Ты мне не отец!

Утром Принц с самым недовольным видом сидел в столовой. Было уже полдевятого, а мальчишка и не думал появляться! «Я, несомненно, проявил исключительное малодушие, — думал Северус, выходя из-за стола и направляясь в комнату подопечного, — позволив Поттеру вчера остаться безнаказанным. Теперь он, видимо, считает, что имеет полное право игнорировать меня! Гадкий мальчишка!» Профессор распалялся все больше и больше, поэтому, оказавшись перед дверью в спальню Уильяма, вошел с твердым намерением немедленно исправить свою оплошность. Мальчик лежал в своей кровати и спал, иногда дергая руками и ногами. Он практически полностью сбил с себя одеяло; простынь была смята, а подушка сброшена на пол. Принц подошел ближе и увидел, что Поттер тяжело дышит, а на его лбу выступили крупные капли пота. Северус протянул руку и осторожно коснулся запястьем лба мальчика. У ребенка была температура. Только тут Принц заметил, что в комнате, ко всему прочему, очень свежо и пахнет озоном. «Ночью была гроза, — вспомнил мужчина, — и ливень. Только сейчас же лето, не могло же быть настолько холодно, чтобы мальчишка простудился!» — удивился он, но окно все равно закрыл. — Поттер, — Северус легонько потряс за плечи подопечного, — Поттер, проснитесь. Как вы себя чувствуете? Мальчик дернулся, открыл глаза, но тут же снова зажмурился и что-то простонал. Принц хотел было задернуть шторы, но обернувшись, обнаружил, что их нет. Выругавшись про себя, мужчина позвал домовика и приказал приготовить постель в одной из гостевых спален. После этого Северус осторожно подхватил мальчика на руки и направился туда, уверенный, что эльфы успеют застелить постель за пять минут. Снова заснувший Поттер, которому, видимо, было холодно, прижался к груди мужчины и положил голову ему на плечо, уткнувшись носом в шею. Принц поморщился от щекотки, но ничего не сказал, только поудобнее перехватил рукой ноги ребенка и пошел немного быстрее. Зайдя в новую спальню Уильяма, Северус уложил его на кровать, которая действительно оказалась уже застелена, задернул темно-синие легкие шторы, создав в комнате полумрак, и снова попытался разбудить мальчика: — Вставайте, юноша, — негромко произнес он и провел рукой по лбу Уила, откидывая мокрые от пота волосы. Тот промычал что-то невнятное и открыл глаза, попытавшись сфокусировать взгляд на мужчине. — Как вы себя чувствуете? Мальчик разомкнул спекшиеся губы и тихо прошептал: — Голова болит и пить хочется. Принц приказал домовику принести кувшин с теплой водой, стакан, таз, кусок марли и градусник. Эльф почти мгновенно выполнил приказ. Северус наполнил стакан водой и попросил мальчика сесть. Уильям, сначала резко дернувшись, мученически простонал и рухнул обратно на постель, схватившись за голову. Тогда мужчина отставил стакан и придержал Поттера за спину, помогая медленно приподняться. Напоив его, профессор снова уложил мальчика на спину, поставил ему градусник и отошел в ванную комнату, чтобы смочить марлю, принесенную эльфом, слегка прохладной водой. Вернувшись, он осторожно протер лицо Уила и положил марлю ему на лоб. Через некоторое время Северус проверил градусник. — Ну и как ты только умудрился, Поттер? — покачал головой Принц и пошел в ванную комнату, чтобы набрать в таз воды температуры тела. Вернувшись, он стянул с мальчика одеяло и снял марлю с его лба. Намочив её, профессор начал осторожно протирать руки ребенка. Задремавший Поттер, дернувшись, осторожно приоткрыл глаза. — Холодная… — Это вы горите, юноша, — отозвался Северус. — Что со мной? — помолчав, спросил Уил. — Очень похоже на простуду, только с чего бы? Пусть ночью и было прохладно, но не настолько, чтобы вы заболели. Поттер ничего не сказал, только снова устало прикрыл глаза, позволяя мужчине продолжить обтирание. Было ужасно противно, кожа покрылась мурашками, и Уил чувствовал, как тонкие волоски на его руках медленно поднимаются и встают дыбом. Еле вытерпев неприятную процедуру, мальчик перевел дух. Принц в это время вызвал домовика и приказал ему принести горячего чаю. Вдруг тот бухнулся на колени: — Трикси плохой, ужасный, отвратительный эльф! — выкрикнул домовик, яростно ударяя себя по лбу сложенными в кулачки лапками. — Из-за Трикси молодой подопечный хозяина заболел! Трикси плохой! Трикси дал молодому подопечному хозяина мороженое ночью, и молодой подопечный хозяина заболел! — сдал с потрохами себя и Уила эльф. Принц недовольно скривил губы и потер двумя пальцами переносицу. — Немедленно прекрати! — прикрикнул он на домовика, который уже начал биться головой о пол. — Зачем ты дал ему мороженое? — Молодой подопечный хозяина вчера так расстроился, сэр, — пискнул эльф. — Он проснулся ночью оттого, что плакал, сэр. Трикси только хотел немного утешить молодого подопечного хозяина! — длинно всхлипнул домовик. — И мистер Поттер, конечно, не подумал о последствиях, — сердито сказал Принц. — Сколько он съел? — Трикси принес молодому подопечному хозяина три пиалки, — осторожно ответил эльф. Северус тяжело вздохнул. — Иди, Трикси. Принеси зеленый чай. Не веря своему счастью, домовик пропал и практически сразу же появился с огромным заварочным чайником и двумя кружками. — Поттер, вы сможете сесть? Слегка побледневший от страха мальчик несмело приподнял голову и скривился от боли. Он зажмурил глаза и свел брови к переносице, тяжело выдыхая. В конце концов, он тихо прошептал: — Я не могу, сэр. Северус подошел к кровати и осторожно обхватил мальчика рукой за плечи, помогая сесть, а второй рукой подложил под спину Уила подушку. Наполнив кружку горячим чаем, мужчина вернулся и передал её Поттеру. Если честно, то он совершенно не представлял, как правильно лечить простуду. Пусть он и был Мастером Зелий, это не означало, что он проходил курсы колдомедиков. Он мог бы дать мальчишке Перцовое зелье, только смысл. Оно не уменьшало температуру и не излечивало от головной боли. Размышляя таким образом, Принц решил, что обратится к Мадам Помфри, только если температура продержится до следующего дня. К вечеру Поттеру стало хуже. Он свернулся на кровати калачиком и тихо плакал, хотя Принц просил его перестать. Мужчина не смел выходить из комнаты мальчика и безостановочно то поправлял подушки, то поил Уила чаем и легкими жаропонижающими зельями. Ребенок хныкал, иногда затихая на несколько минут, заснувший от усталости, и тогда Северус тоже садился в кресло и вытягивал ноги, прикрывая глаза. За весь вечер он так и не успел нормально поесть, поэтому такие передышки давали ему возможность перекусить. Потом Уильям просыпался от того, что неловко дернул головой, и её прострелила боль, или от того, что ему хотелось пить. Тогда Принцу приходилось немедленно вставать и снова бегать вокруг мальчишки. Волосы мужчины, пусть и сальные, ужасно растрепались, лицо немного осунулось. Он бы не позволил так собой помыкать, но Уильяма было жалко. Будучи, как и его отец, достаточно стройным и даже немного хрупким, лежащий в постели и сжавшийся в комочек он казался намного меньше своего возраста. Северус не посмел оставить мальчика одного и на ночь. *** Ночью Принц проснулся на крошечном кресле от того, что в комнате стало шумно. Мужчина резко встал и растеряно замер, смотря на кровать Поттера. Уильям метался по постели. Простыня была сбита, и одеяло закрывало только ноги. Северус сел обратно в кресло, не зная, что предпринять. Минут десять он почти не двигался, наблюдая за мальчиком. Тот поднимал во сне брови, хмурился и стонал что-то невразумительное, иногда выкрикивая непонятные слова. Только тогда, когда Северус, не выдержав, подошел к кровати, чтобы попытаться успокоить ребенка, тот, ухватившись за руку профессора, перевел на лицо мужчины почти осмысленный взгляд и прошептал сорванным голосом: «Папа, мне больно». Принц немедленно вырвал из хватки мальчишки свою руку и отшатнулся. Потеряв тактильный контакт, мальчик как-то обиженно посмотрел на мужчину, приподнял, сведя к переносице, брови. Вдруг из его глаз покатились крупные слезы. Уильям не всхлипывал, не ревел, просто тихо плакал, и соленая влага каплями стекала по его вискам к волосам. Профессор замер, не смея отойти от кровати. Он несмело держал руку над головой ребенка, не решаясь ни убрать её вовсе, ни погладить мальчика по голове. Принц растеряно смотрел, как плачет Поттер, и только заметив, что его рука уже крупно дрожит, сжал её в кулак и опустил. Не раздумывая больше, Северус осторожно присел на краешек кровати и медленно перетащил мальчика к себе на колени. Тот пискнул жалобно, уткнулся носом в плечо взрослого, тихо всхлипывая, и положил ладонь на грудь мужчины, примерно туда, где бьется сердце. Тот сидел на кровати, что-то тихо говорил, пытаясь успокоить мальчика спокойным тоном, укачивал его и аккуратными движениями массировал виски. Дождавшись, когда ребенок перестанет плакать и уснет, Северус наконец-то тихо выдохнул. Он посмотрел на лицо Уильяма, обрамленное непослушными прядями волос, и осторожно откинул их, легко прикасаясь запястьем ко лбу, и слегка погладил мальчика по голове. Совершенно обессилев, мужчина осторожно уложил Поттера обратно в кровать, но, когда Принц уже почти встал, чтобы уйти, Уил завозился, снова начиная хныкать. Вздохнув и потерев пальцем переносицу, Северус лег рядом с мальчиком, благо, постель была достаточно широкой для двух людей. Мальчишка немедленно ткнулся ему головой куда-то в шею и засопел. Устало усмехнувшись мыслям о том, как Поттер отреагирует утром, профессор натянул на них обоих одеяло, закрыл глаза и провалился в сон.