Потому что ты особенный

      Уже был поздний вечер, когда из клиники ушел последний посетитель, а вслед за ним вскоре засобирался и Дитон. Скотт никогда особо не интересовался, чем мужчина занимается в свободное время, однако сегодня и спрашивать было не нужно. Алан выглядел так, что не было ни капли сомнения в том, что эту ночь он проведет не один. А Скотт тем временем не спеша приступил к уборке помещения, ему-то торопиться некуда. Но едва начав, он услышал, как над входной дверью звякнул колокольчик. Разве он не вывесил табличку «закрыто»? Войдя в приемную, чтобы посмотреть, кто пришел, Скотт обнаружил того, кого он совершенно не ожидал увидеть.       — Лиам?       — На табличке написано «закрыто», но дверь была открыта, и я вошел, — почему-то он вдруг начал оправдываться.       — Да, стоит запереть, — Скотт обошел гостя и несколько раз повернул в замке ключ. — Зачем ты здесь?       Лиам прошел внутрь клиники вслед за Скоттом и стал с интересом осматриваться.       — Ты же сам со мной хотел сегодня встретиться, для тренировки или типа того. Но не пришел. А я не смог тебе дозвониться, поэтому мне пришлось узнавать у Стайлза, где ты.       — Разве мы договаривались на сегодня? — на что Лиам утвердительно кивнул. — Прости, совсем вылетело из головы. Сегодня было много клиентов, и Дитон попросил отключить телефон, чтобы не отвлекал.       Скотт вновь вернулся к прерванному занятию, стараясь прибраться как можно скорей.       — Подождешь? Я быстро закончу, закрою здесь все, и мы сможем потренироваться.       — Ладно, — прочавкал Лиам.       Скотта это насторожило, чем именно Лиам там так усиленно чавкает? Он оглянулся в поиске подростка и нашел его у одной из полок, где Дитон держит некоторые свои друидские штуки, а иногда проводит какие-то эксперименты. Скотт тут же подлетел туда, схватил парня за плечи, поворачивая лицом к себе:       — Лиам, ты что ешь?       — Вот, конфеты в банке, — но увидев жутко обеспокоенный взгляд своего альфы, решил пояснить. — В больницах же иногда оставляют для посетителей леденцы.       — Это ветклиника! Животным нельзя сладкое. Ох, черт! Какие именно?       — Вот эти, — Лиам указал на банку с чем-то, что по виду действительно напоминало леденцы. Скотт обреченно простонал, что Лиам даже испугался. — Я умру?       — Нет, конечно, — Скотт заходил по комнате, но вскоре вновь вернулся к напуганному подростку. — Понимаешь, ветврач этой клиники, не только доктор, он друид, — глаза Лиама удивленно округлились, но Скотт не стал заострять на этом внимание, — я потом объясню подробней, сейчас важно другое. Сейчас он не практикует, однако иногда проводит некоторые исследования. И то, что ты съел, был один из его экспериментов, но не законченный. В идеале эти леденцы должны усиливать способности оборотней ненадолго, но пока что не выходит.       — Так может ничего страшного не случится?       — Не думаю. Хотя, что именно с тобой будет, я не знаю, нужно позвонить Дитону, — Скотт зашел в подсобку за своим телефоном и пока тот включался, поинтересовался: — Сейчас-то ты ничего странно не чувствуешь?       — Нет, со мной все нормально.       — Ну, будем надеяться, что так и останется. Алло, — Скотт, наконец, дозвонился до своего начальника. Лиам не стал особо прислушиваться к разговору, так как был поглощен собственными переживаниями и поэтому слышал только ту часть разговора, когда говорил Скотт. — Да, в какой-то степени. Я все еще в клинике и со мной Лиам. Он съел одну из ваших незаконченных конфет. Нет, пока ничего. А что именно будет? Что?! Может, есть антидот? И что нам теперь делать? Кхм, если он согласится. Да, спасибо, доброй ночи.       Скотт рассеянно закончил разговор, и о чем-то глубоко задумался, но Лиам весь изнывал от нетерпения, он уже не раз успел пожалеть, что не стал слушать весь разговор.       — Что он сказал? Что со мной будет?       — Это возбудитель, Лиам, — Скотт поглядел на вмиг покрасневшего от смущения парня. Он не мог совсем отменить действие этого треклятого эксперимента, но мог помочь исправить положение. Но вот как это предложить подростку с буйным нравом? — Скоро ты будешь гореть от желания, и исправить это можно только самым естественным способом.       — Думаю, с этим я справлюсь, — пробормотал все еще краснеющий Лиам.       — Зато я так не думаю. Когда препарат начнет действовать, ты почувствуешь такое сильное возбуждение, что захочется умереть, лишь бы это прекратилось. И сколько раз тебе потребуется «умереть» еще неизвестно. Боюсь, что только одними своими руками, тебе не справиться.       — И что мне делать?       — Я помогу тебе…       Лиам вмиг шарахнулся в сторону, не дослушав, и краснея с новой силой, стал отнекиваться: — Что? Нет!       — Я понимаю, что это немного странно, но поверь мне, скоро тебе станет наплевать кто с тобой рядом, парень или девушка.       Лиам долго молчал, но видимо почувствовав в себе некие изменения, согласился, смущено и быстро кивнув.       — Хорошо. А теперь поехали ко мне, домой в таком состоянии тебе точно нельзя.       Уже подъезжая к дому, Скотт смог самостоятельно, буквально своей пятой точкой, ощутить изменившееся состояние Лиама, ведь тот сидел сзади него на байке. Скотта и так смущало, что напряженный член другого парня упирается ему в зад, но когда Лиам стал тереться об него, тихонько поскуливая, Скотту пришлось зарычать, чтобы тот прекратил. Оставив байк и с трудом содрав парня с сиденья, Скотт повел его в дом, крепко прижимая к себе, так как ноги у него не слушались, со стороны же их передвижение смотрелось как довольно интимное объятие. Чем они, кстати, сильно удивили находящегося в тот момент в гостиной отца Скотта.       — Скотт? Ты поздно. Кто это с тобой?       Но Скотту сейчас было не до разговоров и отмазок. Он слышал как тяжело и часто дышит Лиам, как часто бьется его сердце; чувствовал, насколько сильно его трясет, будто в ознобе, хотя тот и был жарче печки, поэтому ляпнул отцу первое, что пришло в голову: — Это мой парень, — но, кажется, это заявление поразило не только агента МакКолла, но и Лиама тоже, который, несмотря на свое состояние, удивленно поднял взгляд.       — Когда это ты успел сменить ориентацию? — в голосе отца было то ли недоверие, то ли удивление так выражалось, сложно было разобрать, а Скотту как можно скорей нужно было отвести свою ношу наверх.       — Полчаса назад, — пробормотал он так тихо, что его мог расслышать только Лиам, который на это чуть слышно рассмеялся. Вслух же сказал совершенно иное. — Не думаю, что это важно. Все что тебе нужно знать, что это Лиам, и что он мой, — а ведь Скотт даже и не соврал, просто не сказал всего, Лиам ведь и так его, правда, его бета. — А сейчас мы с ним пойдем наверх.       — И что будете делать?       — Домашнее задание! — разозлился Скотт на неуместный вопрос отца. — И я очень прошу, нас не беспокоить.       Оставив внизу ошарашенного отца, он завел Лиама в комнату и, заперев на всякий случай дверь, Скотт усадил парня на кровать.       — Ты как?       — Как в аду. Я весь горю, а там все напряжено настолько, что больно.       Скотт лишь понимающе кивнул и сел на кровать позади Лиама, устраивая парня у себя между ног. Он снял с него футболку, чтобы не мешала, но только потянулся, чтобы расстегнуть джинсы, как Лиам вмешался. «Я сам», шепнул он, и быстро стянул с себя одежду, оставшись полностью обнаженным. Скотт на какое-то время даже невольно залюбовался ладной фигурой парня, но болезненно возбужденный и багровый от долгого напряжения член, отвлек все внимание на себя. Лиама по-прежнему била дрожь, лоб покрылся испариной, а сердце казалось готово вырваться из груди. Тогда Скотт, прижав парня к себе поближе, обхватил руками его член, и хватило всего одного касания, чтобы Лиам кончил, протяжно застонав. Однако это было лишь начало, ведь Лиам был все еще возбужден и сам тянулся к рукам Скотта.       Как долго это продолжалось и сколько раз, Скотт не знал, он перестал считать после пятого оргазма. Зато теперь он знал, насколько волнующе стонет Лиам, когда кончает; какие чувствительные у него соски, пока Скотт их ласкал, Лиам успел кончить дважды; и как сильно он возбудился сам, раз за разом удовлетворяя и лаская парня в своих руках.       Под ногами растеклась изрядная лужица спермы и когда в нее упали последние капли, а изо рта Лиама вырвался последний стон, Скотт обессиленно рухнул на кровать, он не мог пошевелить ни рукой, ни какой-либо иной частью тело, даже собственный член волновал его в самую последнюю очередь. Однако Лиаму было не все равно, когда он откинулся назад и лег сверху на Скотта, то не мог не почувствовать напряженный орган у себя под спиной. И как бы он не устал и не был вымотан множеством оргазмов, но решить проблему Скотта, посчитал своим долгом. Поэтому он аккуратно сполз на пол, усевшись на колени между ног Скотта, и потянулся к его ширинке.       — Лиам? Ты что делаешь? — мгновенно среагировал Скотт, но за неимением сил, так и не пошевелился.       — Сам не знаю, но знаю, что должен.       — Ничего ты мне не должен. Прекрати! Я сам справлюсь…       — Нет, не справишься, ты все силы на меня потратил. Теперь моя очередь позаботиться о тебе.       И Лиам уверенным жестом стянул джинсы Скотта до колен, явив на обозрение не менее багровый член. Конечно, в душе он колебался, еще бы, ведь он собирался отсосать другому парню, но внешне постарался это не показывать. И не раздумывая больше, взял в руку член Скотта и не почувствовав никакого отторжения, прикоснулся к нему губами. Нет, это не было противным или неприятным, немного странно, но не более. Он легко поцеловал головку, заставив Скотта застонать, ему понравилось то, что он услышал, и тогда он полностью взял член в рот. Скотт почти давился своими стонами, конечно Лиам был неумел, но его энтузиазма хватало с лихвой, чтобы это компенсировать. Да и учился он довольно быстро. Сосредоточив внимание на головке члена, лаская ее языком, слегка покусывая нежную кожу и иногда проходясь губами и языком по всей длине ствола. Скотт едва успел прошептать, чтобы Лиам отодвинулся, как горячая и тугая струя спермы залила ему живот.       — Лиам, поднимись ко мне, — чуть отдышавшись, позвал он парня. И едва тот выполнил просьбу, как Скотт притянул его к себе и крепко поцеловал, а затем еще и еще раз, пока силы их окончательно не покинули. Позже они лежали, обнявшись, Лиам уткнулся носом в грудь Скотта и довольно урчал, пока тот перебирал рукой его волосы.       — Скотт, почему ты решил мне помочь? — Лиама с самого начала интересовал этот вопрос. На что Скотт ответил не задумываясь:       — Потому что ты мой бета, и я отвечаю за тебя.       Но Лиама такой ответ не удовлетворил: — У тебя ведь уже был бета, с ним ты тоже такое делал? — что это в голосе парня, неужели, ревность?       — Нет, конечно же, нет.       — Тогда почему?       Скотт глубоко вздохнул: — Потому что ты особенный.       — Не понимаю.       — Я и сам не понимаю. Просто я знаю, что ради тебя пойду на все, а теперь и ты знай это, — кажется, такое объяснение Лиама, наконец, устроило, но он все не успокаивался:       — А как же твой отец? Ты же ему соврал…       — Разве? Думаю, что тогда я был искренен как никогда, — рассмеялся Скотт, крепче обнимая парня и целуя его в нос.       — Значит, теперь я твой парень?       — А я твой. Но хватит болтать, думаю, мы уже достаточно отдохнули!