Упс, нежданчик ... или Все родители такие?

И что, Артём? Ты действительно пойдёшь на кухню и будешь помогать мыть посуду? Будешь совать руки в тот жир, кусочки пищи и хуже - морепродукты. Он вспомнил, как в детстве становился как круглая красная бомбочка, покрытая сыпью по всей коже. Но хуже было где-то в восьмом классе, когда после баскетбола он с друзьями пошел в душ, после применения геля с супер-пупер минералами вышел из душа и только по смеху понял, что что-то не так. Тогда это стало переломным моментом превращения его из пай-мальчика, каким сделала его мама, в хулигана местного разлива. Он не понял, как друзья, которыми он дорожил, могли забыть несколько лет их дружбы ради смеха и хохота в течение нескольких минут. Все бы ничего, но твои друзья создают новые анекдоты о тебе, подсовывают морепродукты в обеды и как-нибудь стараются тебя задеть, чтобы набрать определенное количество мнимых баллов в глазах сверстников. И так на протяжении всего года, ведь миролюбивая мама не могла посоветовать соответствовать своим обидчикам и отвечать так, чтобы его имя было на устах у всей школе. Но он научился сам с той минуты, когда его сосед, что еженедельно приходил со своей мамой к ним домой, перед ним, заикаясь, отвечал так называемому президенту класса, что никогда не дружил с ним и не стал бы. Он до сих пор помнит это ощущение: покалывание во всем теле, накалывания злости в руках и почти дикую ненависть этой системы, что показала реальный мир. Он понимал, что его друг боялся, чтобы над ним не издевались, он понимал, что он был не таким терпеливым и упорным, как он, но зачем так? Тогда он влепил первый фингал. Как думаете кому? Так называемому другу? Нет, президенту класса. Конечно, тогда его избили, но в медпункте, когда его отчитывала мама, а папа просто молчал, он улыбался, потому что он не такой слабый, как его друзья. Он выстоял. Из размышлений его вытащил приход Ани и лучезарная улыбка. О Боже, опять эти мужские футболки! И шорты, которых из-за слишком большой футболки было почти не видно. Руки она спрятала за собой, и вид был такой довольный, как будто она мальчик-подросток, что держит букет для главной красавицы школы и ожидает получить первый поцелуй. Что это чудо задумало? - Ты не ушел. - Да, кажется, еще стою здесь. - Я тут подумала... раз мы должны узнать друг о друге больше сведений, то почему бы, пока мы моем посуду, не задавать друг другу вопросы? Так мы сократим наше совместное пребывание в моей квартире. - Да ты даже знаешь, как сформулировать полноценные сложные предложения, я прям поражен. - Темочка, почему тебе не нравится, что тебя так называют? Это связано с определенным человеком? Или просто плохие ассоциации? - Ты психолог? - Нет, но я подумала... - А я подумал, что мы должны задавать вопросы, связанные с фактами о нашей жизни. - Но твои родители знают, что тебе это не нравится, странно, если бы ты это не сказал своей девушке. - Ок, давай сначала пойдем мыть посуду, - выбрал из двух вариантов более подходящий для него. Уже тогда он понимал, что вечер и знакомство с этой чудачкой будут более многообещающими, чем он ожидал. Через час они были все мокрые от средства для мытья посуды. То Аня не так вернет тарелку, и вся вода потечет на них, то Артем обвинит ее в неспособности даже помыть посуду и начинает показывать, как нужно, в результате чего сильно вернет кран, и старая измученная сантехника наконец уйдет в лучший мир. Через непредсказуемую кончину крана половина уже мытых тарелок с громким характерным звуком падают вниз. Почти минуту стояла тишина, но он не выдержал и сквозь смех сказал: - Я говорил, лучше позвонить. Наверное, стоило бы меньше, чем новый кран и половина сервиза твоей мамы. У тебя все нормально? Не поранилась? - Мама меня точно убьет, а потом воскресит и устроит курс лекций «Кухня для чайников». - Я скажу, что сам виноват. Они снова рассмеялись. На минуту все замерло или от слишком тесной комнатки, или от того, что оба были мокрые через бесполезные надежды остановить поток воды. Расстояние между ними неожиданно дошло до сантиметров, с его челки упала капля воды, как в замедленной съемке скатилась на ее губы, но этого так никто и не заметил, потому что они дальше смотрели друг на друга, словно видя впервые. Одежда просвечивала, раскрыв тайну их силуэта из бесформенных футболок, вытесняя остаток кислорода между ними двумя. Интересно, что было бы дальше, если бы не телефонный звонок, прозвучавший, как гром среди ясного неба. Тогда оба начали суетиться, и первая из кухни вылетела Аня, спеша найти тот кусок пластмассы, что убил те редкие накали страсти в ее реальном мире. Она была зла на себя за стук сердца, что как барабаны бил в ушах, и наверняка до чертиков соблазнительного гея в ее кухне, наверное, порадовало свое самолюбие очередной дурой, а она только недавно думала, когда наступит очередной день, чтобы пойти на студсовет и снова увидеть Сашу - ее главу студсовета, вежливого, хорошего и такого разумного. Она восхищалась им. Он всегда выделялся опрятностью и пренебрежением к понтам, хотя сам был исключительно в брендовой одежде. Она часто представляла, как он подъедет на своей машине с большим букетом роз, и она, выходя из подъезда, покажет язык тем старушенциям, что назвали ее старой девой. Тогда почему у нее, даже когда они были рядом, так не билось сердце. Почему как бы замерла, когда он на нее посмотрел. Это же только взгляд, взгляд черных, как омут, глаз, глаз, в которых нет предела, является лишь твое слабое отражение и понимание своей слабости перед ним. Возможно, она и дальше размышляла на тему чего и как, если бы не режущий слух рингтон на телефоне. Увидев имя «Лилька - с ней не пить», она начала колебаться, потому что, взяв трубку, подруга все поймет. Было почти как в фильме: у тебя есть несколько секунд, чтобы выбрать, а перед глазами как назло стекающие капли воды на его теле. Но он гей! Но даже если не гей, был бы тогда у нее шанс стать героиней не в мечтах, а на самом деле, быть рядом с таким, слишком холодным и одновременно слишком горячим, чтобы подойти ближе?