Тапочки

Роджерс пахнет вишней, так сладко и заманчиво, что удержаться невозможно. Старк осторожно склоняется к спящему, прикрывая ладонью реактор, целует Стива. И поспешно отступает, когда тот что-то недовольно ворчит и накрывает голову подушкой. - И что это было? - Поцелуй на ночь. Спокойной ночи, дылда стероидная. - А ты без костюма летать умеешь? – тут же откликается Роджерс. - Если только на крыльях твоей любви,– привычно язвит Старк. И ночная темнота скрадывает горькую усмешку на губах. Привычные намеки и насмешки уже перестали достигать своей цели, Стив научился отшучиваться. - Ну, так и лети, светлячок. И в следующий раз вспомни, что я вышел из возраста, когда на ночь рассказывают сказки и целуют. - На самом деле, не вышел. Просто сказки стали другими да и поцелуи тоже. - О чем ты? - Спокойной ночи, Стив. - И тебе не споткнуться на пути к дивану. - Я вообще-то, сплю на шикарной двуспальной кровати. Один, - Старк совершенно натурально всхлипывает. - Представляешь? - Какая жалость. Сладких снов. Старк несколько минут обдумывает слова Роджерса, потом все-таки решается уточнить: - А обо что я должен был споткнуться? - О мои тапочки, например. - Это намек, Роджерс? - Нет, я тебя прямым текстом предупреждаю – не споткнись. Ай... - Ну подумаешь, споткнулся...