По стопам Энаи

«Конец единству» Следующим утром стаи вновь собрались на скале. — Сегодня вас меньше, — заметил Циар с ноткой недовольства. — Алу сама не своя после того разговора и осталась сидеть с Кимом, а Клык… — Буран осекся, — Я не видел его сегодня утром. — Уходить без разрешения вожака — неприемлемо, — шепнул Циар, так чтобы их не услышали остальные, — Ты ведь понимаешь, что это грозит бунтом. Реши эту проблему сегодня же! — в голосе белого правителя ощущалась настойчивость. В остальном утро прошло также как предыдущее. Голос Циара успокаивал и погружал в измененное состояние сознания. Следует заметить, многие из стаи Навы находили эту технику странной. Циара спасало то, что волкам хотелось ощутить безопасность и обрести защиту. Правитель Белых волков давал им все это. Большинство не осознавало того факта, какие последствия могут нести данные действия. У Ерики были нехорошие предчувствия. В отличии от Алу ее интуиция не притупилась. По сравнению с серой волчицей возможности Ерики были весьма ограничены. Если интуиция Алу работала «вспышками» и зависела от внешних факторов, интуиция Ерики была подобна маленькому огоньку, который светил ровно и никогда не угасал. Целительница всегда задавалась вопросом, откуда в ней этот маленький дар. Но в конечном итоге решила, что это был подарок Энаи в момент их первой и единственной встречи. Зачастую ей не приходилось использовать свои способности, ведь у стаи был Нава. Лишь переплыв море, Ерика заметила, как обострилась ее интуиция. Возможно на это и рассчитывала сама Эная. По мнению Ерики вся эта помощь со стороны Циара была лишь пылью в глазах. Правда большего волчица не могла понять. На подобных встречах она усиленно делала покорный вид, вживаясь в свою роль. Ида беспокоила целительницу, Ерика ощущала желание этой волчицы выявить все, что она знает. В отличии от Алу, у нее получалось скрыть свои истинные помыслы. Амрита также не сводила взгляд с целительницы и Ерика буквально чувствовала на себе ее грустный взгляд. Пока обе стаи оставались на скале, в это время в малой пещере Клык и Алу обсуждали произошедшее последних дней. Клык поделился с ней последним разговором с Бураном. — Я видела вызов в глазах Циара, — делилась переживаниями Алу, — Он будто высмеять меня хотел в глазах других, мою неопытность, неведение, даже мое прошлое. — Он думал, ты поведешься на его провокации и покажешь себя с худшей стороны, — согласился Клык. — Я не понимаю, как остальные верят ему! — негодовала волчица, — Он ведь явно лжет! Буран был таким терпеливым и отличным учителем для меня! Он был нашей опорой, вы все доверились ему. Что с ним произошло? У меня в голове не укладывается, как он мог предпочесть безопасность правде! — Он сломлен, Алу, и больше не может нас вести, — заключил Клык, — Я предполагал, что это произойдет, но не учел, что все может произойти настолько быстро. Должен признать, вчера мне хотелось порвать его за его слова. — Еще бы! — усмехнулась Алу, — Сдается мне, он был мне учителем для отвода глаз, либо Циар и правда что-то сделал с ним. — В любом случае нам нужен новый вожак. — Если не он, то кто же? — задалась Алу вопросом. — Ты готова, Алу. В любом случае ты одна из немногих, кто смог не поддаться своим страхам. Ты ведь знаешь, что трусливый волк приведет стаю к разрушению. Посредством неправильных решений и выводов, ведь страхи искажают восприятие реальности. Буран испугался и поддался красивой сказке, он продал свою стаю не раздумывая, искренне веря, что продолжает творить добро. У нас в стае всегда говорили: «Трусливый волк — мертвый волк». — Клык, я не справлюсь. В одном Буран был прав — одного дара мало, чтобы вести за собой. А теперь, после смуты, которую разжег Циар, не все смогут доверять мне, — заявила Алу, — Да я и не знаю, что делать в подобной ситуации. — Вот поэтому ты и готова, — Клык едва заметно улыбнулся, — Ты способна трезво оценить свои возможности. Я буду направлять тебя, мы поведем стаю вместе, пока ты не встанешь на ноги. — И как же мы свергнем Бурана? — Алу была озадачена, — Ерика обещала помочь мне переубедить стаю, пересмотреть свои взгляды насчет Белых волков и их странных методов. Возможно это будет шагом к изменениям. — Отлично! Так мы избавимся от промывки мозгов, — поддержал ее Клык, — Я могу бросить вызов Бурану, но вряд ли он его примет. Пусть стая сама решит, за кем идти. — Но Клык, учитывая, что Циар весьма убедителен, мы просто расколемся! — Так и будет, но тогда у нас появится шанс спастись и разобраться во всем. Пойми, Циар стремится захватить над нами власть. А все его сеансы исцеления по сути являются попыткой втереться к нам в доверие и заполучить внимание. — Тогда как мы поступим? — Нам надо выяснить, кто на чьей стороне, сколько нас, — пояснил Клык, — Когда Ерика собирается говорить со всеми? — Не знаю. Но может, по пути на охоту мы успеем все выяснить? — предложила волчица, — А после, когда соберемся в малой пещере, Буран захочет произнести речь перед трапезой, и тогда у нас будет шанс! — Неплохая идея! — согласился Клык, — Кстати, есть еще один момент, о котором я хотел сообщить. Найлз ведь рассказал тебе, как он гнался за призраком Энаи? — Да, он был очень напуган, — подтвердила Алу. — Дело в том, что мы были в этих краях. Мы зашли на территорию Белых Волков, долго блуждали по кольцу гор и не нашли следов их присутствия. Я считаю это подозрительным. — Это еще раз подтверждает, что они лжецы! — воскликнула Алу, — Неужели никто не узнал это место? Ястреб и Клич, они ведь разведчики и хорошо ориентируются на местности. Они должны были узнать это место. — Не спеши делать выводы, я мог запамятовать. Нужно спросить у них. И я займусь этим, когда пойдем на охоту. — Только, что нам это даст? У нас и без того пока достаточно доказательств. — Это подтверждает ложь Циара, — сказал Клык, — Стая поверит нам, если мы приведем как можно больше доказательств против него.

***

Ххх Когда стая вернулась, Клыка уже не было. — Где он?! — выпалил Буран, буквально ворвавшись в пещеру. Похоже медитация прошла мимо не него. Вожак казался несобранным и совершенно не владел своими эмоциями. — Я никуда не пропадал, — заметил сероглазый волк, и взгляд его был стальным и бесстрастным, как и всегда. — Почему ты не явился вместе со всеми?! Ты один из нас, так уж постарайся не откалываться от остальных, — похоже Буран старательно закрывал глаза на их ночной разговор. Тем труднее было Клыку удержаться от воплощения их недавнего плана с Алу. — К тебе это тоже относится, Алу, — напомнил бурый волк. «Не сейчас, старина, — Клык мысленно успокаивал себя, стараясь держаться. — Сначала выясним сколько нас, затем выскажемся». — Успокойся, я всего лишь прогулялся к озеру с утра, — Клык выдохнул, сохраняя спокойствие, — Выглядишь, будто встретил медведя шатуна, ты в порядке? — В порядке, но впредь не пропускай рассветы, это очень важно для всех нас, — сквозь зубы процедил волк, — Братья и сестры, — вернув свое самообладание, Буран обратился к стае, — Надеюсь, все зарядились солнцем и полны сил, потому что мы отправляемся на охоту! Стая выразила согласие, все были в предвкушении охоты. Испокон веков охота была важнейшим событием в жизни хищников. И для волков это было не только способом выжить, но и одна из возможностей бросить вызов своим собратьям, проявить себя в роли хищника, обнажить свое истинное обличье перед матерью природой. Охота была для волков целым обрядом. Она объединяла их, выстраивала их в иерархическую лестницу, заставляла вытачивать свое тело. Она была игрой, где волки исполняли роль похитителей жизни, а их добыча — роль жертвы. Кроме того, охота снимала стресс и наполняла их Дух жизнью, которая проявлялась в движении и живом азарте. — Бони, — Ерика подошла к черной волчице, — Не могла бы ты посидеть сегодня с Кимом вместо меня? Я уже давно не охотилась вместе с остальными, хотелось бы наверстать упущенное. Кроме того, мне нужно выяснить мнение каждого насчет пребывания в этом месте. — Конечно, не беспокойся, — заверила ее Бони, — Я буду рада пообщаться с Кимом, давненько не доводилось приглядывать за ним. Стая бежала трусцой уже по знакомой лесной тропинке во главе Бурана. — Клич, Ястреб, есть разговор, — позвал Клык, так чтобы вожак ничего не заподозрил. — Надеюсь, не на счет черных теней, — Ястреб неохотно поравнялся с ним, привлекая за собой и Клича, — У меня голова кругом от всего происходящего, и я просто морально не готов обсуждать все это. — Нет, я хотел поговорить о другом. Это по вашей части, ребята, — успокоил он разведчиков, — Когда мы подходили к логову Белых волков, эти скалы показались мне знакомыми. Помните, мы блуждали, и Найлз, погнавшись за ведением, чуть не угодил в пропасть. Мне кажется, это одно и тоже место. — Знаешь, я тоже задумывался об этом, так и есть, — Ястреб согласился, — Клык даю! Ошибка исключена, — заключил Клич, — Но тогда встает вопрос: где была стая Циара и почему мы не нашли их следов. — Ты правильно уловил ход моих мыслей, — отозвался Клык, — Циар утверждает, что это их логово, но этот случай наводит нас на то, что дело не чисто. Сами понимаете, любой уважающий себя волк защитит свою территорию. Здесь несколько вариантов событий: либо их не было в тот день в скалах; либо они находились внутри и следили за нами. — Их стая здесь была единственная до нас, наверняка поэтому они и не охраняют свой дом, — напомнил Ястреб, — Может, они были на охоте. — Клык прав, — поддержал сероглазого Клич, — Мы блуждали очень долго, они легко могли вернуться с охоты и обнаружить нас. В таком случае, почему они не показались нам? — По-моему это бред, — Ястреб недовольно фыркнул, — Почему мы не можем оставить все, как есть. Может быть, хватит искать загадки там, где их нет? Меня уже все это достало, рысь вас покусай! — Я не доверяю им, — сообщил Клык, игнорируя выпадки Ястреба, — Белые волки весьма скрытны. Даже на охоту нас не пригласили, и все общение сводится к одним собраниям. Наверное, это еще можно принять, но в сочетании с другими странностями это настораживает. Очень подозрительно, что стаи не оказалось в логове, когда мы так долго блуждали вокруг да около. — Есть правда в твоих словах, Клык, — Клич рассуждал, — Но меня куда больше волнует тема с Энаей и нашей целью пребывания в этих землях. Признать, выслушав историю Циара, я был, мягко говоря, разочарован и ошеломлен. Хотелось бы узнать правду или найти подтверждения его словам. — Поддерживаю, в таком случае я могу рассчитывать на тебя в этом нелегком деле? — Да, конечно, — согласился Клич менее уверенно, — Но что мы предпримем? Как ты собираешься разузнать правду? — Я как раз думаю над этим, — Клык ускорил шаг, — В любом случае я благодарен тебе. Пока Клык беседовал с разведчиками, Ерика искала единомышленников. Буран продолжал вести стаю, следуя на запах добычи. Он тоже начал замечать перемены. Нет, стая Циара не беспокоила его в отличии от его собратьев. Его терзали совсем другие сомнения. Первое, это был Клык — его правая лапа, теперь уже в прошлом. Буран знал, что навсегда потерял этого волка. Он чувствовал, что Клык не отступит от своего. Вспоминая их ночной разговор, волк испытывал злость. Как Клык мог, пойти против его воли? Ведь он делал все возможное для спасения стаи. Насчет Алу у Бурана было двойное мнение. С одной стороны, он верил ее видениям, с другой вся это мистическая история, начиная со смерти Мглы и заканчивая рассказом Циара, оставила негативный отпечаток в душе матерого волка. Буран ощущал, как теряет власть над собой и — что самое худшее — он начинает утрачивать власть над стаей. Буран отвлекся от воспоминаний. Преодолев лес, стая подошла близко к границе, наблюдая за стадом оленей. Еще немного, и добыча могла почуять их. — Как поступим? — Ястреб был наготове, ожидая указаний вожака. — Разделимся. Молодняк во главе с Алу будет загонять. Пусть подойдут с восточной стороны и приготовятся. А остальные вместе со мной будут ожидать в засаде. Расходимся! По указанию вожака стая разделилась, и вскоре обе группы заняли свои позиции. — Давай вон того завалим!  — Найлз, не будь дураком, он выглядит слишком сильным и жизнерадостным, мы все лапы отобьем, — Кайзек был недоволен выбором брата, — Вот тот неплохой вариант. — Слишком тощий! — поморщился Найлз, — Зря только силы на не него потратим! — Хватит вам уже спорить! — Алу заметно нервничала, — Вон слева поодаль от всех стоит ни толстый ни худой. Его возьмем. — В чем дело? Ты выглядишь встревоженной, — Найлз окинул волчицу внимательным взглядом. — Не придумывай, — отмахнулась Алу, — Просто не пойму, почему нельзя обойтись без споров хоть раз в жизни. — Может, мы уже начнем? — Лиса равнодушно, но с холодом в голосе приблизилась к заснеженным кустам, — Меня это уже достало. — Да что с вами такое? — не унимался Найлз, — Все какие-то нервные! — Начинаем, — отрезала серая волчица, — Все вперед, быстро! Волки выбежали из засады, погнав свою жертву. И вновь все проблемы ушли на второй план и растворились в животном азарте. Алу была благодарна охоте за это. Все сомнения ушли прочь. Сегодня все решится. Они с Клыком выступят против новых порядков, против Белых волков и свергнут Бурана. Стая должна их поддержать. Волчица была уверена, что собратьям так же, как и ей была дорога память о Наве и они желают узнать правду. Если конечно они не опоздали. Алу неслась впереди всех, преследуя жертву. — Стой, ты бежишь слишком быстро! — кричал Найлз, еле поспевая. Алу не слышала его. Все голоса стихли. Ее тело двигались ритмично, совершая прыжок за прыжком. Время остановилось. Алу была готова броситься на оленя, но вдруг, откуда не возьмись, появился Буран. В порыве погони Алу и не заметила, как отряд Бурана окружил несчастную жертву. Казалось, время остановилось. Алу замечала каждое движение, каждое движение волоска на шерсти Бурана. Во он в прыжке приближается к шее оленя. Его глаза наполнены яростью, жаждой вкусить свежего мяса. Пасть раскрыта в страшном оскале, обнажая клыки, потертые временем, но не утратившие своей остроты. За время проведенное в стае, Алу наблюдала эти сцены много раз, и они не вызывали у нее каких-либо эмоций. Добывать себе пищу — это нормально. Но сейчас все было иначе. Его взгляд. Его глаза. Так смотрит тот, кто однажды лишил другого жизни не ради выживания. Алу распознала в них взгляд убийцы. Ей стало страшно. В последний момент волчица прыгнула в сторону, чтобы предотвратить их встречу. Со стороны казалось, будто Алу промахнулась. На самом же деле ей не хотелось разделить добычу с убийцей. Все произошло быстро. Челюсти предводителя сомкнулись на шее оленя, и послышался характерный хруст позвонков и предсмертный всхлип жертвы. Серая волчица стояла в стороне тяжело дыша, наблюдая, как к Бурану приближались остальные волки. — Почему ты остановилась? — Клык подошел к ней с обеспокоенным видом. — Мы думали, ты схватишь его. — Я не знаю, Клык, я видела его глаза, — Алу приблизилась к волку и шепнула на ухо, — Мне стало страшно. Это были глаза убийцы. — Уверена? — переспросил волк, — Это было видение или реальность? — Время остановилось, я видела каждое движение и смогла разглядеть его морду в момент нападения. — Не думай об этом сейчас, — сказал Клык, — У нас и без того забот хватает. Ерика всех успела опросить? — Думаю, да, — сказала Алу, переводя дыхание, — Надеюсь, мы справимся. — Алу, ты в порядке? Сегодня ты сама не своя, — Найлз подбежал к ней. — Да, все хорошо. Поможешь мне дотащить добычу? Стая возвращалась назад, волоча с собой тушу. Буран шел впереди, дурные мысли не оставляли его. Его встреча с Алу на охоте стояла перед глазами. «Она знает, — мелькнула в голове мысль, порождая новый страх. — Она увидела тебя и теперь все расскажет, выдаст твою тайну». А кто ей поверит? Она полукровка с туманным прошлым, вся в свою бабушку. Буран ужаснулся своим мыслям. Откуда это презрение, эта злость к серой волчице?! Разве это его настоящие мысли? — Клык, — сероглазого волка окликнула Ерика, — Я все сделала. — Отлично, сколько нас? — Клык старался не привлекать внимание. — Я опросила всех. Пока лишь четверо, не считая Бурана, поддержали Белых волков, — сообщила белая волчица. — Ты уверена, что они не изменят своего решения? — Уверена. Так ты все еще хочешь свергнуть его? — Да, — Клык кивнул, — Я не могу смотреть на этот обман, Ерика, я доверял ему долгое время, но я ошибся. А Алу, она… — Готова. Ты прав. Не стоит это затягивать. Но будь осторожен: Циару это очень не понравится.

***

ХХХ Волки собрались возле пещеры, где и рассчитывали начать свою трапезу. Все столпились, ожидая последнего слова вожака. Буран сидел, оставаясь неподвижным, он выжидал. Стая стихла и замерла. Так они и смотрели друг на друга, не в силах нарушить молчание. В первые в жизни Буран не знал, что сказать им. Слова дались ему нелегко. — Моя стая, еще одна охота была весьма удачной для нас. Природа этих мест благосклонна к нам. Я вижу в этом знак, что мы на верном пути. Мы обрели свой дом и покровительство этих мест. — Не думал, что ты так легко откажешься от своего прошлого, — Клык вышел вперед, — Я не доверяю здешним обитателям, мне не по нраву их обычаи и обманчивые слова. Они что-то скрывают от нас, и я нахожу опасным оставаться здесь с ними, в их обществе. Буран, ты проявил себя как слабый лидер, поддавшись обману со стороны Циара, кроме того, ты забыл о своих обязанностях и отрекся от своей ученицы, оскорбив этим память о Наве. — Ты хочешь, чтобы мы ушли обратно и продолжили жить в страхе как прежде — валяй? — Буран подошел к темно-серому волку. — Я нашел нам безопасную жизнь, спас вас от ваших страхов. Что все это время делал ты, Клык? Правильно, смотрел и ничего не делал! Теперь ты пытаешься мне бросить вызов, не так ли? — Да, я наблюдал за тобой, но в отличие от тебя я пытался разобраться во всем, — признался Клык, — Я обрел новый взгляд на вещи, которыми пренебрегал. И теперь я знаю, какой ты есть на самом деле! Ты пытался в упор закрыть глаза на смерть нашей сестры, затем ты променял наши традиции, наше прошлое на красивую сказку. Ты даже не побеспокоился спросить у нас, хотим ли мы идти за Белыми волками. Ты уважаешь только одно мнение — свое. Хотя нет, для тебя стало законом — слово Циара. Ты отрекся от нас, Буран! Ты погряз в своих страхах и не достоин быть лидером, — последнее Клык произнес с явным вызовом. — Мне надоели твои слова, Клык. Такое обращение ко мне неприемлемо! — Буран оскалился в боевой стойке и бросился на сероглазого волка. Двое волков вцепились в друг друга. Стая окружила их кольцом. Буран был крупнее и сильнее Клыка, но сероглазый двигался проворнее. Освободившись из-под хватки Бурана, Клык отпрыгнул в сторону. Он не стремился атаковать, а чаще уворачивался от ударов бурого волка. Буран же перешел в активную атаку, его челюсти то и дело лязгали у самой шеи Клыка. Наконец Буран ослабил бдительность, и Клык смог подобраться к его горлу. Отнюдь серый не желал смерти своего собрата, всего чего он хотел так это поставить точку в их разногласиях. Буран почувствовал, как стальные челюсти волка впиваются в его шею, слегка прокусывая шкуру, его дыхание затрудняется. Тело стало слабеть, напрасно волк извивался, пытаясь вырваться. Клык не ослабил нажима. Он медленно подгибал противника под себя, перекрывая ему кислород. Наконец Буран оказался полностью на земле. В глазах его потемнело. Клык отпустил его. — Чего ты хочешь? — прохрипел Буран. — Я хочу, чтобы они решили сами, — Клык сплюнул шерсть побежденного и обратился к стае, — Наверное, не всем есть дело до Энаи, ведь мы всегда были далеки от нее. Так вот Буран, у меня есть еще один факт, доказывающий, что Стая Циара нечестна с нами. Дело в том, что мы были здесь, в этих краях на охоте, и скалы были пусты. Никто не встретил нас, мы не нашли присутствия жизни здесь. Что вы скажите на эту несостыковку в рассказе Циара, который утверждал, что скалы для них — вся их жизнь. Среди стаи пронесся недовольный гул. — Не может быть! — Кто они такие, если врут нам? — Я уверен, этому можно найти объяснение! — Буран решил не сдавать выбранную позицию. — Мне жаль, Буран, — Клык строго посмотрел на него, — Я предоставил тебе множество фактов. Ты больше не можешь нас вести. Вы все слышали, и теперь я прошу каждого сделать свой выбор. Вы можете остаться здесь и быть в безопасности, слушая байки Белых волков и посещая их псевдоцеремонии, а можете пойти со мной и узнать правду о прошлом нашей стаи. — Как ты собираешься узнать правду? — Клич с интересом уставился на нового лидера. — Алу — преемница Навы, если кто и сможет разобраться во всем, то только она, — сказал Клык, — Мы хотим найти Место Силы Энаи и проверить так ли правдива история Белых Волков. — А если вы ничего не найдете? Что тогда? — с недоверием спросил Ястреб. — Тогда мне придется поверить Циару и извиниться перед Бураном, — Клык был честен, — Что же вы решили? Вы хотите питать себя ложными надеждами, представляя себя скалой или же хотите узреть реальность? Решайте, а пока я приглашаю вас к обеду. Возможно, для кого-то это будет прощальный обед. Никто не стал спорить, ведь Клык честно победил в этой схватке. Все приступили к трапезе, даже Буран не стал спорить с Клыком и нехотя присоединился к остальным. Все таки душа его не совсем потерялась во тьме, а может быть, у него даже был шанс на выздоровление. На удивление волки быстро справились с едой. Похоже смена лидерства застала их в расплох, и каждый стремился покончить с едой и сделать свой выбор. — Пусть каждый выскажется, — видя, что трапеза закончена, напомнил Клык. — Что-же я буду первой, — Ерика вышла вперед, — Я поддерживаю Клыка во всем, что он сказал и разделяю его мнение полностью. Поверьте, это не тот исход, которого желал Нава и видит Эная. Что же касается тебя, Буран, мне очень жаль, что ты пребываешь в неведнии, но у каждого свой путь. Я не могу тебя осуждать. — И на том спасибо, — поверженный лидер недовольно отмахнулся. — Я больше не хочу бояться, — Бони была немного застенчива, — Я хочу научиться верить и доверять братьям и сестрам по стае. Кроме того, Нава всегда был добр ко мне. — Ну и дура, — рассмеялась Тайка, — Не понимаю я тех, кому неймется найти приключений на свой хвост. Где кормят сытно — там и мой дом. Буран прав, я свое пожила и не хочу больше перемен. — Я уже все сказал тебе, Клык, — заключил Ястреб, — Буран, старина, мы найдем тут отдых и кров. — Разумеется, я за тебя Алу! — Найлз, не раздумыва, встал рядом с ней. — Мне жаль, брат, — Кайзек с грустью посмотрел на Найлза, — Но наши пути расходятся. — Кайзек, но как же так?! Ты не можешь променять честь на кров! — Найлз был вне себя, — А как же Бони? Я думал, мы вместе… — Прости, но я не такой, как ты. Как вы, — поправил себя молодой волк, — Бони, я буду ждать тебя. — Я долго колебался, — Клич был неуверен и переминался с лапы на лапу, посматривая то на Бурана, то на Клыка, — В последнее время я был близок с Бураном и Ястребом. Но ты убедил меня, Клык. — Я остаюсь, — сказала Лиса, — Дети Скал мне по душе. А вы ищите свои несуществующие улики против них. — Как видишь, Клык, — Буран заметно приободрился, — Я не остался брошенным, и за свои слова ты еще ответишь. Алу! — обратился вожак к серой волчице, — Ты больше не моя ученица, мне искренне жаль, что ты повела себя как капризный ребенок и не смогла принять правду. — А мне жаль, что ты так и не решился сказать мне в глаза все, что ты думаешь обо мне, — спокойно ответила Алу, — Уж поверь, я тебя насквозь вижу! Еще четверть часа назад единая стая стояла, разделившись на две группы друг против друга. Они и не заметили, как к ним бесшумной поступью подошли Дети Скал. — Я так и думал, — разочарованно произнес Циар, — Мы дали вам все, поделились последним, что имели, и вот она благодарность за наши труды. Алу, ты оказалась не лучше своей бабушки, такая же неблагодарная, такая же холодная и гордая. Я хотел помочь тебе не совершить ее ошибок, думал, вместе мы найдем выход, но похоже, у тебя на роду написано предавать свою семью. Вместо того, чтобы остаться с нами, ты решила отправиться на верную смерть. Я пытался отвлечь черных теней от тебя, но теперь тебе не спастись, почувствуй же их месть за то, что сделала с ними Эная. — Зная тебя настоящего, я бы не удивилась, если бы моя бабушка поступила с тобой именно так, — процедила Алу сквозь зубы, — Ты лицемер и скоро расплатишься за свою ложь! — Ты не сможешь найти без меня ее Место Силы! — Циар смотрел на нее свысока, — Сама еще прибежишь ко мне, но будет поздно. — Алу, остановись, у тебя еще есть шанс остаться! — Буран сделал попытку исправить ситуацию. — И не подумаю! — воскликнула волчица. — Нам пора уходить, — произнес Клык, — Пребывать в обществе лицемеров — неуважение к себе. — Да, идите, — Циар недобро улыбнулся, — Вы еще пожалеете об этом. — Я вернусь за вами, — Алу уже беззлобно посмотрела на Бурана и его небольшой отряд единомышленников, — Я Обещаю. Несмотря на холодные и презрительные взгляды, Клык и его отряд держались довольно достойно. Уверенной поступью уходили прочь, от ненавистных скал, ставших больше клеткой, нежели защитой. Мороз крепчал и сильный ветер бил по их мордам, словно уговаривая одуматься и вернуться назад, никто не воспринял всерьез угрозы ветра. Ведь это такая мелочь по сравнению с тем, с чем столкнулись волки в этом обществе. Лицемерие, фальш, призрение. Провожая взглядом свою стаю, Буран вспомнил о прошлой ночи. Волк не подавал виду, но уже несколько ночей ему снились кошмары, и Буран уже не был уверен в том, что это были обычные сны. В одном из таких снов матерый волк прогуливался по песчаному берегу. Набегающие волны легко смывали его следы, а слабый ветер развевал его густую серо-бурую шерсть. Неужели он снова дома? Сердце забилось, когда он увидел приближающуюся серую фигуру старца. — Буран, ты меня очень огорчаешь! — Нава взволновано посмотрел на вожака. — О чем ты? — не понял бурый волк, — Я забочусь о благополучии стаи. А как насчет тебя? Ты отправил нас на верную смерть! — Ты поддался своим страхам, и они завладели тобой! Ты разучился видеть правду, — Нава был опечален. — Что же мне делать? — Буран был в растерянности. — Алу — ваш истинный предводитель, доверься ей. — Но как я могу это сделать? Она ведь всего лишь полукровка, — волк кипел от негодования, — Я познавал законы дикой жизни с самого рождения, боролся со своими пороками, выживал и получал опыт. А что делала она в это время?! — Зависть тебя погубила, — Нава отдалился от него, — Я думал, что помог тебе излечить твою душу от темноты, но я ошибся. Ты не изменился. — Ты не прав! Я стал другим, я больше не убийца. Все имеют право на ошибки. — Имеют, но благословение небес когда-то заканчивается, Буран. Ты мог искупить свою вину, помогая Алу, но ты отказался от своего спасения. Я больше не смогу помогать тебе. Прощай. Седой старец растворился под порывом сильного ветра, оставляя волка наедине со своими мыслями. «Ты не был выбран», — шептала вода, обрушившись на волка легкой волной. «Ты не был выбран», — вторили воде деревья со стороны скал, поддаваясь ветру. Все исчезло, и волка окружила тьма. — А я считаю, все имеют второй шанс, — раздался позади Бурана голос. Буран смотрел им вслед, не веря в происходящее. Все произошло слишком быстро, и он был не готов. Совсем не готов к такому повороту. В глубине души он ощущал чувство вины, маленькое и неуверенное, но способное причинять боль. Оно незаметно пробудилось, после охоты, после той встречи взглядами. Сначала бурому волку показалось, что он не помнил, как все произошло и все длилось миг, не больше. Но сейчас в памяти начали всплывать фрагменты той встречи. Глаза Алу. Ярко-голубые. Такие проницательные, они заглядывали в самую душу. В них читался страх. Ком подступил к горлу. Но Буран отмахнулся — это было началом его мучений, в конце которых придет раскаянье. Если он конечно выдержит. — Она еще вернется, непременно вернется, — Циар ликовал, расплывшись в оскале острых клыков, — Я заставлю тебя. Алу шла позади Клыка погруженная в свои мысли. Что теперь будет с теми, кто остался. Неужели они примкнут к стае Циара и навсегда исчезнут для них? Теперь ее недавний сон ничуть не удивлял ее. Алу с ужасом поняла его значение. Кажется ее недавний сон начал сбываться…