Дневник памяти

— Мам, я тут убиралась и нашла это, — Кэтрин протягивает мне старый, изодранный чуть ли не в клочья ежедневник. — Это... — я верчу ежедневник в руках. — Это, Кэтрин, мой дневник. Я описала в нем свою жизнь. Столько воспоминаний... Если хочешь, я почитаю тебе. — Я хочу, — Рин садится в кресло рядом со мной. Я смотрю на ее лицо и вижу не ту свою дочь, какую знаю. Я вижу взрослую серьезную женщину. Хотя, это понятно. Ей ведь уже тридцать четыре. — Слушай, — открываю дневник и провожу пальцами по страницам. Такие старые...       Открываю глаза. Как же неудобно, когда кровать стоит прямо под окном. Каждое утро свет бьет в глаза. Но неважно. Встаю с кровати и осознаю: итак, мне шестнадцать. Мой день рождения наверняка будет идеальным! Звонок. Первое поздравление. — С днем рождения тебя, солнышко! — звонит Джей. Как бы я хотела, чтобы он сейчас был рядом. С Джеем мы встречаемся уже два года. Проблема в том, что это отношения на расстоянии. Видимся мы только летом. И то всего недели две. — Спасибо! Я так рада, что ты позвонил. — Я не мог не позвонить. Я же люблю тебя. — И я тебя люблю. Потрепавшись с Джеем в таком духе еще минут сорок, я ухожу собираться. Мы с Йенной, моей лучшей подругой, идем сегодня в клуб. Я подумала, что лучше не говорить об этом Джею. Он будет ревновать и никуда меня не пустит.       Наскоро позавтракав и собравшись, я выхожу из дома. Погода стояла просто замечательная. Ньюарк, штата Делавер, заливал свет июньского солнца. На улице, наверное, градусов двадцать. Не очень жарко, но и не холодно. Самый шик. Я шла по Парк Авеню, и, засмотревшись на магазинчики слева от меня, не заметила движущегося велосипедиста. Он ехал, нет, просто летел, прямо на меня. Парень соскочил с велосипеда, но не удержался и налетел на меня. Мы секунд тридцать просто лежали на асфальте и пялились друг на друга. Опомнившись первой, я скинула парня с себя, отряхнулась и побежала к месту встречи с Йенной. На бегу я повернулась и крикнула парню что-то вроде "кретин". Надеюсь, мы больше не увидимся.       Наконец я добегаю до Девятой авеню и вхожу в наш любимый ресторан — "Пастис". Это был небольшой уютный ресторанчик с настоящей французской кухней, находившийся в стремительно менявшемся квартале The Meatpacking District. За последние лет семь мясоразделочные склады, находившиеся здесь, уступили место ультрамодным магазинчикам, салонам и офисам разных, чаще всего рекламных, агентств. Пожалуй, после ресторана нам стоит пройтись по магазинам. В кафе я быстро нашла глазами Йенну — она сидела за маленьким столиком в середине зала. Аккуратная, кроткая и тихая, она казалась мне какой-то второй сущностью той Йенны, которую я знаю на протяжении всей жизни. Эти темные волосы, собранные в пучок, длинная юбка, прикрывающая щиколотки, блузка с длинными рукавами и очки — все это было атрибутами скромной отличницы, но не моей Йенны. Странно как-то. Подойдя к столику, я сразу спрашиваю: — Что с тобой? Что за вид? — И тебе доброе утро, ага, — Йенна отпивает кофе из чашки и закидывает ноги на стул. — Родители засекли, как мы с Патриком курили в подвале. Отобрали все нормальные шмотки и деньги. Хожу вот в вещах сестры. Патрик — сводный брат Йенны. Когда Йен с миссис Браун переехала в Ньюарк, мать Йенны вышла за отца Патрика. Рик — отличный парень и входит в нашу компанию. Не будь он геем я бы, пожалуй, встречалась с ним. — Кста-а-ати, с днем рождения тебя, дорогая! — подруга достает из сумки маленькую коробочку, завернутую в синюю оберточную бумагу. Синий — мой любимый цвет. Я аккуратно разрываю бумагу и отрываю коробку. В ней лежит небольшой, скорее всего, золотой кулон в форме скрипичного ключа. — Это просто потрясающе! — я действительно так считала. Обычно мне не дарят подарки, ибо не люблю я их. Но Йенна каждый год нарушает мой запрет и что-то дарит. И ее подарки всегда особенные. — Да ладно, так, безделушка, — она закурила. Йенна курит, кажется, лет с двенадцати. Как и Патрик. Никогда не понимала этой их пагубной зависимости. — Нет, не безделушка. Мне очень... — я не успеваю закончить предложение, так как мои глаза и рот вдруг сжимают чьи-то руки. Опять Патрик с его идиотскими шутками. Пытаюсь убрать его руки и чуть не падаю со стула. — Патрик, скотина, сколько можно?! — О да, детка, и я рад тебя видеть, — Рик ухмыляется и кладет руку мне на бедро. — Отстань, — скидываю его руку и отворачиваюсь. — Да ладно тебе, Сэм, не напрягайся. Если бы я хотел тебя трахнуть, я бы это уже сделал. — Козел. — Я тоже тебя люблю.       Около полутора часов мы сидели в ресторане, ели и разговаривали. Вдоволь наевшись, мы решаем пройтись по магазинам, как я и хотела. Мы с Йенной обошли все магазины района, накупили кучу шмоток, которые, матерившись, тащил Патрик. Наконец, закинув сумки в багажник бьюика, принадлежащего Патрику, мы поехали ко мне домой, чтобы собраться и ехать в клуб. К тому времени было уже около десяти часов вечера. — Мам, мы соберемся и уйдем! — на бегу кричу матери и затаскиваю друзей в комнату. Комната, конечно, маленькая, и троим тут довольно неудобно, но сойдет. Мы с Йен быстро стаскиваем с себя блузки и юбки и, под пошлые комментарии Патрика, переодеваемся. Когда Патрик сказал что-то вроде "о, Сэм, давай я тебя трахну", я сажусь на его колени лицом к нему и говорю: — Ну, трахай, милый, — провожу рукой по паху. — Коза. Знаешь же, что не буду, — Патрик сталкивает меня со своих колен так, что я падаю на пол. Смеясь, поднимаюсь и толкаю его в бок. — Ну, пошли уже? — Йенна стоит в дверях и нетерпеливо топает ногой. — Да, идем, — хватаю сумку и выбегаю из квартиры.        До клуба еще метров двести, но музыку слышно уже сейчас. Мы выходим из машины и без проблем проходим фейс контроль. Клуб располагается в подвале многоэтажки. Хозяин клуба часто судится с жителями близлежащих домов, поэтому клуб скоро закроют. Благо, еще недели две он будет работать. Мы спускаемся по крутой железной лестницы и входим в клуб. Здесь очень накуренно и пахнет алкоголем. Впрочем, как всегда. — Ух ты ж, смотри какой красавчик! — Йенна указывает куда-то влево. Я смотрю туда, куда она указала и вижу того самого парня, который упал на меня. Черт, ну что он здесь делает? Хоть бы он не увидел меня. Хотя о чем я, он уже идет сюда и машет мне. — Все, Кэтрин, на сегодня хватит. — Ну мам, ну интересно же! — Завтра почитаем еще, - укрываюсь пледом и закрываю глаза, пытаясь уснуть. Все же тяжело вспоминать прошлое.