Все, чего можно желать

- Наденька, отнесите документы заму Печенкину. И передайте ему, пожалуйста, что если он и в этот раз их не подпишет - никакого отпуска не получит! - прокомандовал мой дорогой шеф через громкоговоритель. Я вяло кивнула в ответ, скорчив кислую мину, пользуясь тем, что начальник меня не видит. Выматывавающий нервы и силы рабочий день городской санэпидемстанции медленно близился к концу. Я аккуратно подпиливала некстати сломавшийся ноготок и раздумывала, куда стоит забежать в первую очередь: химчистку или магазин. С одной стороны, из чистых вещей в доме остались только шторы, так что завтра на работу придется идти в хламиде на манер греческой тоги, подтверждая звание Музы всего отдела. С другой стороны, если я прям сейчас не куплю себе хоть что-нибудь поесть, придется жевать позавчерашние макароны, к тому же жареные. Так что долгие выяснения отношений с шефом и Печенкиным, который отказывался подписывать даже чек из магазина, предварительно не проверив четыре раза его содержимое, были очень не кстати. - Наденька? - прожужжал громкоговоритель после тихого щелчка. - Да, Иван Максимович, - елейным голоском пропела я в ответ. - Сейчас только отчет закончу и сразу же отнесу. - Бросайте свой отчет, - пробубнел начальник. - У меня для вас еще одно дело. - Какое такое дело? - насторожилась я. - То, которое по силам только лучшему инспектору, - добавил меда Иван Максимович. - Ну-ну, - раздраженно буркнула я, бросая быстрый взгляд на часы. 17:45. Да чтоб вы провалились все. - Жду вас через десять минут на стоянке. И документы не забудьте, - быстро пробормотал шеф, бросая трубку. Через полчаса мы петляли по узким улочкам старого центра нашего города, пытаясь найти очередную шарашкину контору, о которой донесли благовоспитанные горожане. Мол, используют там невиданных монстров для сексуальных извращений. Непонятно даже, то ли монстров нужно спасать от извращенцев, то ли людей от чересчур богатого воображения. - О! - вдруг вскинулся шеф, сверяясь с мятой бумажкой, на которой трясущимся истеричным почерком был накарябан адрес. - Кажется, приехали. В вечерних сумерках место выглядело прямо таки зловеще. Блеклые фонари слегка подсвечивали окружающую черноту. Окна, стены и даже асфальт перед магазином были выкрашены насыщенно-черной краской, поглощающей малейшие лучи света. Правда, общее впечатление чуть подпортила вывеска. “Домашняя помошник Лючьше не Найдьош” - гласила она с узорчатого козырька, нависающего над нами. - Ну, вперед? - неуверенно помялся Иван Максимович на пороге, оглядываясь на меня. Шеф из него получился хороший, а вот оперативник был, мягко говоря, не очень. - Нет уж, - отрезала я, глядя на его трясущиеся коленки и мертвенно-бледное лицо. Начальник до ужаса боялся всего прыгучего, ползающего и чуть более разумного, чем ложка. - Толку от вас там никакого. Только образ попортите. Возвращайтесь в машину и ждите. Набрав в легкие побольше воздуха, как перед погружением на дно, я рванула на себя дверь, тут же очутившись в мягком полумраке магазинчика. Внутри одурительно пахло сырой землей и какими-то химикатами, которые, впрочем, безуспешно пытались заглушить дешевым освежителем. Вдоль стен, выкрашенных в традиционно-черный цвет, тянулись длинные полки, заставленные странными клетками, накрытыми темной плотной тканью. В самом помещении никого не было, даже прилавок и тот отсутствовал. Лишь в дальней части магазинчика мне удалось разглядеть едва заметную дверь. Рядом с ней виднелся цветастый ряд разрешительных документов и лицензий. - Генная инженерия? - прочитала я. Не мой профиль, конечно, но раз я здесь, стоит набрать хоть минимум информации, чтобы шеф, известный своей дотошностью, не цеплялся. - Есть кто? - зычно протянула я, отвлекаясь от созерцания бумаг и надеясь выманить хоть какого-нибудь владельца. При звуке моего голоса в клетках началось тихое шевеление, кое-где даже раздавался тихий писк. Крыс они тут что ли разводят? - Тище-тище, не кричать, они спать, - прошептали сбоку. Я резко развернулась, нос к носу столкнувшись с маленьким мужичком, едва достававшим мне до плеча, закутанным в черные тряпки так, что только глаза виднелись над повязкой. Хлопнула дверь, заставив меня вздрогнуть от резкого звука. У дальней стены стояла дородная широкоплечая женщина, туго перепеленутая черным халатиком, кокетливо прикрывавшим коротенькую юбочку. - Кто вы? - удивилась она, делая шаг мне на встречу. - Покупатель, - мило улыбнулась я, продолжая лихорадочно думать. Если крыс разводят, то зачем? Вряд ли охотников на грызунов воспитывают, в таком количестве их явно не вывести. К тому же для профессиональной дрессировки крысы не подходят. Подчиняются только непосредственному хозяину. И то на взаимовыгодных условиях. - Ааа, вы, наверное, от Тамиллы Андреевны, - хищно улыбнулась женщина. - Нет, что вы, - отмахнулась я, закатывая глаза. Такие дешевые проверки разве что в фильмах про шпионов бывают. - Просто шла мимо, вывеска занятная. Дай, думаю, загляну. Что у вас тут? - невинно спросила я, любопытно озираюсь. - У нас тут то, что вам даже и не снилось, - жарко прошептала тетка. - Даже так? - протянула я. - Покажете? - С удовольствием, - ухмыльнулась она, открывая первую клетку. В ней сидел странный осьминог невероятно-фиолетового цвета. При виде меня он радостно защебетал маленьким клювиком, издалека напоминающим красный цветок. Я заинтригованно подошла поближе, потрогав пальцами шершавую проволоку клетки. - О, аккуратнее, - встряла тетка. - Кусается? - удивилась я. - Влюбляется, - ухмыльнулась тетка. - Что это такое? - пораженно пробормотала я. - Животное? - Эта… - затрещал мужичок, снова удивительным образом вынырнув из пустоты. - Зверушка, домашний, очень-очень полезный. Шустро напялив на руки толстые перчатки, он приоткрыл дверцу, вытащив наружу странно извивающегося осьминога. Тот тут же обвил частью щупальцев руку мужичка, остальные любопытно протянув ко мне. - Горшок зачем? - поинтересовалась я, наблюдая за хаотичным танцем зверька. - Домик, жить, - выдал мужичок. - Ну ладно, это все понятно, - отмахнулась я. В голове вдруг поневоле всплыли мысли о химчистке и еде, в животе предательски заурчало. - Зачем он вообще нужен? - Кому как, - протянул ботаник, бросая быстрый взгляд на замершую истуканом тетку. - Бабушка с дочка приходиль, кот просиль, я говорю - нет кота, есть только Пурумпум. Она в клетку посмотрель, сначала в обморок хлопнулься. Я ей нашатырного спирта принес, она дышать и оживать. Потом забраля, сказаля, нет Пушка, будет Пурумпум. Консервы ест, гулять ходит, клубок играть умеет. А недавно пришля, говорит, дочь очень нравится Пурумпум. Как ночью его с собой забирать, так только утром бабушке отдавать. Только шумно очень. - Понятно, - хмыкнула я, поневоле вспоминая культурный продукт Страны восходящего солнца. Интересно, сколько денег бы отвалила среднестатистическая японка за такого вот тентакля? - А Пурумпум у нас разный есть. Красный, зеленый, желтый. Большой и маленький, - продолжал бормотать мужичок, ласково поглаживая шевелящийся стебель. - Пурумпум все умеет. - Секс-игрушка? - спросила наугад я. - В том числе. Миленькая зверушка, кормить можно, играть, гулять, наряжать, - пожала плечами тетка. - Как кот, только с дополнительным бонусом. - Скажете тоже, - рассмеялась я. - Подстраивается под желания владельца, - таинственно протянула собеседница. - Выполняет все ваши фантазии. - И сколько стоит такое чудо? - Для вас - нисколько. - Не поняла, - нахмурилась я. - Реклама, - пожала плечами тетка. - Двигатель прогресса. Выбирайте любого. Попробуйте. Расскажите друзьям. Я, независимо хмыкнув, прошлась мимо темного стеллажа. Занятное предложение. У Томки как раз день рождения скоро, всплыло в моей голове, подарок не выбран, а мы все равно задолбались выслушивать ее вечное нытье по поводу отсутствия мужика в доме. Конечно, может быть после такого презента она перестанет со мной общаться. Ну и к лучшему. - Кого бы мне выбрать, - протянула я. Тетка одним движением стащила ткань с полки. Под ней оказался длинный рядок Пурумпумов самых разных цветов и конфигураций. Пищащих, копошащихся, недовольных внезапной побудкой. Большая часть из них безразлично хлопала маленькими глазками, и только один зверек нежно-бирюзового цвета тянул ко мне свои щупальца сквозь узкие прорези клетки. - Они реагируют на цвет и запах, - пояснила тетка. - Поэтому мы закрасили все в черный. Когда зверек видит своего хозяина, в его организме вырабатываются вещества, по составу сходные с химией влюбленного человека, - пафосно протянула она, снимая с полки клетку с бирюзовым Пурумпумом и протягивая мне. - То есть, отдать его другому нельзя? - удивленно вскинула брови я. - Конечно, вы создаете с зверьком настоящую пару, идеальную, - подмигнула женщина. - Тогда не буду брать, - отмахнулась я. - У меня дома даже рыбки дохнут. - Поздно, - надула губы тетка. - Он теперь влюблен и ни на что не способен. Ни продать, ни передарить. Выкинуть разве что. Или на корм пустить. От ее слов Пурумпум весь испуганно сжался, умоляюще уставившись на меня маленькими, блестящими глазками. - Выбросить его вы всегда успеете. Просто попробуйте. Это же не взятка, в конце концов, - тихо протянула тетка, пристально глядя мне в глаза. В принципе, работа моя давно закончилась. Разрешительные документы на продажу зверьков красовались на видном месте и, насколько я могу судить, были в полном порядке. Санэпидемстанции, по сути, придраться было не к чему. Я давно могла идти домой. Но прежде чем я сделала хоть шаг, Пурумпум всем маленьким тельцем подался вперед, выпал из своего горшка на пол и прижался к моим туфлям, крепко обнимая их своими щупальцами. - Вот видите, как он вас любит, - продолжала настаивать тетка. - Только помыть не забудьте перед эксплуатацией по назначению. Бирюзовый зверек лихорадочно трясся, в его темных глазах мне почудились слезы, которые этот гаденыш вытирал о мою штанину. - Ладно, фиг с вами, - отмахнулась я, отрывая Пурумпума от своих ног и засовывая его в карман. - Следите, чтобы у него всегда была вода, - наставляла меня тетка перед уходом. - Кормить обычной едой, тут никаких ограничений. Гулять - все то же самое, что с любым другим животным. Ежедневно купать и дезинфицировать. Не бойтесь, мыло ему не вредит. Через пару месяцев - к нам на проверку. Ничего страшного, обычный осмотр.

***

Вернуться домой мне удалось только ближе к ночи. Наскоро приготовив мыльную ванночку в тазике и забросив туда Пурумпума купаться, я помчалась на кухню, движимая мечтами о плотном ужине. Впрочем, в холодильнике по-прежнему красовались одни макароны. Маленький, размером с палец, кусочек сыра на полке, один побитый жизнью красный перец, немного подвявшей зелени - богатство, оставшееся с прошлого девичника. На скорую руку соорудив имитацию пасты, разложила ее по тарелкам. Одну большую приготовила для меня, вторую маленькую для гостя. Поужинав, Пурумпум сытно икнул и приполз ко мне на коленки. Задумчиво поглаживая его по нежной кожице, я бесцельно пялилась в телевизор, то и дело щелкая кнопками пульта. - Убраться бы… - вздохнула вдруг я, оглядывая окружающий беспорядок. Пурумпум внимательно вскинул свою голову, прислушиваясь к моим словам. Вдруг он издал восторженный писк, свалился на пол и упрыгал куда-то в сторону коридора. - Ну и фиг с тобой, - буркнула я, отбрасывая в сторону пульт. - Пора спать. Просыпалась я странно. Рывками. Сквозь сон ощущая волны удовольствия, раз за разом заставляющие меня выгибаться дугой на скомканной простыне постели. То и дело меня будили собственные громкие стоны, вырывающиеся из непослушной глотки. От очередных радостных мурашек, пробежавших от ног по всему телу, я рывком подскочила на кровати, лихорадочно озираясь вокруг. В ногах обнаружился Пурумпум. Где-то откопав мой любимый крем, зверек страстно массажировал мои голени и ступни, с видом профессионала обрабатывая каждую мышцу. Увидев мое лицо, Пурумпум радостно засвистел, сверзился вниз и начал скакать по полу, привлекая мое внимание. Я ошарашенно поднялась, следуя за зверьком в сторону кухни. Оказавшись на месте, я потеряла дар речи. Комната сверкала первозданной чистотой, даже давно убитая за десять лет плита, выцвевшая до желтизны под солнцем, снова стала белой, не говоря уже о сквородках и кастрюлях. Все тряпки, прихватки и полотенца ровным рядком сушились на батареях. Запрыгнув на стол и жестом пригласив меня присесть, зверек перескочил на плиту, быстро поковырялся в кастрюльке, разложил по тарелкам ароматную массу и резво перетащил ко мне. - Ты сам приготовил? - прошептала я, не веря своим глазам. Пурумпум радостно закивал головой. На тарелке оказалась моя вчерашняя паста, щедро сдобренная самодельным сметанным соусом. Под слоем макарон нашлись даже маленькие, со спичечный коробок, котлетки. - Откуда ты это взял? - я удивленно ковырнула блюдо вилкой. - В морозилку залез? Там такое было? Пурумпум в ответ довольно засвистел, поглощая блюдо с утроенной скоростью. - Вот уж точно выполняет все фантазии, - заливисто расхохоталась я и, вдруг наклонившись к нему поближе, заговорщически прошептала: - Покажешь мне, что ты еще умеешь?