Код Гиасс. Код Луны.

***

- Что ты хочешь этим сказать? То есть... ты отпустила её просто так вот, одну, с оружием? Ты в своём уме, ведьма? - Юлиан Кингсли, он же великолепный стратег Лелуш Британский, обычно выдержанный и всегда холодный, вспыхнул в гневе, как только Сиси закончила свой короткий рассказ. Они должны были вдвоём с Изуми найти Лелуша, ведь девушка с того самого злополучного момента, случайно найдя портрет своего отца, загорелась опустошающим душу желанием увидеть его вживую. Да, это было похоже уже на безумие - так безуспешно пытались уберечь её от правды Ширли и Сузаку и так теперь бредила Изуми одним лишь, вскользь брошенным взглядом своего родного отца. Пусть он не питает к ней ровным счётом никаких тёплых и нежных чувств, но девушка буквально в считанные дни начала тосковать в стенах уютного, но такого чужого замка и буквально стала одержимой встречей с Лелушем. Но, прежде чем предстать пред своим создателем, как души наши предстают пред лицом Господа после нашей смерти, Изуми решила закончить последнее своё дело, которое тяготило её душу куда дольше и куда глубже тянули её на самое дно преисподней собственного сердца. Она захотела убить его, возжелала сделать то, что мысленно однажды пожелал сделать и сам Лелуш, но, всуе разгневавшись на праведного своего друга, едва не сорвавшего его грандиозные планы, принц вскоре оставил эту мысль, только от этого не исчезла она, но чудным образом намертво укоренилась в сознании юной девушки, которая впервые планировала запятнать свою непорочную душу в крови, которая мечтала собирать в охапки чёрные, рассыпающиеся в пепельный тлен чёрные ирисы со своего сна. Она уже давно не мечтала о спасении, не хотела видеть святых ликов, укоризненно взирающих на темнеющую её душу. - Тише, Лелуш... Мне нужно сказать тебе что-то важное... - Ведьма бесшумно приблизилась к парню, уверенно осмотрев тёмный высокий свод зала - кроме нескольких десятков свечей, да изысканной мебели с резными позолоченными окантовками не было ни одного живого существа, кроме них двоих. - Я же просил. Юлий, называй меня Юлий. Хоть мы и одни, но ты не сможешь предугадать, с какого тёмного угла за нами может наблюдать любопытный взор, заклейменный Гиассом, - брюнет приопустил уголки губ, состроив недовольное выражение лица и каждый мускул его заметно напрягся, а тонкие пальцы нервно перебирали выпуклые деревянные рисунки. - Ладно, так или иначе... Скажи, как давно ты видел Наоми? Вы ведь расстались, если не ошибаюсь, когда всё подходило к концу... Вся эта инсценировка твоего исчезновения, смерти, а потом - твоё незримое возрождение... Ты хоть раз интересовался, чем она живёт? - зелёные брови ведьмы нахмурились. Впервые за столько лет, спустя столько пережитых трудных минут жизни, Лелуш впервые видел её такой недовольной и напряжённой. И дело было совершенно не в его дочери. Изуми - это был последний человек, о котором ведьме и не стоило беспокоиться - эта малышка сделает всё, как надо. И пусть даже это будет последнее её дело, в этой жизни. - К чему ты спрашиваешь у меня про Наоми? Я же уже, кажется, просил тебя... Эта тема закрыта для обсуждения. Я навещу её, как только смогу. Я не имею права подвергать её опасности... В конце-концов, Наоми не виновата, что полюбила меня тогда. Дурочка. - с этими словами, парень опустил голову и, сняв маску, устало потёр переносицу - опальный принц некогда Великой, а теперь падающей ниц пред натиском обстоятельств Британии, давно желал бросить всё к чертям, исчезнуть, сбежать из этого мира... Но теперь, когда планы его почти увенчались успехом, он только молча ждал, когда этот мир отпустит его... Но Лелуш стал пленником, живя без возможности прервать свою жизнь, зная наперёд, что ей никогда не будет конца... - Лелуш... Ты больше уже не увидишь свою Наоми, никогда, слышишь? Она умерла...два дня назад. Но я была с Изуми и не успела сказать тебе раньше. Прости. - Ведьма молча, снова предав своему лицу спокойствия и безразличия, передала ему какой-то документ. Лелуш содрогнулся, услышав одно только слово "умерла". Остальные объяснения Сиси он пропустил мимо ушей, молча, силясь не пустить слезу, смотря в золотистые глаза девушки. Похолодевшими от ужаса руками он нетерпеливо развернул бумагу - тонкая чёрная окантовка документа бросилась в глаза принца и в ушах начало немного шуметь. Всё вокруг стало расплываться в приглушённом свете свечей, покрываясь пятнами и парень, крепко вцепившись в ручку кресла, чтобы не упасть, немного спустился и принял полулежачее, более удобное теперь состояние. Мерзкое состояние тошноты подступило неожиданно, но так же незаметно, спустя пару минут, отступило. Сиси присела на колени, аккуратно помассировав Лелушу виски и тогда помрачневшие ранее стены стали постепенно светлеть и зрение наконец вернулось к нему. - Свидетельство о смерти? Ты что мне подсунула, поганая ведьма?! Ты думаешь, я поверю в эту чушь? Она не могла умереть, ты поняла? Не могла, никогда, она обещала, нет, она поклялась, что дождётся меня! Да и... У неё же тоже был Гиасс. Как тогда... - понизив голос, Лелуш перешёл на шёпот, всхлипывая, то и дело давя подступающие припадки гнева и непонимания. Всё резко стало проноситься перед ним в памяти - их первая встреча, война, его смерть, их любовь и такое долгое, растянувшееся на годы расставание... А ведь он даже не попрощался с ней, как полагается. - Мне очень жаль, но её похоронили сегодня утром, как она сама пожелала. А насчёт Гиасса... Заключить контракт можно с любым носителем, также и наоборот... Силу может забрать любой носитель, не обязательно тот, с кем был заключён контракт. И Наоми сама попросила меня. Она не могла так жить, она не выдержала испытание Гиассом, он поглотил её, уничтожил. Всё последнее время она провела в тяжёлом состоянии. У неё помутился рассудок, когда я ей рассказала кое-что. Она потеряла разум и не могла здраво мыслить и, откровенно говоря, именно это и ускорило её гибель, а избавить её от Гиасса и помочь её душе найти покой я посчитала своим долгом. - Забрала Гиасс? Постой, а что за правда? Какая такая тайна, покрытая мраком, которую даже я не знаю? - Лелуш встал с кресла, грозно посмотрев на Сиси и смял отравляющую его сердце бумагу, а затем выбросил её в камин. Тлеющие головешки вспыхнули, огонь тихо заворчал грудным голосом, потрескивая и поднимая небольшую дымовую ленту в дымоход.

***

Изуми быстрыми шагами приближалась к ограде замка. На улице была уже глубокая ночь и стражники заметно подустав, вяло, как бы по инерции бродили по периметру огромного сада перед королевской резиденцией. Заметив приближающуюся тень, командир охраны подал знак и десяток вооружённых рыцарей открыли ворота и направили стоящее на взводе оружие. Есть, сработало! Изуми только и ждала такой реакции. Состроив невинное, непонимающее такого переполоха лицо, она спокойно подняла руки вверх, показывая знаком, что она безоружна. Командир вышел вперёд - у него был приказ арестовывать любого, кто появится у стен замка после полуночи. Но Изуми и решила сыграть на молниеносной реакции охраны. Подойдя к командиру, она отдала честь и протянула ему документ. - Ричард Хинтоджи... И что же, позвольте спросить, привело вас в королевскую обитель в столь поздний час? Его Величество уже спит... - при слове "Его Величество" Изуми немного передёрнуло. Мерзавец, негодяй! Ему ли обвинять Лелуша в предательстве, когда, по сути, он занял чужое место, его место. - У меня есть информация насчёт пропавшей принцессы Изуми, сэр. Я слышал, что с подобной информацией король готов принять посетителя в любое время суток. Или мне подождать до утра? - голубые, поблёскивающие холодной, искусственной безжизненностью глаза Изуми испытующе глядели на командира. Мужчина заметно занервничал, отдав удостоверение Изуми и, шепнув что-то на ухо одному из рыцарей, уже более приветливо пригласил её войти. Девушка вошла в указанную рыцарем дверь и вскоре незримой тенью скрылась за ней. Огни были потушены, свет не горел ни в едином окне, и только в покоях Сузаку началось нервное движение. Молодой король и так не мог уснуть с самого вечера, а как только ему сообщили о прибытии Хинтоджи - и вовсе потерял всякую тягу ко сну. Едва появившиеся перед глазами японца сны рассеялись и он, начав судорожно переодеваться, оставил тёплую постель, смяв огромное одеяло. Шаги Изуми гулко отдавались в пустом коридоре, выделяя каждый из них звоном мраморного пола. Сердце Сузаку беспокойно колотилось, а на душе ледяной коркой прихватывало подозрительное предчувствие чего-то страшного. Сонный голос Ширли послышался из спальни, но король лишь коротко ответил, махнув на жену рукой, сухо приказав ей спать и ни о чём не тревожиться. Размеренные, приближающиеся шаги наконец остановились. Стука в дверь не последовало и Сузаку сам нетерпеливо крикнул "Войдите!". Полутень свечей очертила грациозную невысокую фигуру в военной форме. Молодой человек с яркими, выделяющимися даже при столь тусклом свете голубыми глазами, стал в центре комнаты, молча кивнув Сузаку и нервно сдавив челюсти. Король встал из-за стола и подошёл к парню поближе - он был невысокого роста, но в фигуре его, в высоко поднятой голове, в презрительно-смелом взгляде Сузаку увидел что-то дорогое и знакомое ему, а незнакомец начал: - Меня зовут Ричард Хинтоджи, прошу простить меня за столь поздний визит... - сиплый, но такой нежный голос услышал японец. Сомнений никаких не осталось. Но, почему же она пришла домой вот так, вырядившись в мужскую одежду, мимо охраны, под чужим именем, как вор или преступник? Он даже не подозревал, что только каких-то несколько минут разделяют его от цели её появления. - Я так рад, Изуми... Зачем ты сделала всё это? К чему такие сложности? Чужое лицо, одежда, короткие волосы, совсем не твои... Они как у мамы... - Наоми умерла. - холодно отрезала Изуми, злобно следя за мгновенно изменившимся выражением лица Сузаку. Он...сожалел? Сочувствовал? Но ей было плевать. Она преднамеренно пришла сюда, в последний раз, и уйдёт только в том случае, если исполнит давнее, мимолётное желание своего отца. - Как же... Прости, я этого не знал. А ты уже встречалась с Лелушем? - Не успела ещё. Решила сперва к тебе на огонёк заглянуть, папочка... А уж как дела закончу - можно и к Лелушу. Раз уж мы друг друга узнали, ни к чему больше весь этот спектакль... - девушка спокойно сняла линзы, пряча их в карман. Сузаку побледнел и судорожно шарил рукой по столу, в надежде найти что-то, но мысли его перепутались и он не понимал, чего ожидать от девушки. То ли обороны, то ли атаки. Яркие красные огоньки блеснули в королевских лиловых глазах - до проклятья в холодеющем сердце, Сузаку узнал его, это был Гиасс, знак, отличающий чистокровных королевских особ. Изуми неспешно засунула руку в карман и что-то тёмное блеснуло в её сжатой ладони. Револьвер мертвенной застывшей опасностью замер перед лицом лжеправителя и, как тогда, когда Изуми заявила приёмным родителям правду, Сузаку упал перед ней на колени и испуганно глядел в её безумные, теперь уже не видящие ничего глаза. Ничего, кроме мести, ничего, кроме злобы, ничего, кроме смерти. - Прошу тебя, доченька... Не делай этого! Не бери такой грех на свою душу! Я сделаю всё, всё что ты только попросишь! Но не надо, умоляю тебя, не надо! - Умоляй бога, - холодно ответила Изуми. - Жалкое зрелище. Как же ты мог называть себя справедливым, честным, когда ты сам предал своего единственного друга? А? Слушай, Сузаку, не жмёт ли корона, давно я хотела спросить? А то при твоей жизни мне так ещё и не доводилось надеть её. Ну, теперь всё измениться. Мне более не нужен этот трон. Я передам ему единственному достойному его человеку. Только Лелуш будет восседать на нём, придерживая тяжесть золотого венца королей Британии. А ты... Отправляйся в ад! Короткий выстрел прорезал тишину и Юфимия растерянно осмотрела пустую постель - не вернулся ещё. В кабинете, через приоткрытую дверь всё-ещё виднелся дрожащий свет. Но вокруг было тихо. - Сузаку! - аккуратно позвала Юфи, но в ответ - тишина. Королева обеспокоенно прислушалась, а затем поднялась и вышла из спальни. Короткий крик зазвенел подобно бьющемуся стеклу и охранники поспешили в покои короля. Окно, открытое настежь, содрогалось от ночного неспокойного ветра, тонкие прозрачные шторы трепались, как паруса Летучего Голландца - тонкие, сотканные, казалось из самого лунного света, лихорадочно белёсого и вселяющего беспокойство и бессонницу даже в головы людей с крайне устойчивой психикой. Когда командир охраны вбежал внутрь, он, опешив, остановился на полушаге. В центре комнаты, на ковре, лежало тело короля, лицо его белое, сияющее в свете луны, было спокойным, навсегда сохранившим в маленьких морщинках в уголках недвижимых теперь зелёных глаз раскаяние и сожаление. И только маленькое отверстие в виске, из которого ещё слегка сочилась тёплая кровь, не оставляла сомнений, что короля спасти уже невозможно...

***

- Кто здесь? - голос Рея прозвучал громко и строго. Несмотря на то, что впервые за последнее время парень наконец смог нормально спать, он неожиданно вскочил с постели, услышав подозрительные шорохи за окном третьего этажа. Он подошёл подоконнику и резко распахнул створки - в лицо его дыхнул сладкий ночной воздух. Луна была в эту ночь какой-то особенной, хоть и сила её постепенно угасала, а идеально круглый, тревоживший сон лик, был уже частично отвёрнут от Земли и от того она кзалась убывающей. Рей поднял сонный взгляд на луну и глубоко вдохнул сладковатый, одурманивающий поток ветерка - казалось, что так пахнет сам лунный свет. Да, так ему когда-то давно говорила Изуми, но он лишь смеялся над её детской непосредственностью и над тем, с какой досадой и жаром в голосе доказывала она всегда свою правоту. Мимо Рея пронёсся некто, ловко и почти бесшумно заскочив в открытое окно. Парень вернулся в болезненное, полное тяжёлых раздумий сознание и увидел знакомое, но теперь такое отчуждённое от него лицо - образ Изуми ярко выделялся в полоске лунного света, отчего все окружающие Рея предметы неуклонно последовали во тьму и ничего, кроме неё, он не видел теперь. Беспокойный, блуждающий взгляд затравленного зверя был так несвойственен ей. Девушка в его памяти всегда была весёлой и беззаботной. Она была невинным существом с детским сознанием и, порой, даже обманывала очень неумело, словно такого свойства природа в ней не предусмотрела. Но теперь брюнетка подозрительно осматривала своего друга, в напряжении ожидая его реакции, но Рей стоял неподвижно, растерянно и, вместе с тем, нежно смотря на неё. - А ты совсем не изменился. Всё так же открываешь, кому попало. - Зачем весь этот наряд, Изуми? Я ведь почти сразу понял, что это ты, какая-то непонятная сила тянула меня к тебе, но меня сбили с толку твои голубые линзы. Знаешь, ведь только твои глаза показались мне безжизненными, чужими что-ли... Я соскучился по лиловым небесам, которые видел всякий раз при встрече с тобой... Но... почему ты вся дрожишь? Ты от кого-то убегала, так ведь? - парень осторожно приблизился, показав, что не собирается делать ей ничего плохого. Брюнетка опустила волосы на лицо, чтобы не подавать вида... Что кое-что в ней изменилось навсегда и уже безвозвратно. Рей ласково обнял её за плечи, сняв пиджак, весь разгорячённый от быстрого её побега. И только несколько едва заметных кровавых пятна было на нём, но Рей не подал виду, что рассмотрел их. Он догадался, что причина её угрюмости именно в преступлении, но не хотел признаваться в этом даже самому себе. Он откинул его на кровать, а Изуми, не выдержав спокойствия своего друга, затряслась всем телом и, дёрнувшись в сторону окна, опёрлась о подоконник и зарыдала. - Я...я не хотела, Рей... Не хотела, это не я... Я ни в чём не виновата... Я только сделала то, что он сам давно пожелал сделать. Давнее, мимолётное желание, о котором он уже забыл, но я исполнила его, слышишь? Я сделала так, как он всегда хотел... - плач девушки стих так же внезапно, как и она впала в истерику, и теперь снова говорила спокойно и безразлично. - О чём ты говоришь, малышка? Чью мечту ты исполнила? - Рей сдвинул брови, силясь понять хоть слово, собрать по крупицам ту картину, которую унёс ночной ветер и весь этот кошмар остался в далёком прошлом. Он крепко обнял свою любимую подругу и прижался губами к её горячему виску, прикрыв глаза. Но Изуми стояла неподвижно, а затем неожиданно рассмеялась. - Я -чудовище, понимаешь? Чу-до-ви-ще! Я преступник! Я убила его, понял, вот этими руками, только что, убила! Он лежит мёртвый, и теперь никогда больше не будет преследовать нас! Я сделала так, как хотел Лелуш... - от имени, так ласково произнесённого девушкой, Рей содрогнулся и отстранился от неё, пытаясь рассмотреть закрытое маской безумия лицо, лицо, которое он всегда любил. - Что ты такое говоришь? Зачем? Ты разве видела его? - Нет, но я точно знаю, что он мечтал об этом. Он всегда желал стереть с лица земли этого предателя, так жестоко с ним поступившего, с лучшим другом, который оставил его в последний, самый ответственный момент... - А ты уверена, что...Лелуш хотел именно этого? Ведь истинные друзья всегда найдут повод, чтобы простить друг друга, какое бы преступление не совершил один из них... Лучшие друзья за всё платят поровну... - Рей подошёл вплотную, с досадой и укором смотря на девушку, которая наконец решилась посмотреть на него, прямо глаза в глаза. Парень выглядел спокойно, с тайным сожалением смотря на того чужого человека, стоящего рядом с ним. Короткие растрёпанные волосы, глаза, полные ненависти и досады, мужская одежда, руки, забравшие жизнь у совершенно неповинного человека... Это ли была его Изуми? Скорее, она постепенно, незаметно стала тенью ненавистного ему правителя. Она стала тенью Лелуша, неделимой частью чёрного принца Британии. - Ты же ненавидишь его... Поэтому тебе и трудно понять... - Нет! Просто я уверен, не знаю почему... Что он не хотел смерти Сузаку! Слышишь? - Я только... Мне иногда кажется, что те тайные желания, порочные и тёмные, которые он спрятал и утихомирил в себе, зажглись в моём сердце с новою силой, по непонятной мне причине... Я становлюсь одержима ими и ничего не могу с этим поделать... Я только хочу, чтобы он добился того, что всегда хотел - мира и справедливости на Земле, пусть даже я, как тень великого короля, стану всемирным злом, пусть люди уничтожат меня и станут славить Лелуша все веки вечные. Пусть он никогда не умрёт, но я хочу, чтобы чёрный король остался до последнего на шахматной доске! - голос Изуми дрогнул и, слегка успокоившись после выплеска эмоций, она вздохнула и села на залитый лунным лучом подоконник. Рей молча, угрюмо уставившись на спину Изуми, стоял недвижимо. Ненадолго он отошёл к постели и незаметно переложил револьвер к себе за пояс брюк. Так будет безопаснее. Он знал, что там оставалась последняя пуля и Рей уже решил, кому она будет принадлежать. - Тебе нужно отдохнуть, Изуми... Ты не в себе, несёшь всякую околесицу. Ты просто устала, лунная ночь только заставила заболеть старые раны и разбудила в тебе то, чего никогда не было... Нет, всего что ты мне рассказала...ничего из этого ровным счётом не произошло. Тебе приснилось, понимаешь? Ты не в себе. - Спасибо, Рей. За всё. И ложись спать. Прости, что разбудила и...что когда-то появилась в твоей жизни. Без меня твоя жизнь была бы спокойной и размеренной. Ложись спать, а я скоро уйду... Меня быстро найдут, а мне ещё надо успеть увидеть отца, я ведь ещё так и не встретилась с ним... - девушка спрыгнула на пол, медленно подойдя к парню. Она немного подросла с момента их последней встречи и, став на носочки, аккуратно поцеловала его губы. Раньше она бы только засмущалась в присутствии лучшего друга, но теперь всё в ней изменилось. Откуда только взялась та смелость, безрассудство, холодный расчет? Рей притянул брюнетку к себе, придерживая её затылок. Он давно мечтал об этом моменте, когда они наконец смогут быть вместе и ничто им не сможет помешать. Но Изуми, спустя пару минут, аккуратно оттолкнула Рея, холодно смотря перед собой, и на автомате надела пиджак. - Стой. Я помогу тебе сбежать, Изуми... Ты уйдёшь отсюда незамеченной. Мне кажется, что об убийстве уже сообщили в штаб, так что сама ты отсюда не сможешь уйти... - Поможешь убийце исчезнуть во тьму? - странная, но понятная фраза больно кольнула сердце Рея и он, не подавая виду, промолчал. - Ты мой лучший друг и я люблю тебя... И пусть ты будешь сотню раз убийцей, тысячу раз предателем и преступником. Я всегда буду на твоей стороне, что бы ты не сделала. Я всегда буду прикрывать тебя. Только, меня не убивай, договорились? - с ноткой сарказма, сказал Рей. Изуми удивлённо уставилась на парня, стоя на подоконнике в полный рост. Наконец парень увидел то, что хотел - то же самое выражение лица, как и тогда, когда он объявил Изуми, что уходит служить. То же по-детски обиженное лицо, на губах её как бы застыл недосказанный вопрос "Зачем?". Только теперь всё складывалось иначе, и Рей знал, как поступит в конце. - Зачем? - озвучила наконец свой вопрос Изуми. - Ничего не спрашивай. Просто я так решил. Больше ничего.

***

Ветер беспокойно трепал зелёные листья, отрывая их с гнущихся парусами ветвей. Рассвет приближался неумолимо и некогда синее, утопающее в глубине своей небо, начало гаснуть, звёзды исчезали одна за другой, а горизонт стал медленно сереть и постепенно заглатывал тусклый, убывающий круг луны. Лелуш стоял молча и спокойно, скрываемый густой тенью дерева. Волосы его трепал ветер, и несколько листков задели его голову, но он не обратил на это никакого внимания. Он ждал. Потеряв свою любимую, он не хотел более терять никого. Трава зашуршала под чьими-то по-кошачьи тихими шагами. Зеленоволосая ведьма вышла из тени, всматриваясь в очертания здания военного штаба. - Король был убит этой ночью, несколько часов назад, а Изуми всё нет... - как бы невзначай, между строк сообщила Сиси, незаметно переведя тему. Но лицо Юлиана Кингсли оставалось невозмутимым, и взгляд его терпеливо ожидал увидеть дочь, которая, по злому року судьбы, стала не его продолжением, но его тенью, которая всегда теперь будет следовать за ним, исполняя давние, тёмные желания прошлого. Он точно знал, что это Изуми убила его, но Лелуш не жалел. Он как будто услышал то, что неминуемо должно было произойти. На него эта новость подействовала ровно так же, как если бы ведьма сказала сейчас "Солнце скоро взойдёт". Да, ведь оно всегда так делает. Но Изуми теперь тоже будет такой...всегда. Молчаливо и незаметно следуя за мантией чёрного короля, в тени шахматной доски, появится тень, темнее чёрного, что всю на всю вечность станет для Лелуша проклятием и наказанием за опрометчивые желания и жажду стань некоронованным богом на Земле. И вот на холме появилась она. Прекрасная девушка с короткими чёрными волосами, которые беспощадно растрёпывал ветер. Они увидели друг друга, спустя столько лет и несчастий. Глаза одного и того же цвета летнего лилового неба, волосы, что созданы из самой тьмы, выразительное лицо с острым подбородком, который никогда ни перед кем не склоняется. Они были копией друг друга - опальный некоронованный король Британии и его тень, что неспособна отделиться от своего создателя и господина. Изуми, увидев того, кого так жаждала встретить уже давно, забыв обо всех опасностях и сомнениях, побежала с холма навстречу отцу, щуря глаза от ветра. Лелуш неспешно вышел из тени, шествуя навстречу бегущей девушке. Он улыбался, впервые, наверное, за последние пятнадцать лет. Улыбался, видя себя со стороны - юного, горячего, беззаботного, но уже такого порочного душой. Изуми быстро настигла Лелуша, резко остановившись в метре от него. Как и тогда, в зале Королей, она с восхищением молча разглядывала лицо отца. Он был настоящим, живым человеком, как и на той картине. Его глаза, цвета перламутровых аметистов, смотрели на неё, как тогда, много лет назад. Но Изуми не могла поверить, что он настоящий, что вот она, их долгожданная встреча, наконец, наконец... - Я пришла, Лелуш... Прости, что так долго... - нерешительно смотря на парня, она сказала тихо, словно боясь потревожить своего правителя. Но в лиловых глазах появился радостный блеск и брюнет раскрыл свои объятья, завлекая в них Изуми. Девушка, заплакав, бросилась к нему, крепко сжимая Лелуша своими обычно слабыми, неиспорченными тяжёлой физической нагрузкой, руками. Она спрятала лицо, прижавшись лбом к его груди, где так отчётливо и ровно билось его сердце, их общее сердце. Лелуш ласково погладил её по голове, а Сиси, как бы боясь нарушить их идиллию, медленно вышла из тени и стала сбоку от своего контрактера. - Я очень рад, Изуми... Теперь у нас всё будет иначе, я обещаю тебе... Но, господи, какая же ты... Ты не моя дочь, ты - это я. - Парень приподнял её подбородок и внимательно рассматривал каждую черту её юного лица, улыбаясь. - Я всегда думал - почему люди восхищаются мною, даже смотря на себя в зеркало изо дня в день я ничего не замечал. А теперь я вижу, вижу, когда смотрю на себя со стороны. Это просто великолепно, восхитительно, идеально... Вот в чём секрет нашего королевского обличия. Потому что ты - это я, ты не моё продолжение, но моё воплощение. Ты сделала то, на что я не решился очень давно и это тяготило меня... Прости. Ты ведь стала такой из-за моей слабости, я ведь не желал более пятнать себя и, по сути, убил Сузаку твоими руками... - Лелуш бережно поднёс её руки к губам. Изуми улыбнулась и едва коснулась пальцами его щеки. Тёплый, настоящий, совсем не такой, как о нём рассказывали озлобленные незнанием люди. Совершенно такой, каким его себе представляла Изуми в своём сознании. Именно такой. - Ты не волнуйся обо мне. Проси всё, что только пожелаешь - я для тебя сделаю всё, пойду на любое преступление, только бы ты оставался счастлив и всегда улыбался, слышишь? Всегда... - тихий шёпот девушки сорвал с губ ветер. Лицо Лелуша неожиданно скрыла маска холодности и страха. Сиси, стоящая в нескольких шагах от Изуми, в ту же секунду обернулась в сторону внезапного резкого звука. Рей появился рядом незаметно, тихо подходя сзади к девушке, когда они с Лелушем были увлечены друг другом. И теперь он свершил то, что давно задумал. Дуло револьвера холодило пробитую насквозь грудь и Изуми, немного качнувшись, широко раскрыла глаза и медленно повалилась на Рея, который бережно обнял её, уложив голову девушки себе на грудь. Но она не вскрикнула и теперь уже улыбчиво и будто благодарно смотрела на Рея. Парень заплакал и, выронив оружие, сжал девушку, прикрывая её своим телом. - Я давно хотел... Я знал, что рано или поздно этим всё кончится... Но я хотел сделать это своими руками, чтобы никто не посмел отнять твою жизнь, кроме меня. Я только мечтал, чтобы твоя душа всегда была непорочной, чистой, как хрусталь... И я давно был готов...остановить тебя, если ты вдруг сорвёшься. Готов был очистить твою душу от тяжести любого греха, если ты только решишься... - парень целовал её лоб, щёки, оставляя влажные следы слёз на бледном от приближающейся смерти, лице Изуми. Но девушка лишь улыбаясь смотрела на него, проведя рукой по волосам своего друга и теперь уже грешного любовника. - Глупенький, зачем же ты? Я ведь никогда не умру. - Лицо парня на миг стало недвижимым и он, подобно тем витражным ликам, взирал на неё ласково и укоризненно. Это было похоже на игру, русскую рулетку на порочность: чья душа останется во тьме. И теперь грешником остался он. - Изуми! - голос шатена дрогнул, когда сияющие глаза девушки закрылись и она недвижимо осталась лежать в его объятьях. Рей растерянно глядел то на Сиси, то на Лелуша, отомстить которому он хотел так давно и такой недосягаемой казалась ему эта безумная мечта. Но теперь они смотрят друг на друга - принц-изгнанник и юноша, что жил отравляющим желанием убийства с самого раннего детства. И он исполнил свою мечту, не зная того. Он встретил Сиси, очень давно, пожелав обрести Гиасс. Но ведьма лишь загадочно улыбнулась и отказала ему, как бы давая незримую надежду на то, что его время пока не пришло. Как было бы глупо - дать силу горящему ненавистью мальчику убить своего контрактера. Но дело было совсем не в этом, Сиси было всё-равно. Но тогда она бесследно исчезла, пока они снова не встретились, тогда, в замке, когда Рей пришёл навестить любимую свою подругу... И вот теперь, Изуми была мертва, она лежала, как кукла, ещё тёплая... Но он убил не её, а ту тёмную личность Лелуша, что отделилась от него с тенью и поглотила разум его дочери. Рею наконец удалось исполнить свою мечту - он убил ненавистного ему врага, заплатив за это жизнью самого дорогого ему человека, во второй раз. Изуми стала разменной монетой в их игре с чёрным королём и, как мечтала девушка, король остался на шахматной доске, с гордостью и превосходством глядя на поверженного соперника. - Не бойся, Рей. Тогда я отказала тебе, но теперь то поймёшь, зачем я так поступила. Я возвращаю тебе обещанное. Пробудись же, Гиасс беспечной Луны! - Ведьма подняла руку на головой Изуми и громко, непривычно грозно выкрикнула последние слова. Волосы Сиси засияли, на лбу проступил знак Гиасса, подобно стигмам, выведенных кровью. Лицо Изуми просияло таким же светом, но более бледным и холодным, словно излучая свет луны. Девушка резко открыла глаза и судорожно схватила ртом воздух. В глазах её красноватым светом засиял Гиасс, и Лелуш, снимая ненавистную ему маску, явил своё лицо полностью. Глаза его стали подобны глазам дочери и он лишь смотрел на её новое рождение, улыбаясь. Да, именно так и должно было быть изначально. Так и никак иначе. - Теперь ты тоже носитель Гиасса, Изуми. Он передался тебе от меня и теперь, в знак того, что ты не колебаясь впустила его глубоко в своё сознание, проклятье стало тебе единственным спасением... Рей отпустил её и Изуми, встав в полный рост, с наслаждением дышала утренним воздухом. Она стала такой, как и прежде - густые тёмные волосы отрасли ниже пояса, в сиреневых глазах цвета летнего неба виднелся Гиасс, лицо её, наконец, стало по-прежнему спокойным и кротким, как лунный лик. Она как-то печально осмотрела Лелуша и Сиси, а затем повернулась к сидящему на траве Рею, просияв улыбкой. Девушка протянула ему руку, источая лёгкое, исчезающее уже сияние. - Я предлагаю тебе контракт, отважный смертный! Но знай, что сила безмерная, безграничная и вечность будут даны тебе взамен на то человеческое и имеющее свой конец существо, которым ты был награждён от Господа. Готов ли ты... - Готов! - не дав девушке договорить начатое, зная конец этой фразы наперёд, он поспешно ответил. Парень давно уже представлял себе этот момент и теперь у него появился долгожданный шанс - получить бессмертие и власть, быть рядом с Изуми навечно. - Хорошо. - А теперь попробуй свою силу, Изуми... - тихо отозвалась Сиси. Слегка колебаясь, девушка кивнула и обратила свой взор к серому горизонту, затянутому сияющей от далёких молний облаков. Издалека неумолимо приближалась гроза и свежесть утра стала задыхаться в предчувствии скоро низвергнущейся большой воды. - Я, Носитель Лунного Гиасса повелеваю... Взойди, солнце! - волосы Изуми поднял сильный штормовой ветер и тучи, шипя и блистая золотистым светом, стали покорно, хоть и грозно, раздвигаться. Блёклый желтоватый солнечный круг, по желанию протянутой к нему всемогущей руки, стало подниматься, и вскоре гроза ушла совсем, на запад, и скрытое душной дымкой, взошло долгожданное солнце. Рассвет пришёл, как и обычно. Он всегда так делает с самого начала истории Земли, за века и тысячелетия до появления первых живых существ. - Ну что, Рей? Пожалуй, нам уже пора... Сиси, поглядев на своего контрактера, протянула Лелушу руку и тот покорно взял её в ответ. - Прости, Изуми. Но у меня остались ещё кое-какие дела. Как только я покончу с ними, мы снова увидимся и, уже точно, насовсем. - Юлиан надел свою тёмную маску и, поцеловав лоб дочери, с которого незаметно сошло сияние, медленно исчез в первых лучах нового утра, идя рядом с ведьмой. - И мы тоже уйдём. Теперь у тебя есть та сила, которая поможет нам свернуть горы и совершить всё то, что бессильно пыталось выжить в нашей безумной фантазии. Ну что? Теперь ты счастлив, Рей? - Изуми снова поцеловала его, обняв шею парня руками и тот молча повиновался. И даже яд нескончаемой жизни, даже тяжесть прошлой жизни, даже бессилие ранних лет - ничто уже не тяготило его разум. Они теперь всегда будут с Изуми, с его непорочной, совершенной, любимой подругой. Так будет длиться целую вечность. - Пойдём... на край Земли, как думаешь, Изуми? - За тобой, хоть в Преисподнюю, куда только пожелаешь, Рей... "Бледный лоб прикрывали твой чёрные пряди смерти, но я прогнала... И взамен, взяв венец я терновый, тебя в бездну с собой забрала..."