Пепельный ангел

Ну, конечно, к клубу они подъехали с опозданием. Анджей про себя костерил Тео и его друга, из-за которых они, собственно, и опоздали. Когда Ангел увидел Тео, выходящего из дома, он его в очередной раз не узнал. Братец надел на себя совершенно нелепую одежку кислотных цветов. В довершение ко всему, он был сильно накрашен. Анджей, шипя сквозь зубы ругательства, затащил его обратно в дом, и заставил вначале умыться, а потом переодеться. И как результат, они опоздали к назначенному времени! Для Анджея, привыкшего к дисциплине, это было очень болезненно. Улица сияла огнями вывесок, разноцветными гирляндами и подсвеченными витринами. Даже сквозь осеннюю листву стволы деревьев светились яркими огоньками разноцветных фонариков. Клуб находился не в самом центральном районе, а почти на окраине, хотя вряд ли можно назвать окраиной несколько кварталов, сплошь состоящих из развлекательных заведений на любой вкус и кошелек. Здесь были и казино, и дорогие бордели, все, за что только люди согласны выложить немалые деньги. Более дешевые заведения находились ниже, и возле каждого межуровневого лифта стояли зазывалы, расхваливающие свои заведения «по доступным ценам». У ночного клуба «Вавилон» стояла очередь. Рядом с двумя шкафоподобными охранниками стоял Свен, и на всю улицу громко рассуждал об улучшенной модификации МТР 3000 БИС по сравнению с предыдущей МТР 3000 Супер, ему внимали, открыв рот, не только охранники, но большая часть очереди. Увидев Анджея, он радостно помахал ему рукой. Вышибала поднял красный бархатный канат и с интересом посмотрел на омегу и его сопровождающих. Увидев Теодора, охранник нахмурился: - Он несовершеннолетний. - Он с нами, брат, – Свен хлопнул его по широкой спине. Любой другой от такого удара пробежал бы вперед пару шагов, но громила только слегка покачнулся и довольно хмыкнул. Он махнул головой, приглашая зайти внутрь. «Вавилон» был мажорным ночным клубом, внутри располагались несколько ярусов. На самом нижнем располагался громадный танцпол. На нем бесновались в ритме грохочущей музыки несколько сотен человеческих тел. От всполохов диско-шаров резало глаза, вспышки лазеров расцвечивали голые плечи и вздернутые вверх руки. Было очень шумно и пахло разгоряченными телами и дорогим парфюмом. Из-за шума Анджей не сразу услышал, что ему сказал Тео. - Видишь, ты напрасно заставил меня переодеваться, - Тео недовольно дул губы, – и если бы я был накрашен, то охранники не заметили бы, что у меня лицо детское. - В той одежде ты был похож на волнистого попугайчика, – Анджей сердился на брата, – Если не умеешь сочетать цвета, то одевайся монохромно. По крайней мере, не попадешь в неловкую ситуацию в незнакомом месте. Посмотри на своего приятеля – он весь в белом. Друг Тео был одет в белые шелковые брюки свободного покроя и белую шелковую рубашку. Возможно, на ком-то другом это смотрелось бы слишком просто, но он был убийственно элегантен. – Да, а меня ты одел в черное, будто у меня траур, – пробубнил Тео. Он явно прибеднялся, на нем была дорогая и стильная одежда. Черные атласные брюки подчеркивали красивые длинные ножки, а коротенькая черная маечка с разрезами, усыпанная блестками, ладно сидела на изящной омежьей фигурке. Все это вместе с огненно-рыжими шелковистыми дредами выглядело очень сексуально и увлекательно. – Конечно, траур, – Анджей насмешливо рассматривал надутые губки брата, – когда последние мозги усохли за ненадобностью, то чему же здесь радоваться? Тут горевать надо! И чтоб я больше не видел на тебе такой вульгарный макияж, ты был похож на зазывалу из дешевого борделя. Идем скорее, нам тебя еще с родней знакомить. Они поднялись на ярус, где по периметру располагались барные стойки. Все места за ними были заняты, и появление трех омег вызвало большой интерес и оживление среди альф, сидевших за стойками или за небольшими круглыми столиками. Только присутствие крупной фигуры Свена удерживало их на расстоянии. Свен махнул рукой в сторону боковой лестницы, и они прошли на ярус выше, где располагались отдельные кабинки и небольшие залы. В одном таком зале разместилась достаточно шумная компания молодых парней. В воздухе ощутимо пахло алкоголем, и, судя по расслабленным позам, ребята были здесь уже давно. Анджей представил вначале брата, его яркая внешность вызвала среди молодых альф восторг и щенячье повизгивание. Они и внешне стали походить на стайку молодых щенят, перед носом которых появилась яркая и красивая игрушка. Они шумно верещали и подпрыгивали от возбуждения. Со словами: «братик - няшка, симпатяжка» старались его потискать, потрогать его дреды и одежду. Тео вначале сжался, точно маленький котенок, но поняв, что эти щенки безобидны, вдруг распушил свой хвостик и стал острословить и задирать их. Он расцвел, как маленький цветочек, чувствуя на себе такое внимание и восторг от такого количества красивых альфачей. Когда пришло время представить друга Тео, Анджей вдруг понял, что так и не узнал его имени. Поэтому он просто махнул рукой и со словами «друг Тео», давая ему возможность представиться самостоятельно. – Виконт Эркюль де Монтескье, – омега церемонно поклонился, в толпе альф тихо присвистнули, – можете звать меня Эркюль, – юный виконт снисходительно улыбнулся. Теперь свистнуло несколько человек. В углу Анджей заметил небольшую барную стойку, молодой бармен сосредоточено протирал бокалы. – Рыжему не наливать, он малолетка, – выразительно посмотрев на бармена и увидев ответный кивок, Анджей продолжил, – мне что-нибудь красивое, но безалкогольное. Мне с этими бандитами еще целый вечер тусоваться. Бармен прищурил глаза и поджал губы. Заметив это, Анджей подозвал Свена и негромко попросил бармена включить подсветку. Тот вначале сделал вид, что не понимает, о чем идет речь, но увидев ледяной немигающий взгляд омеги, щёлкнул под стойкой выключателем, и свет неуловимо переменился. Из теплого желтоватого он стал холодным синеватым. На челюстях у Свена и Анджея засияли характерные тату с номерами. Бармен заметно расслабился и заулыбался. – Нас приняли за бандитов, – пояснил Ангел растерянному Свену. Получив высокий бокал с полосатым содержимым и вишенкой сбоку, Анджей огляделся. Свен получил свой бокал с пивом. Официант убирал пустые бокалы и стаканы. В зале стоял один большой столик, похожий на надкушенный бублик, посредине которого стоял невысокий и широкий пуфик, а недалеко от перил яруса было расположено несколько маленьких столиков. За одним из них одиноко восседал Эркюль, похожий на белого ворона. Анджей со Свеном сели за другой. Всех остальных парней Тео утащил на танцпол. Анджей посмотрел вниз, там, на танцполе ярко пламенела шевелюра Тео. Было видно, что, несмотря на толпу, вокруг Тео был кружок свободного пространства, поэтому было хорошо видно, как красиво двигается рыжий ангелочек. Он был похож на маленький костер, такой же яркий и завораживающий. Вокруг него кружком двигались в такт музыке новоиспеченные родственнички. Анджей мог расслабиться, они чужого к Тео не подпустят и в обиду не дадут. Анджей хотел было тоже спуститься вниз и порезвится в безумной толпе, когда ничего не важно, только адреналин и завораживающая магия человеческих тел, которые двигаются в едином ритме, как большой организм, но Свен выглядел таким несчастным и встревоженным, что у Ангела не хватило духу оставить друга в одиночестве. Свен был глубоко несчастен. Он не хотел быть офицером. Ему не нравилось в Академии. Для того чтобы получить лейтенантские нашивки, надо было вначале закончить Академию и сдать экзамены, а у них случилось все наоборот. Молодых лейтенантов задним числом запихнули в Академию, и теперь пытались подтянуть их до необходимого уровня. В буйную головушку Свена преподаватели пытались запихнуть хотя бы базовые знания, но эта головушка отчаянно сопротивлялась такому насилию. Свен спрашивал у Анджея совета, как бы так накосячить, чтобы у него забрали эти ненавистные лейтенантские нашивки. Дааа, Академия это вам не «учебка»! Тут другой за тебя не ответит, да и списать, тоже не получится. Вот ведь горе-то какое! По лестнице снизу вверх взлетела восторженная волна альф, на ее гребне блистал Тео. Волна нахлынула на барную стойку и, отхлынув с напитками в руках, расселась кто где. Тео, забравшись на пуф, продолжал там танцевать, под восторженные выкрики поклонников. Появились незнакомые омеги, шума прибавилось, кто-то уже целовался взасос и обжимался по углам. Короче, дело к ночи, и вечеринка набирала обороты. В руках Тео появился стакан с чем-то оранжевым, и Анджей искренне надеялся, что это был сок. Волна снова унеслась вниз, прихватив на этот раз с собой Эркюля. Официант опять стал собирать стаканы. Глядя на резвившихся парней, Анджей вдруг почувствовал себя старым и уставшим. Он стал осматривать соседние ярусы, где выпивали и развлекались разной степени люди в разной степени опьянения. С потолка начали спускаться клетки, похожие на птичьи, в которых танцевали полуобнаженные танцовщики. Через крупные, золоченые ячейки они хорошо просматривались со всех сторон. Общее возбуждение поднялось еще на несколько градусов. Клетки стали поднимать и опускать, время от времени задерживая на разных уровнях, а временами опускали до самого танцпола, что вызывало восторженные крики у зрителей. В соседнем зале Анджей вдруг увидел знакомые лица. Да, точно! Вон - Томас и Гленн, они, как видно, успели подружиться. Проходившая там вечеринка была заметно тише и спокойнее. Серьезные мужчины в костюмах выпивали, рассматривая возбужденную толпу. Хм, а ведь Роберт говорил, что у него мальчишника не будет… Надо же так просчитаться и оказаться по соседству. Интересно, а где Роберт с Домиником? Куда делась эта сладкая «деловая» парочка? Как будто услышав его мысли, несколько мужчин встали и вошли в небольшую дверь возле барной стойки. Анджей осмотрелся, возле их стойки была точно такая же дверь. Он подошел и заглянул туда. Когда он заглянул, внутри зажегся свет. В глубине показалась небольшая сцена с пилоном и несколько кресел стоящих полукругом. - Ух, ты! Глянь, что у них есть! – из-за спины высунулся Тео. Вся компания вернулась в очередной раз с танцев, и от ребят пахло потом и возбуждением. Толпа внесла Анджея внутрь. Музыка стала приглашающе играть. Общий свет стал гаснуть, а на пилон были направлены лучи прожекторов. На сцену вышел красивый, смуглый омега с длинными волосами, одетый в стилизованную военную форму. Счастливчики заняли места на креслах, остальные переминались за их спинами. Теодор умостился у кого-то на коленях и восторженно смотрел на сцену. - Ты что, собираешься это смотреть? – Анджей был очень удивлен поведением Тео. - Конечно! – в голосе Тео было столько азарта, – я же этому учусь, ты забыл? Я очень хочу посмотреть на выступление профессионала. Энжи, не будь ханжой! Ангел только хмыкнул. Он наклонился к брату, на чьих коленях елозил Тео, и тихо, но внятно сказал: – Помни о трех вещах. Во-первых, он твой брат, а не какой-то левый омега. Во-вторых, я тоже его брат, и в случае чего я первый оторву тебе все по моему мнению лишнее. Ну и в-третьих, у него есть истинный альфа, и он ОЧЕНЬ суровый мужик. Надеюсь, ты меня услышал? И, дождавшись серьезного ясного взгляда, в котором было понимание, и утвердительного кивка, он вышел из помещения. Смотреть, как кто-то вертит задом, ему было совсем не интересно. Гораздо больше его интересовало происходящее в соседнем зале. Томас и Гленн все еще сидели в зале, о чем-то оживленно болтая. Чтобы не ходить долго по лестницам Анджей просто забрался на перила и перепрыгнул с одного балкона на другой. Увидев его, они очень искренне удивились. Они что не видели, кто шумит по соседству? - Это мальчишник Роберта? – спросил Анджей у Томаса, тот кивнул в ответ. Омега пошел прямиком в сторону небольшой дверки за барной стойкой. Томас ему что-то пытался говорить вслед, но тот его уже не слушал. В темном помещении освещалась только сцена, все остальное помещение было полностью в темноте, позволяя зрителям быть абсолютно расслабленными. У пилона на сцене извивался стройный блондин, он был почти полностью обнажен. Анджей повел носом. В комнате было много альф, пахло спиртным и дорогим парфюмом, но запах свежего чая с бергамотом Анджей не перепутал бы ни с чем. В душе всколыхнулись обида и злость. Неужели любимый захотел новых впечатлений? На свеженькое мяско потянуло? Шоу захотелось? Ну, держись, дорогой! Я тебе сейчас покажу такое шоу, после которого ты долго будешь вздрагивать и чесаться! Анджей дошел до сцены, не оглядываясь по сторонам. Он не хотел видеть сейчас лицо Роберта. Он вбежал на сцену и, приблизившись почти вплотную к стриптизёру, сказал в перепуганное лицо: «Брысь!» Блондин, не возмутившись, быстро подхватил разбросанные вещи и исчез, мелькая голой задницей. Анджей щелкнул пальцами: – Что-нибудь медленное, пожалуйста. Музыка изменилась, полилась грустная мелодия. Анджей прижался спиной к шесту и вслушался в мелодию. Злость ушла, осталась грусть. Он закрыл лицо руками. Ну, почему все так? Он собирался совсем иначе провести этот вечер. Руки скользнули вниз по шее, накрест по груди. Яркий свет софитов слепил глаза, сидящие в креслах мужчины были бестелесными силуэтами. Под этим ярким светом муаровая рубашка омеги стала полупрозрачной и через ткань стал виден рельеф мышц, а соски призывно выделялись. Руки скользнули ниже, зацепившись за ремень брюк, как бы в раздумьях, и скользнули ниже. Еще рано. Еще не время. Руки опускались все ниже. Ангел скользил вниз по шесту. Руки прошлись по внутренней стороне бедер и развели в стороны колени. Опускаясь все ниже, руки дошли до щиколоток и неторопливо двинулись обратно. Судя по запаху, Роберт сидел прямо напротив сцены. Откинув голову назад и расправив плечи, Анджей стал неторопливо подниматься. Руки скользнули по бедрам до пояса и опять проверили пряжку. Нет, все еще рано. Анджей неторопливо расстегнул несколько пуговиц на рубашке. Из-за света, бьющего с потолка, не было видно лица его альфы, а он сейчас очень хотел бы увидеть его лицо. Ты помнишь, как расстегивал ее на мне? Анджей потерся спиной по шесту, как кот в поисках ласки. По ощущениям людей в комнате добавилось. Роберт хлюпнул носом. Он, что, плачет? Ох, держись любимый, я еще только разогреваюсь! Одна рука скользнула по метке вверх к лицу. Вторая нырнула в расстёгнутую рубашку и, лаская грудь, сжала сосок. Первая прошла по брови, вниз по виску, до скулы и до нежных губ. Глаза томно закрылись, а вот рот приоткрылся, Язычок прошелся по верхней губе, зубки прихватили нижнюю. Пальцы просились внутрь рта, и туда пустили мизинец. Вторая рука нашла сосок, и стала его мучить, лаская. Запах Роберта сводил с ума, возбуждение накатило жаркой волной, и стало неважно, где он сейчас и где мужчины, замершие в тиши. Бергамот заводил почище афродизиака. Распахнув рубашку, ласкаясь, он провел по груди, задевая соски, пальцами очертил кубики напрягшегося пресса, скользнул ниже, чуть сжав слегка возбужденный член, спустился по бедрам от внутренней стороны к внешний, расставляя ноги шире. Чувственно прогнулся в спине. В темноте кто-то сдавленно застонал. Омега выдернул полы рубашки из брюк, распахивая, полностью оголяя торс. Правой рукой, медленно ведя по левому плечу, оголяя, лаская, медленно спуская шелк с плеча. - Анджей, что здесь происходит? – от дверей прогрохотал голос Роберта. Омега сложил руки козырьком пытаясь вглядеться через яркий свет софитов, что происходит в зале. Ну, ни черта не видно, гады! - ВЫКЛЮЧИТЕ СВЕТ! – заорал Анджей. Софиты выключили, стал медленно разгораться верхний свет. На какую-то минуту он совсем ослеп, а проморгавшись, увидел, что Роберт стоит в дверях, у него за спиной маячит Доминик. А перед сценой сидит совсем неизвестный альфа с чашкой чая в руках. Анджей застонал с досады, надо же было так проколоться! Ну, кто же знал, что какой-то идиот будет пить в ночном клубе ЧАЙ! Альфа шмыгнул носом. В зале стояли ребята из группы и радостно скалились. Кроме них здесь было почти половина его гостей. - А где Тео? – Анджей грозно посмотрел на ребят из его тусовки. В ответ несколько человек бросилось к двери, а Доминик бросился следом. – А где ты был все это время? – спросил Анджей Роберта, спускаясь со сцены. - Дома, – тот был удивлен такому вопросу, - я же тебе говорил, что надо решить еще несколько вопросов. Нам Эркюль позвонил, чтоб мы срочно приехали. Анджей грозно посмотрел на Томаса. - А что? Ты спросил, чей мальчишник, я тебе ответил - Томас, похоже, веселился, - а дальше ты слушать не стал, а ведь я кричал вслед, что его там нет. - Ну как, натанцевался? – Роберт с трудом сдерживался, чтобы не рассмеяться. Анджей смущенно покачал головой. На соседнем балконе появился Доминик. Увидев Роберта, он махнул ему рукой. - Я готов ехать домой, – Доминик выглядел невозмутимо. У него на плече висел Тео, дрыгая босыми ногами. Доминик звонко хлопнул по обтянутой черным атласом попке, ноги на мгновенье замерли, а потом стали брыкаться с удвоенной энергией. - Знаешь, мы, пожалуй, задержимся здесь и потанцуем немного, – улыбнулся Роберт, обнимая за плечи смущенного Анджея. Доминик коротким кивком головы дал понять, что понял. Когда он, развернувшись, пошел на выход, Ангел увидел висевшего вниз головой Теодора. Тот был без майки, и сразу стало понятно, что он не выдержал и полез на сцену показать, как умеет танцевать стриптиз. Ангел хмыкнул, похоже, обоих братьев посетила одна и та же мысль. Тео выгнувшись, жалостливо посмотрел на брата. Анджей сделал зверское лицо и показал Тео кулак. Ох, уж он ему устроит, когда тот попадется ему в руки! На лице Тео появилось искреннее недоумение. Он подергал за пиджак Доминика и что-то ему сказал. Доминик перехватил его поудобнее на руки. Довольный Тео, обняв за шею своего альфу, высокомерно показал Анджею язык. Роберт поймал себя на чувстве дежавю. Где-то он уже такое видел.