Пепельный ангел

Роберт с нетерпением ожидал появления Ангела. Он повернулся лицом к лестнице в тот самый момент, когда на площадке второго этажа появился Анджей. Зазвучала музыка и его омега сделал первый шаг. Он плавно спускался по широкой мраморной лестнице, подобно ангелу, сходящему с небес. Роберт, в который уже раз, удивлялся совершенной красоте своего избранника. В шелковом костюме сливочного цвета он еще больше напоминал совершенное творение античных мастеров. Высокий, гордый лоб, спокойный разлет бровей, тонкий нос и четко очерченные губы. Часть волос были собраны в высокий замысловатый узел, открывая изящные уши, остальные обрамляли прекрасное лицо. Не по-омежьи ладное тело двигалось с грацией пантеры, неторопливо и вальяжно, от него исходила аура спокойной, уверенной в себе силы. Спустившись с лестницы, Анджей подошел вплотную к Роберту и, прижавшись всем телом, заглянул с усмешкой тому в глаза. - Можешь дышать, – Ангел провел носом по шее Роберта, вдыхая его запах, – я люблю тебя, – прошептали губы прямо в ухо, прежде чем прикусить нежную мочку. - Я люблю тебя сильней, – Роберт улыбался, – ты любишь меня одного, а я люблю вас обоих. Альфа зарылся носом в волосы, вдыхая запах своего любимого. От омеги пахло крышесносно, его тело вместе с меткой приняло запах его альфы, а теперь к этому примешивалась легкая карамельная нотка их ребенка. От Роберта так пахло только после секса, а его омега нес весь этот букет запахов на себе все время, вызывая непреодолимое желание постоянного обладания. Роберт понял, что возбуждён. Это заметил и Анджей, он с довольной улыбкой потерся бедром о возбужденный член альфы. - Роберт, держи себя в руках. Мадлен не простит нас никогда, если мы сейчас исчезнем, гости уже подъезжают. И не надо так смотреть на меня, «по-быстренькому» никогда не получалось, у нас обоих тормоза отказывают, стоит только начать. Так что, быстро взял себя в руки. Черт, я не о том! Подумай, о чем-нибудь другом… Пока не все еще гости подъехали, так что у тебя есть время посидеть, помедитировать, а я помогу Мадлену встречать гостей. Горячие губы мазнули по щеке, и омега скрылся за дверью. Гости съезжались на раут. Анджей помнил уже почти всех по первой семейной вечеринке, когда его представляли родне, и по балу Дебютантов. Анджей огляделся, выискивая лица своих близких. Вон у окна стоит Эмиль. Свобода явно пошла ему на пользу, он выглядел отдохнувшим и спокойным. Он с кем-то разговаривал и мягко улыбался во время разговора. Вот стоит Доминик, рядом с ним невысокий рыжеволосый омега в облегающих черных брючках, романтичной рубашке «шевалье» и шелковой ультрамариновой жилетке. А где же Теодор? Омега по-хозяйски берет Доминика под руку и, явно флиртуя, тянется к его уху, а тот с улыбкой склоняется к нему. Анджей непонимающе оглядел зал еще раз. Доминик открыто флиртует с каким-то рыжим прохвостом, а Теодора нигде нет. Что же произошло? Анджей решительно подходит к парочке. - Добрый вечер, Доминик, а где… - Анджей застывает с приоткрытым ртом. Рядом с Домиником стоит Теодор. О БОГИ! Анджей зажмурился и сосчитал до десяти. Нет, это не галлюцинация, это действительно его младший брат. У него на голове были тонкие шелковистые дреды, выкрашенные во все оттенки рыжего, часть из них заканчивались разноцветными бусами. С боков дреды были подняты и связаны на затылке узлом, открывая проколотые уши. Причем на одном ухе было две сережки, а вот в другом их было пять! Анджей ухватил младшего за ухо и потянул вверх. - Что ты с собой сотворил? - Анджей тянул ухо все выше, заставляя Тео приподняться на носочки, - чудовище мелкое. Совсем… - тут Анджей почувствовал, что его кто-то схватил за ухо и тянет вверх. Анджей скосил глаза. Это Доминик цепко держал его и сурово смотрел в глаза. - Отпусти моего омегу. Доминика спасла только хорошая реакция. Он едва успел отдернуть руку, которая раньше держала ухо. На том месте, где она только что была, щелкнули зубы. Анджей совсем по-волчьи смотрел исподлобья, верхняя губа приподнялась, приоткрывая ровные зубы, придавая тем самым еще большее сходство с волком. - Ой, простите его, – Мадлен встал между Домиником и Анджеем, - наш Ангел со своей беременностью стал таким нервным и импульсивным.- Мадлен довольно улыбаясь, покивал головой. Теодор спрятался за спину Доминика, и оттуда показал язык брату. Анджея со спины обняли руки Роберта. Омега повернул голову и увидел спокойные глаза своего альфы. Тот успокаивающе поцеловал его в висок. - Ну, чего ты завелся? – Роберт с улыбкой смотрел на Анджея, – ты ему не папочка, а брат. Они сами взрослые люди и разберутся без тебя. - Роберт поцеловал его еще раз. - Поздравляю, – Доминик протянул руку для пожатия вначале Роберту, а потом Анджею. Анджей подумал немного и протянул свою в ответ. Доминик мягко пожал ее и, накрыв сверху второй рукой, спросил: – Мир? – и улыбнулся, увидев смущенный кивок. – Ну, как седло? Шею еще не натирает? – с ехидцей спросил Анджей. Доминик понимающе улыбнулся: – Нет, а после того, как стремена подтянул, чтоб во время бега по ушам не хлопали, так вообще красота, – Доминик широко улыбнулся с видом победителя. Роберт с Мадленом непонимающе уставились на них. Мадлену было так любопытно, о каком седле идет речь… Роберт больше не отпускал руку своего Ангела. Они вдвоем обходили гостей с приветствиями. Новость о беременности Анджея облетела всех гостей, и каждый считал своим долгом сказать паре добрые пожелания. Сделав круг, они опять столкнулись с Теодором. В этот раз он был возле Эмиля. Увидев старшего брата, младший спрятался за спину Эмиля и оттуда спросил: - Больше не будешь за уши таскать? – и, увидев отрицательное покачивание головой, успокоившись, вышел. – Я, между прочим, только вчера проколол ушки и они все еще болят, а ты их так жестоко дергаешь. Варвар! Вот рассказываю Эмику, как здорово иметь своего ручного альфу. - Роберт, - Анджей поцеловал жениха и мягко отодвинул от себя, – иди к гостям, а я здесь послушаю, как младшенький хвастаться будет. Иди, это альфам лучше не слышать. - Энжи, не гони своего жениха, я все равно ничего слушать не хочу, – Эмиль мягко улыбался, – мне папочки с его нотациями хватило. Ты помнишь, Тео, как он меня каждый день пилил, за то, что до сих пор один? - Я не собирался хвастаться, я хотел поделиться, - смутился Теодор. - Ну, и как там у вас? – Анджей зло прищурился, - все согласно договору - он тебе свободу, а взамен вы спите вместе? - Мы спим не вместе, - Тео выглядел несчастным, - мы спим на одной постели. А она у него размером со школьный стадион и чтобы пожелать спокойной ночи, надо кричать друг другу. А свобода… - глаза у младшенького зло заблестели, – свобода это здорово, это классно, когда все можно. Не хочу в школу – не иду. Что хочу, то и делаю. Могу гостей в дом приглашать, есть пиццу и конфеты, сколько влезет. Я теперь на завтрак не кашу ем, а тортики, вот. - Я тоже хочу на завтрак вместо каши тортик, – заявил Робби, вылезший из-за спины Анджея. - Эх, вы, тортики, – Ангел прижал к груди Тео и к боку Робби. - Разве ж в этом дело? Это не свобода, а… Робби, иди, скажи милому Мадлену, что время приближается к восьми, он поймет, - после того, как Робби убежал, Анджей серьезно посмотрел в глаза младшему брату. - Как тебе живется в его доме, Тео? Все в порядке? Он чего-нибудь хочет от тебя? - Ничего особенного, просто, чтобы я был рядом и был всем доволен. Стоит только сказать, что хочется, и все сразу появляется, прямо, как в сказке. Знаешь, я как-то сказал, что не понимаю в учебнике по тригонометрии никаких объяснений, и хотел бы посмотреть на этих остолопов, которые написали такую муру. И знаешь, кто на следующий день пришел к нам в класс на урок тригонометрии? – Тео проказливо улыбнулся, – да, именно те самые авторы учебника. Они весь урок переругивались друг с другом, так ничего путного и не вышло. А еще у меня теперь есть своя музыкальная студия, и мы с друзьями там играем сколько влезет. И больше никто не ругается, что громко кричим. И от меня он ничего не требует, наоборот, слушается меня во всем. Я скажу, сделай так, и он делает. Хочешь, докажу? Тео взял стакан сока и подошел к Доминику. Что-то тихо сказал ему на ухо, забрал из его руки бокал с шампанским, дав ему в руку стакан сока. Доминик перехватил свободную руку омеги и благодарно поцеловал его пальцы, а потом как ни в чем не бывало, вернулся к прерванному разговору. - Вот, видели? – глаза Тео возбужденно блестели, – вы смогли бы, например, у отца на вечеринке забрать спиртное из рук? А еще он ест из моих рук, а если погладить его по волосам, то он засыпает. Правда, классно? Прямо, как тигра дрессировать – здорово! Он такой большой и взрослый, а меня слушается, и что бы я ни сделал, не ругается, только улыбается и все. Знаете, что он сказал, когда я домой в дредах пришел? НИЧЕГО! Он посоветовал только носить зеленые линзы, мол, зеленые глаза с рыжими волосами отпаднее смотрятся. Клас-с! Папочка убил бы на пороге, а этот только похвалил за храбрость! И я теперь не только на классические танцы хожу, но и на современные, а еще на стрип-денс, – Тео довольно зажмурился. - Стрит? – не понял Анджей, – уличные танцы, что ли? - Нет, не стрит а стрип, ну, стриптиз танцевать… - Тео так улыбался, видно рассчитывал, что его старший брат похвалит за дерзость. Анджей только вздохнул. Ну, что за ребенок! Он увидел боковым зрением, что в их сторону смотрит Доминик. Тот хитро улыбнулся и салютовал братьям бокалом с соком. М-да, это, конечно, спорный вопрос, кто кого дрессирует, и кто получает от этого большее удовольствие. Анджею политика Доминика в отношении младшенького была ясна, как божий день. Ну, действительно, он ему не папочка, пускай сами разбираются. Дай боги Доминику терпения и дальше быть таким же сдержанным по отношению к Тео. Мадлен взобрался на стул и, постучав ложечкой по бокалу с шампанским, призвал всех к тишине. Генрих стоял рядом и рукой придерживал свое сокровище. Роберт притянул за руку Анджея, поближе к папе, и приобнял его со спины, щекоча дыханием возле уха. - Ну, вот, мои дорогие, наконец-то, перейдем к тому, ради чего мы все здесь собрались. А собрались сегодня мы для того, чтобы поприветствовать нашего нового родственника – Анджея. Посмотрите на этого храброго человека, ему за два месяца удалось то, что у меня не получалось последние пять лет, – Мадлен мягко рассмеялся, среди родни раздались смешки, – о да, вы все знаете, как я старался. Но тут появился этот... - Мой сын мертв. Ты этого добивался? – слова прозвучали неожиданно громко и зло. У двери стоял пожилой светловолосый мужчина и со злобой смотрел на Анджея. – Это ты виноват в его смерти, - он осмотрел зал взглядом, полным ненависти и презрения, - и я хочу, чтобы ты знал, тебе это просто так с рук не сойдет. - Мужчина развернулся и вышел. - Эээ, а кто это был такой мерзкий? – Мадлен был ошарашен. - Это был отец Оливера, - пожал плечами Анджей, – не удивляйтесь, тот всегда был копией своего папочки, а от осинки не родятся апельсинки. - Вот ведь гаденыш! Ой, нехорошо так говорить о покойнике, но он не испортит нам вечеринку. Итак, я продолжаю, – Мадлен снова постучал по бокалу, – ну так вот, Анджей смог уговорить моего сына бросить свое холостяцкое прожигание жизни и стать, наконец, примерным сыном и мужем. Спасибо тебе, Анджей, за это! И, добро пожаловать в семью Динлохов! Мадлен поднял бокал: – За Анджея! - За Анджея! – подхватили все в зале и подняли бокалы вверх.