Недетские игры

      В этот вечер молодому графу Фантомхайв было скучно как никогда. За окном мерно сыпался снег, в камине потрескивало пламя, а на душе скребли кошки. Сиэль не любил ночное время суток. В такие минуты воспоминания начинали мучить особенно сильно, заставляя сжиматься сердце в глупый кровавый комок. Отвернувшись от окна, господин размеренным шагом направился к старинному зеркалу-будуару, сделанному в венецианском стиле, и, подойдя, осмотрел себя с головы до ног. Тщедушный, низкорослый тринадцатилетний мальчишка в солидном тёмно-синем камзоле, дополненном длинным плащом на соболиной подкладке явно не по возрасту. Ещё и эта глупая повязка на правом глазу! Смех, да и только. Дитя, дотянувшее руки до гардероба родителей. Как бы Сиэлю хотелось, чтобы это было так. Но, несмотря на свой юный возраст, граф отнюдь не был ребёнком. Судьба слишком сильно помотала его для того, чтобы оставаться беззаботным богатеньким шалопаем. С тех пор как умерли его мать и отец, внутри будто бы что-то надломилось. Исчезло то самое ощущение абсолютной свободы, беспечности и безграничного счастья, отличающее младенца от взрослого человека. Лопнул мыльный пузырь, сквозь призму которого всё виделось тёплым и радостным: люди казались добрее, мир светлее, трава зеленее… ну и прочее, прочее. Вместо полноценного тела осталась лишь пустая оболочка. Но вскоре и она стала заполняться ядом мести, и этот яд день за днём отравлял жизнь самого Сиэля, заставляя лезть на стенку, жаждая вендетты. В итоге, она пришла… в лице грозного красноглазого демона, так вовремя заключившего сделку века с маленьким напуганным юнцом. Прошло целых три года, а он помнит всё так хорошо, что может воссоздать цепь трагических событий с точностью до секунды. Будто это случилось вчера. Мальчик ударил кулаком об стену, чтобы немного успокоиться. Стало легче, но настроения всё равно не было. Зато было неуёмное желание причинить кому-нибудь боль. Заставить чувствовать то же, что и он три года назад. И это желание нарастало с каждой секундой. Зевнув от скуки, Сиэль плюхнулся на широкую кровать и схватил первый попавшийся под руку журнал. Это оказалась одна из тех развратных газетёнок, в которых юные, порочные девушки выставляют напоказ свои прелести, дабы вызвать у таких же юных и таких же порочных мальчиков естественную реакцию. "Распутную" книжецу Лау случайно забыл на столе графа во время чайных посиделок сегодня вечером. Ещё недавно Сиэль откинул бы столь позорное издание в сторону или же позвал Себастьяна и приказал ему утилизировать данный шлак. Но сейчас Фантомхайв с интересом наблюдал за округлыми формами девиц в кружевных юбочках, оборочках и прочих финтифлюшках, предназначенных для соблазнения представителей сильного пола. И стоит заметить, действовали они ох как неплохо! Мальчик чувствовал, что в нём нарастает тёплое, томящее ощущение, плавно перетекающее в трепетное волнение перед неизвестным. Хотелось продлить столь интересное состояние. Тут его внимание привлекла картинка уж очень непристойного содержания. На ней была изображена молоденькая красотка, развернутая задней половиной туловища к читателю. Филейные части барышни зазывно топорщились на камеру, делая недвусмысленный намёк зрителю, а с упругих покрасневших бёдер блестели капли семенной жидкости. И всё бы ничего, если бы данная особа не была одета в костюм горничной, точь в точь напоминающий платье его прислуги Мэйлин. Фантазия вспыхнула ярким пламенем. Мозг тут же откликнулся на мысли хозяина, мгновенно выстраивая план дальнейших действий. Где-то глубоко внутренний голос мальчишки просил его остановиться, но Сиэль тут же отогнал его куда подальше. «Я ведь господин, и значит, имею право требовать от своих слуг всего, чего захочу» Приподнявшись на подушках, мальчик нетерпеливо зазвонил в служебный колокольчик. Через минуту в дверном проёме появилось немного усталое, но от этого не менее красивое лицо слуги Себастьяна, с лёгкостью совмещавшего в себе роль дворецкого семейства Фантомхайв и демона. И что самое удивительное, он делал это так искусно, что никто и подумать не мог об истинной причине феноменальных способностей во всех отношениях безупречного дворецкого. Никто, кроме Сиэля. - Что могло потревожить Вас в столь поздний час? - мягко зевнув, Себастьян усмехнулся своей голливудской, поистине демонической улыбкой и добавил непременное – Мой лорд. - Все демоны разговаривают стихами, когда их будишь в два часа ночи, или только ты обладаешь такой удивительной способностью? – деловито произнес Сиэль, который к этому времени успел спрыгнуть с постели и теперь любовался собой в знакомое нам зеркало. В чуть искажённом отражении мальчик увидел, как Себастьян тягостно вздохнул. Демон уже давно привык к подобного рода причудам хозяина и стойко терпел все капризы несносного мальчугана, в будущем надеясь быть награждённым за столь тяжкий труд. Впрочем, Фантомхайв никогда не возражал против проявления недовольства со стороны дворецкого. Но, почему-то, именно сейчас этот жест его безумно раззадорил. - Надо же, никогда бы не подумал, что мой демон-дворецкий – непризнанный поэт, - с издевкой протянул он, схватив одну из прогулочных шляпок и нахлобучив её на голову. Возможно, хоть это поколеблет гордыню вечно спокойного наглеца. – Быть может, тебе стоит уйти в писатели? А то такой талант пропадает… - Как пожелаете, милорд. Нет. Михаэлиса не так-то просто вывести из себя (в отличие от самого графа). Демон лишь покачал головой, слегка скривив тонкие губы. Этого хватило, чтобы мальчик сорвался. - Ты что, чем-то недоволен?! – яростно крикнул Сиэль, сведя брови на переносице. – Давай, выскажи мне всё, что накипело! Изрядно помятая шляпа полетела в сторону. - Что Вы, мой лорд, – вновь улыбнулся Себастьян, сохраняя предельное хладнокровие. – Разве я могу сетовать на хозяйку-судьбу, позволившую мне связаться с Вами? Что будет угодно, Ваша светлость? Это разозлило ещё больше. Юному дворянину так и хотелось врезать вездесущему дворецкому, чтобы стереть с идеального лица демона эту вечную ухмылочку. Улыбку чёрта, который всегда и везде владеет ситуацией. Себастьян насмехался над ним. Над маленьким неразумным малышом, еще ничего не успевшим понять в этой жизни. Михаэлис играл с графом в сложную шахматную партию, и в этой игре он чувствовал, что победа не за горами. Он предвкушал сладкий вкус души мальчика. Но это не так, и сейчас, холодной декабрьской ночью, Сиэль докажет наглому самодовольному дьяволу, что он тоже умеет играть. И что, несмотря на все свои «чёртовы» черты, Себастьян также может испытывать влечение и слабость к низменным, животным, человеческим позывам. - Знаешь, мне вдруг стало любопытно…- медленно начал мальчик. Но потом, подумав, добавил – А впрочем, я не обязан отчитываться. Приведи ко мне Мэйлин. - В два часа ночи? – Сиэль заметил, как в тёмных, вечно невозмутимых глазах дворецкого колышется изумление. Он был удивлен…совсем как человек. Отлично. - Да. Именно сейчас, – тоном, не требующих отлагательств, продекламировал Фантомхайв. - Есть вопросы? - Но…никак нет, мой лорд, – взяв себя в руки, с томным придыханием ответил Михаэлис, и, почтительно поклонившись, поспешил удалиться во тьму. Мальчик вновь остался один в огромной пустой комнате. Такой богатой, по-царски украшенной, обставленной роскошной мебелью… и одновременно такой неуютной, что хочется залезть под одеяло и поёжиться от холода. - Что же ты будешь делать дальше? - спросил он вслух у собственного отражения. Как и следовало ожидать, оно ответило ему немым молчанием, лишь два огонька скупо блеснули в синем с зеленцой глазу. В мыслях некстати всплыл образ распутной горничной из журнала, так нескромно демонстрировавшей себя любимую на всеобщее обозрение массам. Сиэль закусил губу, задрожав от наплыва пошлых мыслей. О, небо, да что же с ним происходит? Почему он чувствует это? Но что бы то ни было, одну вещь юный граф знал точно. Такое состояние ему определенно нравилось, и он хотел, чтобы оно не проходило как можно дольше.

Игра началась…