь от нормы работы из-за недавней перегрузки, а потом, опомнившись, судорожно нагоняет временные паузы и бьется с удвоенной силой. - Ну что, как дела у нашей крошки? – задал риторический вопрос вошедший урод, голос которого раздавался в ушах раздвоенным гулом. Даже не знаю, кто это. Я его не узнаю. - Что, двигаться сил уже нет? Я могу снять наручники, но если вдруг попытаешься смыться каким-то чудесным образом, то видишь вон ту штуку? – до отвращения тихо прошипел он, нагнувшись ко мне и указывая на клетку. Перед глазами все крошилось, но я сразу понял, что в клетке маленький, жалобно мяукающий, дорогой комочек. Я смог только мотать головой из стороны в сторону. Это уебище перевернуло меня на живот и поставило на колени. Я понял, что теперь сопротивляться бесполезно. Я не позволю им издеваться над существом, которое ни в чем не виновато. Он вставил мне пальцы. Короткий сдавленный крик остановился, так и не распространившись по всей комнате. - Вот и все. - Что это? – спросил я, чувствуя покалывание. - Это малюсенький биохимический чип, который рассосется. Он на случай, если ты все-таки решишься сбежать. Если это произойдет, то эта мелкая тварь сдохнет. Ошейник на его хрупкой шейке сомкнется и сломает ему позвонки. Думаю, этого достаточно, чтобы ты стал слушать нас и делать все, что мы скажем. Да? – потребовал ответа он, сдавив мне скулы. - Д-да, - прерывисто согласился я, чувствуя себя загнанным в угол. - Вот и отлично, - похлопал меня по щеке и снял наручники. Руки безвольно упали на мятые простыни. Я стал растирать кровавые следы от браслетов. – А теперь будешь меня развлекать. Я с ужасом переварил эти слова, хотя ожидать-то, собственно, и нечего было. - Не бойся, я не буду мучить тебя. Но если ты, сволочь маленькая, не кончишь, я вколю тебе такой сильный препарат, который куда похлеще и хуже той пакости, что мы поставили в первый раз. У тебя от него конкретно крышу снесет, и ты сам будешь, как последняя шлюха, просить о трахе. Ты будешь хотеть его снова и снова. Одного раза тебе будет недостаточно. Тебя будет всего лишь немного отпускать, когда ты кончишь в сотый раз. А если не будешь получать того, что тебе надо, то тебе станет в десятки раз хуже. И это не прекратиться, пока тебе не дадут глушащие лекарства, блокирующие действие этого чудо-препарата, понятно? От страха у меня навернулись слезы, и я тихо всхлипнул. - Ну-ну. Испугался? – утешительно сказал он, проведя рукой по щеке – Все будет хорошо, пока ты будешь хорошим мальчиком. «Не будет. Хуже уже не будет», - мысленно поправил я. Он раздвинул мои ноги, расстегнул джинсы и, соизволив предварительно нанести смазку, вошел. Сорванный в конец голос прорезался ужасной саднящей болью в горле, и я закричал. - Постарайся держать голос при себе. Я спрятал губы и прикусил их. Но при каждом толчке я все еще болезненно мычал, закрывая глаза от разрывающих вспышек в теле. Вспомнились его слова. Мне нужно кончить. Но как это сделать, если даже не стоит? Я же, блять, не мазохист, чтобы кайф от боли ловить. Попытался дотянуться руками, чтобы самому довести себя, но он оборвал мои попытки, прижав их к кровати. Что может быть хуже, что может быть хуже… О чем можно думать? О ком? Я ведь никого не люблю. Никого не хочу. Никто интереса не вызывает. Так, кого я более-менее знаю? Разве что… Киру. Тот, последний вечер. Если его вспомнить. Тогда Кира был особенно добр со мной. И когда мне было плохо, он помог. А что бы было, если бы дело приняло несколько другой поворот? Его губы, ласкающие мои губы, мою шею… Толчок этого урода – это толчок Киры. Руки этой суки – это руки Кира. Я себя ненавижу… Эти мысли действительно помогали. Когда фантазии приняли уже совсем не дружеский сюжет, я кончил, не в состоянии избавиться от зародившегося чувства вины и отвращения. В сердце стало слишком тесно, и оно болезненно выталкивало из себя кровь, точно яд. Скоро кончил и этот урод. Осознание того, что семя этой суки внутри меня, навевала на желание искромсать себя вдоль и поперек, чтобы полностью отчиститься, выбросить разъеденные внутренности. - Умница, - хрипло похвалил он, убрав прядь моих волос за ухо, и чмокнув в открывшийся висок. Я зажмурился от липкого омерзения, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Затем эта сука встала и сказала: - Мы решили продать тебя на аукционе. Думаю, за твою мордашку и тело много дадут. Если еще и выдрессировать, цены тебе не будет. - Продать? – переспросил я, надеясь, что все же ослушался. - Угу, - беззаботно повторил он – А насчет своего поганца не парьса. Чип скоро придет в негодность, и паршивца смогут отправить на тот свет с покаянием божием так сказать. «Пропал…» - пронеслось в голове. *** - Десять миллионов! - Тридцать пять! - Девяносто! - Сто! - Сто двадцать! - Сто восемьдесят! - Двести!!! Голоса не смолкали. Похотливые смешки были повсюду. Но Нико ничего не видел. Его поставили на обозрение всем извращенцам, усадив на стул на сцене. Мальчику связали руки за спинкой и, раздвинув ноги, привязали к ножкам высокого стула. Глаза и рот завязали. Он только мычал, сопротивляясь. Пытался дергаться, но к нему подошел парень, похожий на шкаф с горой мускулов и, схватив за волосы, оттянул назад, сорвав еще один крик измученного парня. Такое действие вызвало бурный восторг. Все хотели приобрести этого соблазнительного парня. - Пятьсот, - сказал негромко голос и все тут же замолчали, прислушиваясь. Кто дал такую высокую цену? - Пятьсот – раз! Пятьсот-два! Пятьсот…три! Продано! – громко возвестил ведущий аукциона. Нико еще сильнее забрыкался, поняв, что все, это конец. Он, как мог, вырывался и, сопротивляясь, кричал, но полоса ткани плотно держала его рот, растерев губы до крови. Молодой парень, явно не последнее звено в округе, поднялся на сцену и отдал чек с кодом от ячейки, где хранились деньги ведущему, пребывающему в культурном шоке. Четверо его личных охранников стояли у входа. Двое ждали у машины. Подойдя к мальчику, он остановился и посмотрел на него. Все затихли, наблюдая за картиной. Нико в изнеможении опустил голову, и спутанные волосы упали на лицо. Он смотрел перед собой и ничего не видел, но все же еще пытался что-то расслышать. Хотя бы чуточку. Почему все замолчали? Что происходит там, за этой черной полосой? Парень присел и развязал его ноги. Затем неторопливо, словно специально растягивая момент, снял повязку с его глаз. Ему было жутко интересно узнать, какие они, каков их цвет. Нико тут же посмотрел на теперешнего своего «хозяина». Пылающие изумрудом глаза наемника убивали. Но в них горело неприкрытое отчаяние. Они пугали - эти ярко горящие глаза. Они прожигали. И так притягивали своей открытой яростью и гневом. - Ну привет, - серьезно смотря на него, сказал парень. - Пошел на хуй, - выдавил мальчик. - Не переусердствуй, - приподнял его лицо парень и вытер стекающую с уголка его губ, протянутую алыми каплями, полосу. Нико смерил ладонь презрительным взглядом. - Не трогай меня. - Хах. Мальчик, я купил тебя. Ты – мой, - надменно хмыкнул парень. Они говорили тихо, и окружающие только по мимике могли понять, о чем идет речь. - Ладно, пошли уже, - парень движением руки позвал одного из телохранителей и тот развязал ему руки. Но как только веревки немного ослабли, Нико разорвал их и в одно мгновение оказался за спиной у телохранителя, держа в руках его оружие и приставив его к виску. Все тут же ужасающе вздрогнули. Испуганный гул носился по темному залу. - Вставай, - тыкнул Нико дулом в затылок телохранителю. Тот послушно выпрямился, хмыкнув. Взгляд сохранял свою превосходящую надменность. - Не боишься? – спросил парень. - Боюсь? Ха. Ты, сука, даже не представляешь, что произошло за пару дней. Меня без сантиметра одежды выпнули на сцену, связали. А до этого меня отпиздили штук тридцать отморозков. Позже еще двое изнасиловали, угрожая тем, что мне дороже всего. И теперь меня продали какому-то извращенцу, как последнюю шлюху. Мне уже похер. Была б возможность, заминировал вас всех на хуй, - шипел Нико. Его лицо исказилось в гримасе ненависти. - А теперь посмотри сюда, - победно сказал парень. Один из телохранителей показал клетку с котенком. Пушистый комочек смотрел на него широко раскрытыми камушками и поставил лапку на решетку, пытаясь дотянуться до Нико. - Твари, - прошептал Нико, чувствуя, как рука с пистолетом, до этого ни капли не дрогнувшая, опускалась. - Будь так добр, отдай, пожалуйста, пистолет обратно, - спокойно попросил парень. Телохранитель забрал оружие, и все остальные тут же бросились к Нико, отдавая задолжность в виде жестоких побоев не жалея сил за угрозу своему хозяину. - Прекратить! – повысил голос парень, на миг забыв о самоконтроле. Все сразу же отступились. Нико лежал на полу, прикрыв голову руками. - Тебя и, правда, учить всему надо. Пантера маленькая, - улыбнулся парень, присев на корточки рядом и, взяв его волосы в руку, несильно потянул вверх. Нико не сопротивлялся. Потом участник аукциона отпустил его и, накинув на мальчика один из пиджаков, который нагло стащил с одного из своих верзил, взял на руки. - А ну-ка пошли, чокнутый, - сказал он, вынося теперь уже безвольное тело из зала. *** Мы залезли, а точнее, меня занесли в лимузин. Я сразу пересел на противоположное сиденье и попытался закрыться посильнее пиджаком, раза в четыре шире меня. - Успокойся. Я делать тебе ничего не собираюсь, - расслабленно улыбнулся он, устроив голову на руке и наблюдая за мной, как за затравленным животным. - А для чего же ты меня тогда купил, если не для этого? – прошипел я. - Не знаю. Просто увидел – жалко стало, - пожал плечами парень. Моя бедная челюсть упала. - Не знаешь?! Ты пришел на этот гребаный аукцион по продаже ТЕЛ, и не знаешь, зачем купил меня?! – негодовал я. Но в душе все же был немного рад. Он вроде не похож на одного из тех ублюдков. Хотя он по ходу страшнее. У него в голове редкие тараканы наверняка водятся. - Я знаю, для чего этот аукцион был. Но разве это значит, что ты мне только для удовлетворения своих потребностей нужен? – перевел взгляд на меня парень, доброжелательно улыбаясь. - Значит, секса не будет? – с подозрением уточнил я. - Почему это? Будет, - словно щенка, потрепал меня по голове – но тебя и правда еще многому учить надо. Будешь слушаться, и если мне все понравится, то я отпущу тебя. Моей радости, как не бывало. Мне теперь еще и послушную собачку из себя строить?! Отлично. Но все же, лучше оказаться именно у него. И если ему все понравится, он меня отпустит. Всего лишь нужно начать вести себя… как ни прискорбно это признавать, но теперь я его вещь, а он мой хозяин. Пиздец просто, как ни крути. - Иди сюда, - поманил он меня пальцем. Вздохнув, пересел на одно сиденье, но в противоположный конец – Ты меня так боишься? Я промолчал и стал смотреть в тонированное стекло, стараясь рассмотреть то, чтоо пробегало за его границей. - Тебя и, правда, насиловали? - И накачали всякой гадостью. Афродизиаком и еще какой-то хренью, вызывающей страх, - после паузы ответил я, не поворачиваясь. - Не сладко пришлось. А все из-за того маленького существа. Чем он тебе важен? - А разве мы не должны защищать тех, кто слабее? Тот котенок ничего не сделал и уже получил по полной. Из-за меня, - сдерживая гнев, просветил я. - Ну, он тебя держать больше не будет, - утешительно погладил меня по голове парень. – Как тебя зовут? - Нико, - сквозь зубы выдавил я. - Имя котеночка, - мило улыбаясь, сказал он – красивое очень. Меня зовут Край. Но в твоем случае, думаю, тебе больше подойдет название пантеры. Черненький, дикий и такой напуганный. - Не скажу, что приятно познакомиться, - фыркнул я. Край на это засмеялся. - Действительно. Мы уже подъехали к многоэтажке с французскими окнами и множеством прислуги у двери снаружи и по другую сторону от нее. - Ставьте машину, - холодно приказал он телохранителям и, взяв меня на руки, добавил уже мягче: - Вот и приехали. Нам открыли дверь, и мы оказались в огромной зале с людьми, сидящими на диванчиках, за столиками и у барных стоек. - Добрый вечер, мистер Найт. Вы сегодня быстро вернулись, - вежливо поприветствовал один из слуг. - Да, - коротко ответил он и пошел к лифту. Край жил на двадцать седьмом этаже в огромной квартире, которая занимала весь этаж. Возле лифта был небольшой холл, который не входил в площадь квартиры. А вот и все остальное… Неслабо. - Сразу секс или будут какие-то особые пожелания? – выдавил я, облокотившись на стену. - Я думаю сначала тебе нужно привести себя в порядок, - улыбнулся он и проводил меня в ванную. - Пользуйся, чем хочешь. Если будет нужна помощь – зови. Я принесу новое полотенце и халат. Огромная ванная отдельно с душем и ванной были в белоснежных тонах с темно-коричневыми вставками. Я взглянул в зеркало. Нда, видок. Щеки стерты в кровь, на запястьях тоже следы. Синяки по всему телу и множество ссадин. «Да ты красавец», - саркастически усмехнулся я отражению. Поспешил залезть под горячий душ. Все тело было воспалено и болело от мягких струй. Но это меркло с тем приятным ощущением того, что, наконец, могу смыть с себя все. Оттерев кровь с тела, я еще простоял минут пятнадцать, приходя в себя. - Вот. Я оставлю все здесь, - сказал, войдя, Край. - Угу, - продолжая пялиться в глянцевые белоснежные стены, буркнул я. Но Край не выходил. - Что? – обернувшись, раздраженно рявкнул я. - Чем же ты таким занимаешься, что у тебя такое красивое тело? – улыбаясь, спросил Край. - Ничем особенным, - отвернул я голову. Слишком пристально он меня рассматривает. И не там, где надо. - И как они посмели такого красавчика покоцать? - А сам-то! – смущенно воскликнул я. Край действительно был красивым. Прямые джинсы, темно-красная рубашка на выпуск с расстегнутым воротником и подвернутыми рукавами. На левой руке были большие часы. Хрящ уха был проколот и украшен штангой. Коротко остриженные неестественно серебряные волосы были слегка начесаны. Немного острые черты лица, чуть пухлые губы, смеющиеся черные глаза. Хоть сейчас на обложку любого самого престижного журнала. - Спасибо, - только и сказал Край, облокотившись на стойку. Я выключил воду и вышел из душа. Взяв пушистое полотенце, промокнул лицо, потом руки, грудь и все ниже и ниже. Край пристально наблюдал за процессом. - Ты все? – спросил Край, когда я надел легкий халат. - Да. - Пойдем лечить тебя бедного. Мы пришли в зал. Он был в зелено-желтых тонах. Я сел на цвета солнца диван. Край поставил рядом аптечку. Смочив ватку странной жидкостью, он сначала промочил раны возле рта. Щипало, и я немного сморщился. - Прости. Очень больно? – не отрываясь, спросил Край, пристально смотря за своими действиями. - Терпимо, - ответил я, наблюдая за его руками. Мы так и просидели. Я ждал, пока Край обработает ссадины. - Лицо, смотрю, они тоже не особо уберегли, - тепло улыбаясь, выдохнул он, проведя пальцем по разбитой скуле, затем промокнул ваткой с жидкостью. Потом заклеил пластырем, но когда убирал руку, случайно зацепил мое плечо и атласный легкий халат упал, обнажив грудь, держась только на завязанном поясе. - Как же ты все это вытерпел? – осмотрел в небольшом ужасе на побитое тело. - Можно мне воды? – спросил я, игнорируя его и отвернув лицо в сторону. - Лучше горячего чая. Пока Край ушел делать питье, я осмотрел свою грудь. Не особо приятное зрелище. Сплошные синяки. Все ужасно ломило, и я только сейчас почувствовал дикую боль и усталость. Любое маленькое движение доставляло ощущение, которое порадовало бы сполна любого самого безбашенного мазохиста. Я поспешил закрыться, чтобы скрыть это место сборов всех отпечатков кулаков и ботинок. - Я пришел, - оповестил Край. Я встал, чтобы взять кружку с дымящейся жидкостью, но сознание меня подвело, и я просто упал без чувств. *** - Оба-на, - протянул Край, смотря на лежащее на полу тело, и поспешно поставил кружки на ярко-зеленый кофейный столик. – Эй, ты там живой? Нико молчал. «Ну конечно. Надо было сразу уложить его. Мальчик вон сколько перенес. Как еще находил силы сопротивляться. Действовал, небось, на одном только адреналине». Взяв легкое тело на руки, Край пошел в свою спальню. Дотянувшись локтем до выключателя, зажег свет. Яркая вспышка и последующий слепящий свет осветили комнату. Край быстро приглушил яркость и усадил спящего наемника в глубокое кресло, обтянутое бархатом цвета спелой вишни. Затем стянул с двухместной кровати покрывало из такой же ткани и того же тона. Набросав обратно кучу подушек разных размеров, он положил на приготовленное ложе Нико. Мальчик даже во сне почувствовал мягкую постель и, завозившись на простынях, натянул пуховое одеяло. - Устал, да? – усмехнулся парень, завидев такое миловидное зрелище. Он присел рядом на краешек и убрал с лица еще влажную челку. Нико улыбался во сне. Наверняка ему что-то хорошее снилось. Может то, как он вернулся на базу, может Кира, а может просто осуществление невинных мечт. Край нагнулся и, нежно чмокнув мягкие прохладные губы мальчика с парами ссадин, выключил напоследок свет. Осмотрев комнату, вышел за дверь, оставив за собой маленькую щелку. *** Проснулся я среди ночи. Голова раскалывалась на части. Буквально заставив себя сползти с кровати, я чуть ли не на четвереньках направился искать Края. Свет везде был выключен. Силой уговаривая себя не стонать от боли, я стал заглядывать в каждую комнату. Наконец в одной из множественных спален я заметил горящую полосу искусственного света, которому я был безумно рад. Квартира напоминает мне время, когда я находился в заточении у Кайла. Тихонько постучавшись, ждал ответа. - Что-то случилось? – услышал за дверью и вошел. - Кра-а-ай, у меня голова сейчас треснет, - простонал я, щурясь от света. Я застал Края, сидящего за компьютером и разбирающим какие-то бумаги. Небольшие прямоугольные очки без оправы прекрасно шли ему. Завидев меня, парень тут же смягчился в лице и серьезные напряженные черты растворились. - Я дам тебе обезболивающего, - заботливо сказал он и, встав со стула, вышел за дверь. Держась за голову, я опустился на кресло с высокими подлокотниками. Жутко холодно. Меня даже трясет. - Ты что тут, умираешь? – улыбнулся Край. - Очень смешно, - фыркнул я, беря дрожащими руками стакан с кристально чистой водой, и выпил таблетку. - У тебя температура, - недовольно сказал Край, приложив ладонь ко лбу. - И что? - Дурак. Ты заболел, - раздраженно прошипел парень, хватая меня на руки и чуть ли не кинув на свою расстеленную кровать. Обжигающе и холодные простыни раздражали каждую клеточку тела. Край накрыл меня пуховым одеялом, а сверху накинул еще теплый плед. - Так лучше, - довольно поерзал я. - Выпей. Это жаропонижающее. - Чего ты злишься-то так? Подумаешь, приболел немножко. - Я волнуюсь, Нико. Я же не нянька и следить и ухаживать не умею. Может, врача вызвать? - Не нужно. Нафиг он сдался? Таблетки я выпил. К утру буду в норме. Пойду спать. Не буду отвлекать тебя. - Стоять! – требовательно крикнул он, когда я попытался подняться – Спи здесь. Я лягу у тебя или в зале или еще в других комнатах. Их тут предостаточно. А тебе лежать надо. Покой или как там говорят… - Да не паникуй ты. Посплю здесь, как скажешь. Прости за беспокойство, или как там говорят, - с усмешкой передразнил я его. Край уперся руками в бока и недовольно скривил лицо, показывая свое негодование. А потом тихо посмеялся и покачал головой. - Спи уже. - Как раз этим и занимаюсь, - пробормотал я. Утро выдалось удачнее. Тело практически не болело. Температуры тоже вроде уже не было. Голова в порядке. - Доброе утро, солнышко, - радостно воскликнул Край. Но… фальшиво, как-то. - И тебе того же, - проворчал я, привстав на локтях. - Ну как самочувствие? - В норме. - Тогда… ПОДЪЕМ!!! – заорал мне на ухо придурок. О-о-о-о боже… вот это звон золотых куполов… От неожиданности я шарахнулся в сторону и грохнулся с кровати, увлекая с собой одеяло. Зашибись просто. Зато проснулся! - Вот спасибо… - простонал я, лежа на полу. - Как спалось на новом месте? Приснился жених невесте? Ну, тебе я думаю, невеста должна была присниться. - Ха, ха, ха, - буркнул я, поднимаясь и растирая ушибленный затылок. Немного прохладно… Взглянув вниз, я понял, что стою, в чем мать родила. Черт. Халат, наверно, пока я спал, слез. - Можно мне одеть что-нибудь? – спросил я, недовольно глядя на эту сволочь. Ранняя пташка. - Конечно. Я уже заказал ребятам, и они привезли тебе новую одежду. Надеюсь, размер правильный. Край протянул мне широкие штаны с кучей карманов цвета хаки и обтягивающую черную футболку. - Можно я в душ сначала схожу? – поинтересовался я. - Конечно. Выспался? - Ага. - Ты проспал сутки. Поздравляю. - Ничего так, - довольно потянулся я и пошлепал в ванную. Приняв холодный душ, надел чистую одежду. Все подошло. Хоть на этом спасибо. - Есть хочешь? – спросил Край, когда я притопал обратно, просушивая полотенцем мокрые волосы. - Не отказался бы. Столько без еды – это мой рекорд. - Отлично. Все в холодильнике. Если что-то понадобиться, звони либо мне, либо Трею. Телефоны я оставил на столе. Все, я побежал. - Куда? - На работу. - Надолго? - А кто его знает, - усмехнулся парень. - Не боишься, что сбегу? - У тебя не получиться. О твоем чуде пушистом я позаботился. Он спит в одной из комнат. Вы больше не связаны. Но зато у тебя на руке браслет в виде напульсника, который не пустит тебя дальше пределов квартиры. Током биться начнет, если шагнешь за порог. Я только сейчас заметил этот браслет на запястье. - Сними его! – зло воскликнул я, протягивая ему руку. - Зачем? – непонимающе смотря на руку, спросил он. Тварь. - Сними. - Не хочу. - Ну ты и… - Знаю. Я хороший. Можешь пропеть мне кучу деферамбов, когда вернусь. - Обязательно, - пробурчал я, а потом оживился - А кто такой Трей? - Мой приятель. Все, целую в обе щечки! - Придурок! – крикнул я закрывающейся двери и кинул в нее первую попавшуюся подушку. Их тут все равно дофига валяется. – Отлично, мне теперь одному торчать в этой бездонной квартире. Нужно найти малыша. Край сказал, что он спит в одной из комнат… - В какой именно??!! – рявкнул я, топнув и смотря на все эти повороты и двери. Но искать долго не пришлось. Я услышал мяуканье за одной из дверей и царапанье коготочков. - Иди сюда, маленький, - ласково позвал я, открывая дверь. Котенок тут же бросился ко мне и, забравшись по штанам, повис на футболке. Глазки радостно сверкали. - Кроха, - улыбнулся я, беря его на руки. Он замурчал и стал тереться головкой о грудь. – Кушать хочешь? Поглаживая его спинку, отнес крошку на кухню. - Побегай пока, ладненько? – сказал я ему, ставя на пол. Но он недовольно мяукнул и снова забрался на меня. – Хотя, тебя еще помыть надо. Мало ли где ты бегал. Не хочу выслушивать нудные причитания этого дебила по его возвращению. Меня пристальное наблюдение зеленых глаз уже пугает. Поставив хрупкое тельце в ванну, включил теплую воду. Все время, пока я осторожно мыл Рики, он не сопротивлялся и вообще был безумно спокойным. Вот только малыш на меня все время такими глазами восхищенными смотрел. И ничего ему не надо было. Вообще фиолетово на все в округе. А говорят, кошки воду не любят. Ну, этот индивидуум исключение похоже. Завернув Рики в полотенце Края (назло ему), я стал аккуратно просушивать маленького. От каждого движения малыш покачивался. Слабенький и такой крошечный. - Не мучил этот злой дядька тебя? А? Чем вы с Краем занимались? Он ведь не сделал тебе больно? – обеспокоенно спросил я котенка. Он на это лизнул меня в щеку. – Нда. Ладно, пошли есть. Рики согласно моргнул и побежал за мной. Холодильник Края был забит до отказа. Когда дверь холодильника открылась, я подумал, что все содержимое вывалится на меня. - Мать моя… - протянул я и повернулся к котенку – Что хочешь на завтрак? Рики закарабкался по штанам и залез на мое плечо. Такое ощущение, что собрался выбирать. Такой осмысленный и задумчивый вид у этой мордашки. Когда Край вернется, то он наверно будет голодным. Хотя, с чего это я должен ему готовить? Я здесь вроде жертвой являюсь. Обычно в таких случаях жертвы с утра до ночи воют, о том, какие они бедные и несчастные, а меня как-то все стороной обошло. Наоборот, спокойненько. Отдохнул хотя бы. Но все же это заслуга Найта. Нормальный тип вроде, пока не домогается и вообще ничего не требует. Выхаживает, вон, как ребенка. Так и быть, приготовлю ему что-нибудь в знак благодарности, мне не сложно. Тим учил готовить, поэтому опыт есть. Умерших от моей стряпни не наблюдалось. Я решил потушить мясо и сделать пюре. И легко и быстро. Можно еще и салат покромсать. - Отлично, Нико, ты уже думаешь как жена. Давай обсудим бытовуху? - обреченно вздохнул я. Сделав себе кофе и пару бутербродов, я принялся готовить. По ходу дела накормил Рики. Он бедняжка изголодался уже. И мне чего-то определенно не хватает… - Сигареты! – заорал я на всю квартиру. Котенок подскочил и испуганно зашипел, выпуская когти. Схватив со стола листок с аккуратным почерком, я набрал номер Края. - Номер абонента выключен или находится… Я сбросил. - Сволочь, ты, Найт. Набрав еще раз тридцать номер, тридцать раз получил один и тот же ответ. В отчаянии я настучал по цифрам номер Трея. - Слушаю, - ответил приятный, но серьезный голос. - Это Трей? - Он самый. - Это… хм… даже не знаю, как сказать… - запинаясь, начал я. - Как-нибудь. - Твой номер мне дал Край и сказал, если мне что-то понадобиться, позвонить тебе. - А, так это его домашняя кошечка? Я ясно услышал, как на том конце провода он открыто насмехается. - Какая нахрен кошечка?! – взбеленился я. - Которая обошлась ему в пятьсот миллионов условных единиц. - Короче, мне нужны сигареты. - А я причем? - Купи мне их. - Как опрометчиво звонить мне и просить об этом. Сам сходи. - А этот придурок не сказал, что у его так называемой кошечки браслет на руке? Я блять отсюда выйти не могу! - Охо, вот это да. С характером мальчишка. Ну потерпи что ли. - Не могу. - Я занят. - Скажи это Найту. - Ву-у-ух, ладно, жди. Особые предпочтения есть? - Сладкие. - Заметано. Скоро буду. Я положил трубку. Край твою мать! Уже всем растрепал! Хотя… я ведь теперь продан, и кто знает, может он меня и заставит превратиться в это прелестное животное. Хотя нет, не заставит. Лучше я от напряжения тока сдохну, но не прогнусь под этого типа. Я еще не сдался. Скрипя зубами, выключил плиту и поспешил удалиться из этого места. Рики затопал за мной. Он так забавно и неуверенно бежал и постоянно держал хвостик трубой. Лапочка. - О, какая красота, - довольно протянул я, остановившись. Передо мной стояла ваза из тонкого фарфора с искусственными цветами в ней, очень похожими на натуральные. Говорят, сейчас они безумно дорогие. - Ну что, маленький, побалуемся? – злорадно улыбнулся я и якобы невзначай зацепил вазу. Она полетела и с каким-то особым звоном разбилась о паркет из красного дерева. Это звон счастья, не иначе! - Золотой, только здесь не ходи, ладно? А то поранишься, - серьезно сказал я. Рики понимающе посмотрел на меня и снова залез на плечо. – Великолепный вариант. На это котенок потерся головкой с неестественно мягким, присущим только таким малышам, пушком о мою щеку. Я плюхнулся в плюшевое дымчатого цвета кресло в очередном зале. Из-за преобладающего здесь темного цвета, так как практически вся комната была сделана из дерева, было как-то пасмурно и мрачно. Но когда я включил торшер, комнату залил теплый согревающий свет. Взяв первую попавшуюся книгу, решил немного почитать. Курить хотелось до жути, поэтому нужно как-то отвлечься. Книга была на философские темы. Сплошные рассуждения, предположения, описания. Скучно. Прошло несколько часов полной тишины. - Края что, грабанули? – услышал я повышенный голос. Видимо, Трей заметил потерю. - Я очень этого хочу, - крикнул я в ответ. - Ну что, привет тебе, бунтарь, - с открытой усмешкой вошел в комнату Трей. - Снимешь этот гребаный браслет - скажу тебе спасибо, - продолжая смотреть в книгу, протянул назад руку. Кресло стояло спиной к двери, поэтому парня я не видел. - Держи сигареты, - положил мне вместо этого упаковку сигарет парень. – Остальные на столе. - Угу, - я уже на автомате распечатал упаковку и, вытянув сигарету, выдавил злую гримасу. - А зажигалка? – снова протянул руку назад. - Не повезло бедняге Краю с тобой, - тихо посмеялся Трей и положил зажигалку. Я глубоко затянулся. Вот и жить легче стало. Легкие будто снова раскрылись. - Что-то забыл? – спросил я, поняв, что этот тип мало того что не ушел, так еще и пялился на меня. - А спасибо? - У Края попроси. - Ты не нарывайся. - Я паинька. - Имя-то у тебя есть, паинька? - Выход сам найдешь? - Знаешь что… - А свои претензии можешь написать на листочке, который лежит на столе на кухне, свернуть в трубочку и засунуть… поглубже, знаешь, чтобы не достать. - Я его тебе… - Давай, посмотрим, кто кого, и что ты потом скажешь Найту. - Слушай ты, кошечка, шипи потише, а то и треснуть могу, - пригрозил Трей подойдя ко мне. - Вы все из инкубатора, - огорченно протянул я, смотря на парня с неприметной внешностью. Вот только одет он был как последний бандит. Или гонщик. Боксы, черные джинсы, специально порванные, а сверху кожаная куртка, не до конца застегнутая. Как у гонщиков, правда! А под ней виднелась черная футболка с неоновой зеленой надписью. На шее висела серебряная цепочка с металлическим прямоугольником. Не разобрал, что там написано. В губе симметрии. На голове солнечные черные очки, выделяющиеся на фоне ярко-зеленых волос в тон надписи с черными пробелами. - Я тебе сейчас покажу, из инкубатора… - потянулся ко мне парень, но я кинул в него книгу и, ловко перепрыгнув через спинку дивана, направился к выходу. - Нет, ну, правда. Где вас набирали? – оценивающе разглядывая его, спросил я. - Там где брали, уже нету, - укладывая книгу на рядом стоящий столик с витой ножкой, тихо сказал он. – Трусишь? - Себе дороже с таким придурком связываться, - хмыкнул я. - Ты доигрался, - рыкнул он и ломанулся ко мне. - Напугал, - наигранно испуганно воскликнул я, когда гонщик подлетел ко мне и намотал волосы на кулак. Бежать я и не собирался по одной причине… - Давай я тебе эту челку обрежу? – спросил он, убирая ее за ухо. Ну что она всем нужна-то? - А давай, я тебе прострелю что-нибудь? – вопросительно изогнув бровь, спросил я, упираясь дулом его пистолета ему же в живот. Вот она, чудесная причина! - Когда ты успел? - Пока ты тут пальцы гнул. - А ты не промах, - хмыкнул Трей, отпуская мои волосы, отошел на шаг и поднял руки. - Приходится. И заметь, даже сигарету не уронил, - помахал я ему зажатой между указательным и средним пальцем наполовину скуренной трубочкой. - Поздравляю, - пожал плечами он. - Не выставляй игрушки напоказ, - фыркнул я, кидая обратно пистолет. Трей спрятал ствол за пояс. Я сделал последнюю затяжку и затушил сигарету в пепельнице на столике. Пришлось перегнуться через спинку. - Вот это видок, - присвистнул Трей. - Тоже гей? Меня одни педики окружают? – спросил я презрительно. - А сам будто не такой же? - Я не по собственному желанию таким стал. Меня им решили сделать. Вот психика и поехала. Но даже сейчас я не скажу, что гей. Как говорится, один раз не пидорас? Так вот, меня под себя умяли уже двое. И было не особо приятно. Край, поспорю, станет третьим. - Так ты шлюха что ль? – серьезно спросил Трей. Я швырнул в него пепельницей. Пепел рассыпался по дымчатому пушистому ковру. Этот ублюдок нагнулся, и она разбилась о стену. - Какая на хуй шлюха?! – рявкнул я, сверля его лазами. - Трей, он не шлюха, - поддержал из-за спины спокойно Край. Мы незаметно вздрогнули. Боже, он под маньяка косит? - Ну, если ты так говоришь. С характером пацаненок. - Уже заметил по осколкам в коридоре и грохоту здесь, - улыбнулся Край. По сравнению с Треем он выглядел спокойным и улыбался тепло. Найт не смотрел на меня… как на шлюху. Хотя я таковым и не являлся. Приятно видеть к себе человечное отношение. А то уже задолбали, как на мясо, таращиться. - Ты на следующие гонки придешь? – спросил Трей. - Конечно. Когда и во сколько? - Когда хочешь. Они каждый день все в то же время. - Можете заваливаться сюда, если хотите. Двери для вас открыты. Ключи у всех есть. - Отлично. Последующие посиделки организуем у тебя. - Пожалуйста. Но Нико не трогайте. Он и так вон, зашуганный весь. - Он зашуганный?! Да он бешеный! - А разве дикие кошечки не так себя ведут, когда в безвыходной ситуации? Они все время, загнанные в угол, свои клычки показывают, шерстку дыбом поднимают и выпускают коготки, – со смеющимися глазами сказал он. Его голос был тихим и шелестящим. В том исчезнувшем городе наверняка бы сливался с шумом деревьев. А я беру свои слова назад. Он такая же сволочь, как и все. - Хах, может ты и прав. Этот Нико действительно на дикую кошку похож. - Не делайте вид, будто меня здесь нет! Я все еще стою в этой комнате! – краснея, потребовал я. - Ну милашка, разве нет? – подошел ко мне Край и нежно потрепал по щеке. Я отдернулся. - Тогда приручи его, - засмеялся Трей – Ладно, я пошел. - Удачи.