Пепел

      Люди подвластны собственным мыслям. Этот голосок, подобно мелкой назойливой мошке приседает тебе на раковину, не снаружи, где его можно легко достать, но и не внутри, чтобы совсем уж приносить дискомфорт подобной наглостью. Где-то в пределах уловимости человеческим сознанием этих ультразвуковых молекул, он диктует нам самые различные варианты, вводя в глубокие оковы заблуждения и ставя под сомнение уверенность в том, а наша ли это вообще мысль. Ведь зачастую самые гениальные и глупейшие идеи приходят совершенно неожиданно, как первая дождевая капля с неба, прилетевшая на нос. Кто знает, капнуло ли нам в голову что-то со стороны или же итог всех размышлений лишь производная самих результатов множественных решений и анализов - большая загадка. Практически абсолютная правда состоит лишь в том, что по-истине умные решения настигают людей в моменты, которые многие привыкли называть осознанием, эдакой лампочкой над головой, в другое же время все человеческие мысли заняты лишь приземленными фундаментальными потребностями и не очень, желанием как-то обогатить свое положение, будь то сахарные пакетики, прихваченные с собой из булочной "на халяву" или же заведение удачных связей, что иногда вполне себе даже не дурно.       Однако же последнее явно было не о прекрасной и донельзя улыбчивой миссис Робенсон. Сегодня она была как никогда во всеоружии. В своем прекрасном белом коротеньком платьице и на высоких каблуках, она перемещала по залу свое видавшее виды тело, источая фатальное дружелюбие, с одного дуновения которого можно было улететь в нокаут. Едва желтоватые зубы, цвета, который они и должны, собственно, иметь, то и дело обнажались, в обрамлении неестественно броских красных губ, накрашенных не самой дорогой помадой, купленной в очередном каталоге, которые каждую среду приносит курьер в ее почтовый ящик.       Когда Тессе довелось пересечься с роной тетушкой, ее глаза уже покрывала небольшая стеклянная пелена, а помада, выходящая за контур губ, была немного смазана от взаимодействия с множеством разновкусовых канапе, которыми были напичканы столы, и которые она так активно поглощала в желании распробовать все. Впрочем, чего она закидывала в себя больше: канапе или шампанского, все еще было под большим вопросом. Робинсон, кажется, было под сорок, но, сколько Тесс себя помнила, на подобные мероприятия после первого же недолгого брака она всегда приходила во всеоружии своей преступной привлекательности и гордого одиночества.       Когда тетушка решила завести с Тессой диалог, губы ее едва двигались, пытаясь успеть за звуками в привычной манере общения. Внутри Тессы что-то противно заскрежетало, когда она вновь услышала это противное "дорогуша", которое так любят источать краснючие губы родственницы. Их диалог был недолгим. Они перекинулись парой слов о погоде, мероприятии и дальнейших планах. Казалось бы, каждая фраза, которую выбрасывала мисс Робинсон, была сказана как будто невзначай, во всяком случае самой мисс Робинсон эта манера диалога казалась солиднее и загадочнее к ее персоне. Такую же солидность и загадочность выказывала ее фигура, когда она озираясь, опустила кисть винограда со стола к себе в сумку.       — А что за прекрасная девушка подле того юноши? — Спросила мисс Робинсон.       — Это его сестра, — в той же манере ответила Тереза.       — М, хорошо выглядит.       — Как и ее брат.       Так и поговорили. Адамсон даже не была уверена, имела ли последняя фраза вообще отношение к Кристалл, поскольку все внимание женщины было приковано к Логану. Вскоре мисс Робенсон решила лично с ними познакомиться. Просто фаталити. Девушка поймала себя на мысли, что если бы Робинсон оставила фамилию матери, то у Тесс бы меньше колебалась на предложении Стайлса поменять свою.       Девушка перевела взгляд на семейство Брэдфордов, с едва сдерживаемой улыбкой наблюдая за тем, как теряется Логан в диалоге с новой собеседницей. Сами же они сегодня практически не общались. Кристалл все время держалась рядом с ним с самым непредвзятым видом, будучи подобна изваянию, нежели человеку. Казалось бы, оставь ты ее где-нибудь в углу комнаты, через три часа она бы нашлась там же в абсолютно идентичном положении. Брэдфорд была прекрасна в своем искреннем незамечании Адамсон.       Едва Логана перестала терроризировать компания мисс Робенсон, уплывшей в другой конец здания за очередной порцией канапе, юноша перевел взгляд на Адамсон, выражая забавное непонимание. Девушка усмехнулась и едва поведя бровями показала ему язык. Вскоре мисс Робенсон вернулась, и здесь парень уже не отвертелся от того, чтобы принять ее приглашение на танец.       В таких моментах, пожалуй, и заключалось все веселье свадеб. Все пафосные церемонии отходят на задний план и общество просто начинает делать то, зачем пришло: пить и веселиться. И хотя банкетный зал не был таким роскошным, было все равно заметно, во что были вложены все нервы и перепроверки миссис Адамсон. Казалось бы, каждая вещь от украшений стола, до расположения арок стояла на своих местах. До головокружения высокий потолок тянул через себя переплетения желтоватых атмосферных лампочек и свод белоснежных занавесок, в зале стояли антикварного вида столы, выглядящие еще роскошнее под тяжестью вкусностей и двух двухэтажных тортов. Вся картина выражала собой нутро того, до чего хороший расчет ограниченного бюджета мог дойти в своем апогее, демонстрируя просто прекраснейшие результаты.       Тесса поймала себя на мысли, что и сама была бы не против сказать свое "да" в подобной атмосфере. Решив, что думать ей уже хватит, она пригубила шампанское, ощущая, как жидкость обжигает ее горло, спускаясь ниже по пищеводу и усваиваясь в своей конечной инстанции, где принялась странно вибрировать. Секунда стоила того, чтобы осознать, что это был телефон, покоящийся в сумочке. Номер оказался не определен.       — Да? — после недолгого замешательства ответила русоволосая, обводя взглядом помещение и наталкиваясь на компанию матери и мистера Стайлса, активно и весело обсуждающие что-то с родственниками со стороны жениха. Гарри был с ними.       — Это Тереза? — гаркнул возмущенный женский голос на другом конце связи. Кто бы это ни была, но она была очень недовольная.       — Приезжай в магазин и забери своего наркомана, пока я не вызвала полицию к чертям собачьим.       Теса нахмурилась, по началу слабо понимая, о чем идет речь. Ее взгляд переместился на огромное зеркало, украшающее собой целую стену, когда в ее голову пришло осознание ситуации, а брови поползли вверх, не замечая такого препятствия, как лоб.       Отделавшись парой слов, девушка бросила взгляд на время, колеблясь между собственными решениями. В конце-концов, туда-обратно и времени уйдет не так много, верно? С другой стороны сбегать со свадьбы матери, это уж совсем дикость, достойная лишь самую ужасную дочь.       Такси мчалось быстрее обычного, а панорама за окном постепенно начинала принимать знакомые образы. Но даже усевшись на тесном заднем сидении, упирая ноги чуть ли не себе в подбородок, Адамсон смотрела на мелькающую картинку за прозрачным затонированным стеклом и думала о том, как миссис Робинсон лопала новые порции канапе, заливая их сверху шампанским с кровавыми оттенками собственной помады. Казалось бы, этот образ перед глазами не могло прогнать уже ничего. И девушка сама в это почти поверила, пока не столкнулась взглядом с разгневанной продавщицей магазина, где ей уже доводилось бывать ранее.       Поразительная способность ее суровых глаз моментально выбивать разум из мира задумчивости в суровую реальность не могла не впечатлять. Когда Тесса распахнула двери и влетела в магазин, ситуация уже близилась к своему логическому, не очень-то радужному завершению. Глаз кассирши дергался, охранник мешал корвалол с яблочным соком, а Луи катался в тележке, доверху наполненной сладостями и алкогольной продукцией, раздавая шоколадные сластяшки детям и покупателям. Через пять минут вся эта кавалерия перенеслась на улицу, совершенно не меняя своего положения.       — Миссис Леон Вы такая добрая, согласись Тесси, — искренне улыбался русоволосый, смотря на силуэт женщины, которая с каждой секундой становилась все дальше под натиском ладоней Тессы, которая упорно двигала тележку подальше от магазина.       — Глаза б мои тебя не видели, ирод, — как-то по совсем уж домашнему выплянула та ему в ответ.       Томмо улыбнулся и помахал ей рукой, после чего вновь перевалился на спину, задирая голову, чтобы лучше разглядеть подругу.       — Я удивлюсь, как она вытерпела тебя, — выдохнула девушка.       — Я сказал, что не уеду, пока она не позовет тебя.       — С чего бы это вдруг?       Улица вокруг опустела, что было несколько странно для этого района да и тем более всего лишь в одиннадцать с небольшим вечера. Невысокие современного типа дома тянулись вдоль тротуара, отражая в своих стеклах свет вывесок и фонарей. Некоторые заведения еще не успели закрыться, а потому можно было прекрасно видеть, что происходило у них внутри. И все-таки людей было не очень много.       Тишина вокруг лишь изредка прерывалась шумом проносящегося мимо транспорта, в остальное же время она была отведена лишь самой себе, заполняя все вокруг небывалыми легкостью и спокойствием, поглощая в себе даже равномерный стук каблуков. Томмо валялся в своей тележке, подобно ребенку среди кучи игрушек. Глядя на то, как один за одним уличные фонари проносятся в его светлых глазах, Адамсон не смогла не удивиться тому, как они вообще познакомились, и как она его еще не убила. Интересно, каково жить настолько безбашенно?       Томмо на миг замолчал, когда между его бровей залегла маленькая складочка, однако же в скором времени расправилась.       — Ну, я соскучился.       — Ты ведь знаешь, где я живу, — выдвинула свое утверждение Тесс, пытаясь не акцентировать своё внимание на всей милоте вышесказанных юношей слов.       Ее взгляд следил за дорогой впереди, лишь изредка переносясь на собеседника. Катить Луи оказалось легче, чем она могла себе предположить, к тому же большую часть сладостей и алкоголя он все же раздал на выходе.       С полсекунды задумавшись, русая продолжила:       — Кстати об этом, как ты узнал?       — Томмо знает адрес каждой огненной пташки в этом городе. Их всего-то пять, да и то последняя недавно отсеялась.       Девушка нахмурилась, слабо понимая, о чем говорит парень. Впрочем, в предыдущую их встречу диалог так же не отличался особым остроумием и четкостью ответов.       — Я бы на месте миссис Леон тебя убила, — выдохнула Тесс, загребая легкими новую порцию прохладного воздуха. Луис поболтал ногами. — Нам влетит за тележку?       — Не убила бы, — улыбнулся тот, вновь задирая голову. На этот раз он обнимал бутылку белого сухого. — Посмотри какой я милый. Мне просто захотелось сделать что-то, что будет лучше моего вечера, а тележку я купил. Зато теперь я чувствую себя чуточку счастливее, а ты? Ты счастлива?       — Я...       Адамсон застопорилась. Она могла поклясться, что буквально секунду назад хотела уверенно сказать, что она уж точно счастлива, но что-то остановило ее язык на полобороте.       — Я не знаю... Наверное... Не совсем...       — Это грустно. Нужно использовать каждый момент своей жизни для того, чтобы быть счастливым. Использовать его не впустую. Не смотри на протяженность событий, смотри на то, что происходит сейчас.       — А что происходит сейчас?       — Сейчас я помогу тебе стать счастливой на этот момент,       Томмо закопошился в тележке.       — Погоди немного, дай-ка я вылезу.       Юноша немного неуклюже выпрыгнул из тележки, вовремя придержав ее для того, чтобы та вместе с девушкой не съехала на обочину дороги. В его руке по прежнему была зажата бутылка вина. пара мгновений, и вот Томлинсон уже с успехом пропихивает пробку внутрь сосуда ключами, роли которых девушка так и не определила.       — Правило первое, — проговорил тот, подобно комнатному генералу уперев руки в бока. — Сдавай мне эти туфли, — его тон был требователен и не требовал возражений. спустя изумление и улыбку туфли все же оказались в его вытянутых ладонях. — Правило второе: три глотка залпом. Правило третье: полезай в тележку.       Со смешками и тихими визгами от страха при попытке залезть внутрь огромной корзины, которая то и дело дрожала в руках Томмо, грозясь куда-либо отъехать, Тесса все же бухнулась внутрь, слегка скривившись в лице, когда жидкость обожгла ее горло, но вскоре вновь вернув ему расслабленный вид.       — Правило четвертое: веди себя так легко, как будто тебя хочет целый мир.       — Прям-таки хочет?       — Безусловно от того, как сильно ты ему нравишься.       — Но я вряд-ли кому-то нравлюсь.       На лицо Томлинсона легла мягкая, но вместе с тем донельзя хитрющая улыбка кота, который уже давно знает, куда хозяева спрятали сметану. теперь Тесса смотрела на него с задранной назад головой.       — О, Тесси, я бы с этим поспорил, — проговорил тот, и тележка дала ход.