- Мама, замолчи!

- Мама, замолчи! - огрызнулась девчушка, стоящая на входе в квартиру. Светло-зелеными глазами раздраженно смотрела она на худенькую фигурку матери, которая судорожно держала дочь за руку, не давая ей уйти. - Мне уже пятнадцать лет, могу и сама решить, что делать! - Ну, Света, - жалобно, тоненьким престарелым голоском протянула женщина; ее голубые, яркие глаза, словно чистое небо, сейчас потускнели и смотрели с некоторой уверенностью, но такой незаметной, что та не была видна, по мнению женщины, обнаглевшей дочери. Девчушка резко дёрнула рукой, высвобождаясь, и собралась было развернуться, как ее снова окликнул твердый голос: - Делай,что хочешь, - каркнула женщина, при этом специально закрывая глаза на Светлану. - Если с тобой что-либо случится - пеняй на себя, мне потом не жалуйся. Ты же в клуб вроде бы собралась, да? Девушка фыркнула и двинулась за порог дома, громко топая сапогами на высоких каблуках, яростно захлопнула за собой дверь, оставив мать стоять с усталыми глазами. Светлана стала быстро спускаться по подъездной лестнице, но от нее не укрылся доносившийся из квартиры громкий, горестный вздох женщины: - Ведь знает же, что по городским дорогам ночью ездит Черный джип. *** Ночь. Мрачное небо, словно дорогой бархат, разразилось сотнями мелких белых звездочек, рассыпавшихся по всему небосводу; они будто серебряные пылинки, закружились в неподвижном вальсе, заставляя завораживать взгляды всех живых существ, которые изредка проходили там, внизу, как всегда, в это время. Иногда, только иногда и только некоторые из них, поглядывали ввысь, чтобы заметить ту неподвластную никому красоту, ошеломляющую и необыкновенную, но к которой уже все в этом мире привыкли и не замечали, как и сейчас. Ей уже не удивить никого, она стала естественной, обычной и, даже, не побоюсь произнести этого слова - скучной. Хотя и многие находят для себя время просто так, выйти на свежий влажный ночной воздух, смотреться в привычную темноту и поднять глаза на такие неприхотливые небеса, красота тех самых ярких звезд уже никого не заставляет любоваться этим, как раньше. Внезапно, звенящую тишину нарушил необыкновенно яростный шум: заскользила стертая шина по влажному асфальту, замигали тусклые фары, едва озаряя пространство вокруг; послышался призрачный, но звонкий, девичий всхлип. Рядом с прибывшим автомобилем изумленно ахнула невысокая девушка в красном пальто, испачканном, грязном, сильно пахнувшем табачным дымом. Растрепанные рыжие волосы, торчащие в стороны, были неряшливо приглажены, но нерасчесанны, тусклые пьяные зеленые глаза смотрели с былой уверенностью, но сами они повествовали о выпитом в больших количествах алкоголе, что ставил в тупик сознание молоденьких девушек и заставлял их действовать наобум, без понятия о происходящем, как, впрочем, и эту особу в дорогих сапогах с высокими каблуками. В темноте девчушка начала разглядывать остановившийся автомобиль, неприступный, молчаливый и непонятный. Вдруг, окно дверцы зашевелилось и потупилось вниз, открывшись практически наполовину. Из машины донесся грубый мужской голос, лица говорившего не было видно за солнцезащитными очками без дужек (даже выпившая девушка подумала, зачем нужны такие очки ночью?): - Здравствуй, красавица, - начал говорить странный собеседник, заставив вздрогнуть остановившуюся девушку. - Как тебя звать, детка? Опьяневшая рассудком Светлана чуть ли не ляпнула приветственное слово, но внезапно ее прервал тот же самый мужской голос, который на этот раз показался ей немного неживым: - Впрочем, неважно, - черная тень зашевелилась в кабине автомобиля и вздрогнула. Видимо, водителю не понравился резкий запах перегара, исходивший от ничего не подозревающей девчушки, но тут же на тонких мертвых губах появилась изящная усмешка. Светлана стояла ни жива, не мертва, от выпитого алкоголя ее покачивало из стороны в сторону, словно неподвижное тело умершего существа на изгибающихся волнах подводного мира; именно такое описание подходило под фигурку той девушки на высоких каблуках. - Тебе далеко ли идти домой, душа красивая? Медовый льстивый голос запал в душу безрассудной девчушки и невольно стал управлять ее мыслями, Светлана неподвластным и непривычным ей голосом протянула фразу, изо рта сильно пахнуло перегаром, что приказало мужчине в очередной раз вздрогнуть: - Далеко мне идти, батя,- девчушка не удержалась, и эта злополучная фраза внезапно слетела с ее губ, едва только придя в одурманенную голову Светланы. И вдруг, непонятно почему, она стукнула себя по голове и пропела пьяным прерывистым голоском, противным и хриплым. - Не подвезешь ли меня к дому, батька? Мне лениво уж идти, так хоть недолго будет, сяду я в машинку. Мужчина в солнцезащитных очках чуть ли не выдал своей злостной радости, которую, не сдержал бы он, заметила бы тронутая рассудком Светланка. Мертвая ухмылка на лице стала еще шире и изящнее, кожа на лице заметно позеленела, но девушка не обратила на это никакого внимания. Одним кивком головы он пригласил даму в автомобиль. Ее не смутило ни едва слышное гоготание водителя, ни странное подмигивание передних фар то белым светом, то синим, ни даже удушающая темнота на заднем сидении, в которой ничего уже нельзя было разглядеть. Светлана протянула руку во мрак кабины подозрительного автомобиля, и ее сразу же затянуло внутрь. Внезапно дверь сама громко захлопнулась за неудачливой девчушкой, вся машина сильно покачнулась. Устрашающее рычание заволокло ее сознание, будто огромные полчища собачьих стай вдруг разом залаяли всеми голосами: звонкими и визгливыми, хриплыми и тяжелыми, которые беспощадно оглушали обезумевшую Светлану, перед пьяными глазами пронеслись странные картины, словно кадры, взятые из старой кинопленки бывалых ужасов и вдруг сменились жутким мраком, черной тьмой, словно небо глубокой ночью без звезд. И так же внезапно все прекратилось, как и началось. Тело неподвижной Светланы обмякло, в ушах прозвучал последний в ее жизни звон стертой шины по мокрому асфальту, а в голове запоздало пронеслась нужная обидная фраза, до девушки только сейчас дошел смысл последних слов матери, которые она услышала. - Мама, замолчи! Ей захотелось снова вернуться домой и прекратить ее глупые неблагодарные слова, извиниться перед матерью, хоть раз, пусть и в последний, обнять ее и поцеловать, но разве можно уже было что-то сделать? - Ведь знает же, что по городским дорогам ночью ездит Черный джип. На этом моменте все мысли прекратились, и неупокоенная душа протрезвевшей мыслями девушки унеслась вдаль, подальше от этого мира. Мира живых. *** С тех пор Светлану так никто и не видел.