Сон - лучшее место для встреч

      — Бог мой, кто придумал эти дурацкие плащи? Точно займу какую-нибудь должность и отменю их ко всем чертям! Впрочем, может, поделиться этим с отцом?.. Да нет, он меня не услышит... Он все забыл, как появилась эта стерва Кейт... Чертова стерва Кейт...       Темноволосый подросток продирался сквозь колючие кусты, и полы его плаща постоянно цеплялись за ветки, вынуждая парня каждый раз останавливаться и ругаться сквозь зубы. Наконец, ему надоело, и он уже почти стянул этот чертов плащ, но вспомнил, что под ним довольно приличная одежда, а «стерва Кейт» явно припомнит ему этот промах. По его прикидкам, до выхода оставалось не так уж и долго, а парню было жизненно необходимо пробраться в дом этим путем, иначе его отсутствие заметили бы, а поскольку он был под домашним арестом... Помимо продления этого самого ареста все могло бы кончиться значительно печальнее.       Наконец, кусты кончились, и парень оказался под ивой, скрывающей его от окон дома. Дальше была лужайка. Подросток опустился на землю и приблизился к ветвям, наблюдая. Возле парадного входа в дом (хотя, это больше походило на дворец), сновали чем-то обеспокоенные люди. В окнах по всему первому этажу горел свет. Это напрягло мальчика, и он приготовился бежать к черному входу, где пока еще никого не было. Красный плащ на зеленом фоне травы не особо способствовал скрытности, но выбирать было не из чего, а одежду сохранить хотелось.       Еще раз все рассчитав, парень вылез из-под веток и рванул к черному входу. И в тот момент, когда он был близок к своей цели, дверь открылась, и он оказался аккурат перед той, перед кем оказаться не хотел – Кейт. На ее лице застыла какая-то странная гримаса. Торжество вперемешку с печалью и какой-то наигранной скорбью, постепенно сменившиеся некоторой толикой удивления и злобы. Выражения менялись так быстро, что подросток почти не мог уследить за ними, но затем калейдоскоп остановился, и теперь лицо выражало усталость, печаль и скорбь, и если первое было вполне натуральным, то остальное – абсолютно искусственным. И все же парень мог признать, что Кейт владеет своим лицом и телом в совершенстве, однако ему единственному она сразу показалась насквозь фальшивой «скользкой гадиной», но к нему никто не прислушался. Женщина была похожа на изменчивого хамелеона, только с многочисленными апгрейдами в виде когтей и клыков, и это было не совсем метафорой. Парень мог поклясться, что как-то ночью в полнолуние засек Кейт в таком виде, когда она пробегала по довольно хорошо освещенной луной лужайке.       — Нашелся, — уж слишком облегченно она выдохнула, а потом всхлипнула и протянула к парню руки, будто собираясь заключить его в объятия. Непроизвольно он сделал пару шагов вперед, но успел себя остановить. Несколько секунд женщина стояла с протянутыми руками, но потом опустила их, а в ее глазах мелькнуло и пропало что-то жуткое, чему парень не смог дать определения, но это несомненно напугало его.       Впрочем, Кейт всегда пугала его. Ледяная красотка с фальшивой улыбкой и удивительно неживыми глазами. Ему никогда не было понятно, что отец нашел в ней. Быть может, он просто устал быть в одиночестве... Однако ни слова протеста не вырвалось у мальчика, когда отец решил на ней жениться. В конце концов, почти в пятнадцать уже понимаешь, как одиноко бывает человеку, потерявшему жену более десяти лет назад. Это сосущее чувство не покинуло подростка и до сих пор, потому что другой матери он не получил.       — Мальчик мой, — воскликнула она. «Мальчика» передернуло, но он вымучил улыбку. — Произошло несчастье... Мы тебя уже обыскались...       Кейт приобняла его за плечо и осторожно провела в дом. Ситуация все больше пугала подростка, казалось, что случилось что-то непоправимое, однако он послушно переставлял ноги. У него возникло ощущение, будто его затягивает водоворот, которому он никак не мог противиться. К нему прибавилось дикое предчувствие ошибки, которую невозможно исправить.       — Что случилось? — он даже не узнал свой резко охрипший голос.       — Твой отец, — всхлипнула Кейт. Сердце пропустило удар. — Он пропал на охоте...       — Что? — выдохнул парень. Ему показалось, что он ослышался. Сердце гулко билось почему-то в ушах, а не там, где должно было быть. Перед глазами все резко расплылось, и как некстати он вспомнил, что забыл принять таблетки.       — Пропал. На охоте, — членораздельно повторила женщина. Подросток оцепенел и замер на месте.       — Нет!..       — Мне жаль!.. — она чуть склонила голову. Он с ненавистью посмотрел на нее и прошипел:       — К черту твою жалость! Пусти меня!       Парень вырвался и побежал, прямо по коридору, поворот налево и вверх по лестнице. Вслед ему неслись крики и просьбы остановиться, больше похожие на приказы. Но ему было абсолютно наплевать. Кажется, он сбил кого-то с ног, но не остановился. Из него будто выбило весь воздух и опору из-под ног, когда подросток достиг своей комнаты, заперся там и рухнул на кровать, захлебнувшись рыданиями.       — Стайлз, открой! — раздался голос Кейт.       — Уходи!       — Стайлз!       Он закрыл голову подушкой, чтобы ничего не слышать. Руки дрожали, рыдания сотрясали тело, и сердце, казалось, не выдерживало. Наконец, подросток взял себя в руки, поднялся и дошел до ванной. Оперевшись о раковину, он уставился на свое отражение в зеркале. Удовольствия оно ему не доставило. Все опухшее, нос красный. Вроде бы красивые карие глаза обезображены синяками. На скуле была царапина, и Стайлз вспомнил, как по лицу чиркнула ветка. В процессе преодолевания кустов он не обратил на это внимания, но сейчас ранка начала саднить.       — Что ж, Стайлз Стилински... Кажется, пришло время объявить войну... И первым делом я начну с того, что найду отца... Не верю, чтобы он мог пропасть в лесу, знакомом ему, как пять пальцев. Держись, Кейт Арджент... — негромко сказал он.       Парень умылся, замазал йодом царапину, переоделся, выпил «Аддерол» и, приняв наиболее спокойный вид, открыл дверь и спустился вниз.