Пепел

      Весь оставшийся день и вечер пролетели практически незаметно. Сложно было передать словами удивление и шок рыжеволосой, когда той рассказали, сколько она выпила. Лишь позже выяснилось, что прежде она не пила больше пары бокалов шампанского и то только по праздникам. Здесь же, по словам Уиллис, после третьего стакана у нее напрочь снесло крышу, и она уже просто не давала даже элементарного отчета своим действиям. Лис просто не помнила все то, что происходило ночью, однако позже все же выяснилось, что самым большим грехом рыжей стал нарисованный маркером половой орган на лбу у одного из спящих. Никогда еще Тесса не испытывала такого страха перед рассказами людей, которые ее помнили, а она их нет. Порой даже начинало казаться, что они напоминают ее родственников, ведь Адамсон также не знала и половины из всей их массы. После фраз наподобие: "А помнишь, что вчера было", хотелось просто завязать глаза, заткнуть уши и бежать в неизвестность.       За все то время, что девушки собирались, Стайлс, неизвестно по какой причине оказавшийся на мероприятии, успел уехать. Но еще больше вопросов у русой вызывал другой юноша, с которым ей удалось столкнуться в ванной, но не более того. Не хотелось оказаться в глупой, если ее предположения вдруг окажутся неправдой. Интересно было еще кое что. В недавнем прошлом Малик продал дурь Хорану, а несколькими днями позже чуть не избил солиста одной из молодых, набирающих популярность, групп. Так кто же этот человек, раз так легко вертится в разных слоях общества? За размышлениями обо всем этом, Тесс и не заметила, как пропустила все возможности. Впрочем, какая-то ее часть все же желала оставаться в неведении.       Что же касается дома, то Стайлс не соврал и в правду не рассказал никому о похождениях младшей сестры, но в этом девушка убедилась только вечером, ведь по ее приходу родители были уже на работе. Даже Хейзел кто-то все же удосужился отвезти утром в школу, ведь самому Гарри явно было не до этого. День прошел более, чем очень быстро, и Адамсон уже не ожидала каких-либо скачков или же неожиданных поворотов событий, пока следующим утром ей не довелось проснуться и узнать, что Гарольд несколькими часами ранее собрал свои вещи и съехал на свою отремонтированную квартиру, сопровождая свое действо очередной хладнокровной перепалкой с отцом.       Это было... Странно. Тереза и сама не знала почему без брата весь дом показался ей каким-то пустым, внимание жителей к русой заметно возросло, а Хейзел вновь начала свои набеги на ее комнату, потому как ей просто было не кому действовать на нервы, как считала сама Адамсон, однако делиться этой мыслью ни с кем не спешила.       Понедельник встретил ее еще хуже, потому как ее будильником вновь стала младшая сестра, однако если прежде ей приходилось только пробуждаться с подачи Хейзел, которая тоже, кстати говоря, была не в лучшем расположении духа и часто язвила, и придиралась, то сейчас роль Тессы состояла еще и в том, чтобы сделать ей прическу, проверить состояние школьной формы. Благо, хотя бы добираться до учебного заведения пришлось не самой. Теперь ровно в восемь ни раньше, ни позже к дому подъезжала машина Стайлса, ведь, как оказалось позже, его квартира была несколько дальше и лишний квартал на повороте для юноши не играл особой роли, а вот для сестер отлично решал проблему утреннего проезда. За прошедшее время для Тессы уже стало нормой заранее покидать салон автомобиля, а прежде легкое нежелание того, чтобы общественность знала о их родстве со Стайлсом как-то само собой впиталось в ее нутро, став необъяснимым ей табу. Они уже привыкли быть чужими, и сейчас, когда Гарольд покинул стены их дома в силу своего возраста и желания жить отдельно, это положение только усугублялось. Адамсон раз за разом возвращалась к этой мысли, каждый раз приходя к выводу, что теперь жить ей станет как-то проще, однако позже вновь ее настигало начало, заставляя прокручивать весь этот процесс в голове снова и снова. Во всяком случае теперь ей придется сталкиваться с ним только на уроках и на репетиторстве, а следовательно роль брата в этом вопросе значительно принижалась, хотя сказать, что прежде она была высокой, было довольно-таки сложно.       — Так о чем я там договорилась с Найлом? - в который раз переспросила рыжеволосая, неловко поправляя сумку на плече и совершенно не понимая, как подобное вообще могло случиться, ведь еще пару дней назад она и видеть его не могла, не говоря уже о подобном разговоре. Нет, дело было даже не в перепалке в кабинете, а в случае в столовой. Ведь когда Тесса упала, он находился в считанных метрах от нее, но не обратил никакого внимания, поддаваясь влиянию смеющейся толпы.       Что же касается русоволосой, то ту ожидал легкий удар в виде распечатанной фотографии девушки на полу, снятой кем-то из невольных зрителей. Сейчас же она лежала в сумке Адамсон, заметно подпортив ее настроение. Непонятное ей чувство душевной скованности так и настаивало на том, чтобы она просто села за одну из парт и забылась во вгоняющей в депрессию музыке на все оставшиеся уроки. Однако же требование Хорана и собственное любопытство заставляли ее двигаться дальше по коридору по направлению к одной из каморок, где хранились старые тренажеры для спорт зала. Блондин уже был там, облокотившись о решетки на двери спиной и от нечего делать копаясь в телефоне. Услышав звуки шагов он тут же спрятал сотовый, поднимая взгляд и лениво выпрямляясь.       — Что ж, теперь можно ввести вас в курс дела, - опустив приветствие тут же перешел к информированию тот. — Вы ведь еще не передумали?       Небольшой участок коридора был больше похож на отдельную вселенную, ведь ремонт до этой части школы явно не дошел из-за редкого посещения. Пустота делала речь блондина более объемной и громкой, заставляя отражаться от стен, от чего несколько нервному и хмурому блондину пришлось еще больше убавить тон.       — Ты не мог бы напомнить условия? — неловко решила уточнить Уиллис.       — Я достаю вам адрес Стейс и провожу в клуб, в то время как вы спасаете мою мирную жизнь от одной гниды, — коротко проговорил тот, внимательно наблюдая за выражениями лиц одноклассниц. Не заметив в них ничего, что могло бы свидетельствовать об отказе, Найл решил продолжить. — Итак, все что вам нужно, так это совершить сделку о купле кокса с нашим школьным охранником. Естественно сначала номер не пройдет, а потому, когда тот засомневается, скажите, что Хоран слишком набивает цену, а вам бы хотелось попробовать годного товара Дориана Грея. Кто это? Вам знать не обязательно, но постарайтесь упоминать его имя в крайнем случае, на записи оно не должно светиться. У вас обеих есть телефоны и диктофоны, деньги я предоставлю, так что я не вижу проблемы. Что скажете? Есть вопросы? — решил подытожить блондин, медленно выдыхая и складывая руки на груди. Все это время его взгляд не переставал как-то оценивающе с долей анализа проходить по обеим пришедшем, как бы пытаясь предугадать, справятся ли они с этой задачей так же блестяще, как он им ее только что преподнес.       — Почему именно мы? — нахмурилась Адамсон, у которой подобный расклад вызвал легкий страх и нервозность. В какой-то момент русая почувствовала себя героиней какого-то детектива, ведь наркотики - это дело не шуточное, а что если сделка не прокатит? Будет ли это чем-либо чревато?       — Он знает, что мы не в ладах, а вы ни разу не привлекались и не палились, ваша медицинская карта чиста, и ни одна из вас не проплачивала мед комиссию, а еще мы не общаемся. В школе еще много ботанов, но в них я не могу быть так уверен, больше половины откажется и начнет трепаться. С вами было меньше мороки, особенно когда разговор состоялся в нетрезвом состоянии. Так да или нет?       После того, как вопрос встал ребром, Тесс невольно поджала губы, совершенно не зная, стоит ли ей решаться на подобное. В этот момент внутри нее боролись две стороны, одна из которых твердила, что это полнейший абсурд, другая же, что это поможет ей продвинуться к нужным целям, ведь если не так, то как еще они найдут Стейс и попадут в клуб? Кажется, об этом же сейчас думала и рыжеволосая, ведь данное задание не могло не напрячь и ее, особенно учитывая то, что Лис была значительно нерешительнее Терезы. По одним только глазам виднелся некий шок, касательно того, как она вообще могла договариваться на подобную тему. Но слово за слово подруги все таки согласились, не на шутку опешив, когда блондин протянул им в качестве оплаты товара среднестатистическую зарплату жителя какого-нибудь небольшого городка. Далее же все происходило как в каком-то фильме. Ребята разошлись, покидая помещение в определенном временном интервале. Подождав еще порядком десяти минут, девушки отправились на урок, где Тесса в очередной раз ощутила но собственной шкуре очередной прилив досады, который так и норовил потушить ее бойкое пламя. Чего ей стоило закрывать глаза на тихие усмешки от некоторых лиц за спиной, не вступая в конфликт, дабы эта ситуация забылась.       Что за детский сад? Нужно быть выше всего этого и не обращать внимание на пустое ничего из себя не представляющее общество, которым просто нужен козел отпущения, для того, чтобы поднять собственный статус. Чем больше ты будешь шевелиться, тем больше о тебе будут помнить, а потому за игнорированием такая ситуация должна кануть в небытие ровно так же быстро, как и приедалась огласке.       У Лисанны была тригонометрия, в то время как в расписании Терезы стояла литература. Было достаточно не комфортно сидеть на уроке, отчетливо слыша специально громкий шепот Кристалл о том, какая же новенькая все-таки неуклюжая, и она более чем уверена, что Тесса это сделала специально, чтобы после выставить Брэдфорд. Большего абсурда русой еще не представлялось слышать. Шерил же со всем вниманием отнеслась к ее словам, изредка улыбаясь, кивая и что-то отвечая, что было значительно тише, а потому доходило до русоволосой лишь обрывками. В какой-то момент Тереза не выдержала и все же обернулась, с гневливостью в голосе отзываясь о том, что все вышесказанное одноклассницами полнейшая ересь, за что тут же получила выговор от преподавательницы и усмешки со всех сторон.       Когда же урок подошел к концу, русой пришлось услышать пару комментариев насчет того, как хорошо и качественно она вышла на снимке у расписания, которое, как оказалось, вновь появился на положенном месте, откуда его еще недавно сорвала девушка. Успокаивая себя тем, что все это временно и вскоре пройдет, Тесс подавляла в себе всплески гнева, не имея возможности восполнить им свое отчаяние, которое, в отличие от первого чувства, не желало покидать ее сознания, иной раз заставляя чувствовать себя жалко. Но русая не показывала этого, оставаясь такой же гордой и невозмутимой. У нее нет слабостей и никто не может ее задеть. Да, пожалуй, это ключ к успеху. Вот бы еще соответствовать этому понятию полностью, а не создавать такой образ, мысленно добивая саму себя мыслями.