Медведица и дракон.

Первые подозрения у Анны начали закрадываться в голову с того момента, что ей перестало нравится ездить на скорости в машине. Ее банально укачивало, хотя раньше она без проблем и на МиГе запросто летала... Потом ее стало тошнить по утрам. Она змейкой выскальзывала из-за стола и бежала со всех ног к туалету. Изменились вкусовые пристрастия. С этим нужно было срочно что-то делать. Дело оставалось за малым. Купить нужный ей как воздух тест. *** Она все-таки купила его... Их. Заперевшись в туалете на задвижку в один прекрасный день она начала проверять свои подозрения. Ранним утром дом Анны Брагинской огласил громкий и яростный вопль. Он гулом разнесся по всем этажам дома. Гилберт и Николай синхронно подняли головы и бросились, не сговариваясь к месту, где и доносились вопли, которые переросли в ругань и крепкие словца. Их удивленным глазам предстало еще то зрелище: Анна, с расширенными глазами, пошатываясь, выбиралась из туалета. В руках у нее были два непонятных мужикам предмета. - Ешкин свет! - вырвалось у нее, когда она перевела взгляд на них, - ну все... - Анна, сестра, что с тобой? - любовно проворковал Николай. - Ты задумала принять мое предложение руки и сердца? Гилберт переводил взгляд с него на нее и не мог понять, чему тут удивляться: ее настроению или ненормальному Николаю, который был непонятно чему весел. - Пошел в... - тут Брагинская к потрясению Байльшмидта уточнила, куда именно и весьма конкретно. - У меня для вас есть важное сообщение. И если кто из вас проболтается, то познакомиться с моей очаровательной спутницей по жизни - саперной лопаткой! Оба сглотнули. Вид разгневанной России не внушал им то, что они останутся в живых после этого разговора. - Сначала ты... Николенька. Ты станешь дядей через девять месяцев, - промурлыкала Брагинская. Мир рухнул на несчастную голову Гилберта. Что?! У Белоруссии был самый несчастный вид. - Ты... - хрипло вырвался голос белоруса, - беременна? - Угу, - подтвердила моментально упокоившаяся Брагинская, оперевшись на дверной косяк. - Теперь буду Россией-матушкой... На самом деле. - От кого? - спросил Гилберт, неожиданно обретя твердую почву под ногами. - А это, - русская злобно сверкнула глазами в его сторону, - не ваше дело! - Мне надо выпить, - жалобно провозгласил Арловский. И потянулся по направлению к кухне. Гилберт тоже побежал следом под ехидный смех Анны. Николай тем временем успел налить водки с стопку и выпил залпом, не закусывая. Гилберт подсел рядом, глядя как совершенно выбитый из колеи белорус пытается прийти в себя. Белорус открутил крышку с бутылки и плеснул в невесть откуда появившуюся вторую стопку Гилберту. И совершенно пропустил появление Анны, виновницы "торжества" на кухне. - За крушение моих надежд! То есть за тебя, Анна! - произнес тост тот и они с Гилбертом чокнулись. - Ты и так знал, брат, что такие отношения между нами невозможны. На что ты надеялся? Что добрая фея наставит волшебную палочку и я тебя полюблю? - Анна села напротив "могучей двойки". - Кто-то явно не волшебной палочкой, а палочкой немного иного типа сделал тебе ребенка, - возразил Гилберт, когда Николай мрачно взглянул на Анну. - Тайна все равно всплывет, Анна. - Я знаю, но я хочу посоветоваться с отцом этого ребенка, прежде чем что-то решать. - Сука, - хихикнул нервно Гилберт. Анна открыто достала лопату и небрежно оперлась на нее. - Ты, хитрая... - Я тебя сейчас в землю зарою, пруссак ты недоделанный. - Нежно проговорила Анна, любовно поглаживая ее. - Повтори! - эти последние слова были сказаны с оттенком шипения в голосе. Последнее, что помнил Гилберт - мощный удар и темноту. *** - Я - дура. - Может быть. - Улыбнулся человек, сидящий напротив нее. - Я - идиотка. - Не сказал бы... - Я... - Да что тебя сегодня на самобичевание-то несет, а? -страдальчески произнес президент уже около тридцати минут выслушивая ее сбивчивую речь. - Русь - матушка, Анна Брагинская? Анна поперхнулась уже заготовленной фразой. - Ну сходишь ты в декрет разок, ну что от этого... - Как что?! Да я с ума сойду! Еще и ребенок... - Ну и что? Хоть отцу-то будущему позвони... Китай? - Китай." ... налаживать полезные связи..." - передразнила Анна голос президента ну очень похоже, - так теперь наладили, что подарочек через девять месяцев появится... Че-е-ерт! - Нам в пору объявлять о китайско - русском содружестве... - весело объявил президент. - Ладно, вы уж сами решите, не маленькие дети... - Угу, действительно не маленькие. Одной дылде свыше двух тысяч лет, другому - свыше четырех тысяч. - Ехидно проговорила Анна. - Тем более... - президент не поддался на ее провокацию. Анна уже шарилась в телефонной книжке мобильного. Найдя нужный номер она нажала на копку "вызов". Пошли долгие, нудные гудки. Президент, скрестив пальцы, спокойно смотрел прямо ей в лицо, словно пытаясь различить эмоции. Анна упрямо держала телефон у уха. В динамике послышался какой-то хруст и хриплый, явно со сна, голос КНР проговорил, пытаясь отчаянно не зевать в телефон: - Анна, ты хоть на часы смотришь, а? - Ешкин свет! - хлопнула себя по лбу Анна, - прости, пожалуйста. Я просто хотела поговорить с тобой о... О газе, о "Силе Сибири". Президент, казалось, был готов ее убить одним взглядом. Он укоризненно уставился на Анну. Анна закрыла рукой динамик и громким шепотом извиняюще сказала президенту: - Это не по телефону надо обсуждать... - Анна? Что у тебя там? - обеспокоенным голосом проговорил Яо. - Ничего-ничего, Яо. - Быстро отняв руку от микрофона и прижав трубку обратно, произнесла Анна скороговоркой. - Помехи на линии... Так ты приедешь? - Сам, один? - Да-да, без провожатых, я тебя встречу сама... - Анна почти с отчаянием уставилась на лицо президента, который уже открыто улыбался во все тридцать два зуба. - Ладно. Жди меня через два дня... - Китай, не выдержав, зевнул ей в трубку и отключил связь. Анна смотрела на президента. Половина дела сделано. Осталось дело за малым...