Идеальный

Идеальный. Каждый его поцелуй слетает с губ бабочкой, которая летит туда, вовнутрь, долетает до сердца, касается его своими хрупкими крылышками, будто передает ему свою прекрасную красоту, и тут же с каждым быстрым ударом от него отлетает еще одна такая же бабочка и вскоре их становится целое облако. Оно летит вниз, пролетает по всему телу, щекоча его легкими прикосновениями, замирает на несколько мгновений в кончиках пальцев и летит обратно. И снова ощущение полета, трепет, дрожь, такая приятная дрожь. А от каждого прикосновения внутри будто все замирает, время замедляется и замедляется, и замедляется... И снова поцелуй! Один, еще один и еще. Губы торопливо, но ласково спускаются на шею, нежно касаются родимого пятнышка. И вновь легкая тучка с трепещущими крылышками проносится внутри. А там будто пусто. Лишь огромное сердце, из которого сладкими красными каплями капает любовь. Её слишком много во мне, в нем. А душа... Душа она будто материальна, она будто неземной красоты цветок распускается в груди. И так каждый раз, да-да. И, может быть, это так глупо, так наивно, все эти мысли... Но ведь их никто не слышит, и это приятнее всего. Лишь только он может ощутить это когда, вечером, как обычно придя домой, дарит мне поцелуй. Его руки наверняка ощущают все, что происходит. Ведь эти руки понимают без слов. Интересно, а у него есть бабочки? Как безумно нравится просыпаться по утрам рядом с ним, обнимая теплое тело, улыбаясь, не замечая того сам, разглядывать его спящее, умиротворенное лицо. Нет, он не улыбается и не хмурится, как об этом часто любят писать в романах. Его лицо выражает спокойствие. Глядя на него, самому становится необычайно спокойно, и вновь время замедляет свой ход. Улыбка на сонном лице, как только он открывает глаза и видит меня, восхитительна. Определенно. Других слов и подобрать невозможно. Как же все-таки глупо, наивно, стыдно. Стыдно за все эти мысли. Он ни в коем случае не должен знать о них. Он будет смеяться. Говорить, что я такой мечтатель, называть меня маленьким мальчишкой. А потом его добрый смех исчезнет в моих волосах, сильные руки обнимут за талию и плечи, и даже с закрытыми глазами я почувствую его улыбку. И вправду на мгновения покажется, что я еще совсем ребенок. Черт. Какой же это бред. Бред сумасшед... Сумасшедше влюбленного. Сладкий бред. Идеальный.