Гарри Поттер и компроматные книги

      После неожиданного мини-пророчества от Ровены в комнате воцарился переполох. Гарри вскочил и начал бурно всех уверять, что это Сириус. Снейп подумал о последней фразе «кто станет многим лучший друг», потом вспомнил наглую, по его мнению, физиономию Блэка, и зельевару захотелось выброситься в окно. Но Снейп всё-таки героически переборол в себе это постыдное желание и, чтобы выгнать из мыслей возможное столкновение с Блэком, перебил Поттера.       — Конечно, это будет не Сириус Блэк, — медленно произнёс он, в упор глядя на Гарри. Юноша тут же замолчал. — А… Да хоть Аргус Филч, — Снейп усмехнулся, понаблюдав за изменением выражения лица Гарри.       — М-м-м, сомневаюсь, что мистер Филч может стать кому-то лучшим другом, — произнесла Минерва.       — Это безумно, но было бы весело, — шепнул Фред Джорджу. Последний с улыбкой кивнул.       — Идите вы уже спать, — голос Рейвенкло казался усталым.       Поттер покосился на профессора Снейпа и захлопнул книгу. Настроение у него пропало. Все вздохнули с облегчением и разбрелись по спальным комнатам. Этой ночью Фреду и Джорджу снились почти одинаковые сны. В них Аргус Филч вместе с ними носился по школе и кидался в профессоров навозными бомбами.

***

      Первый лучик солнца позолотил пол. Ровена на секунду отвлеклась от книги, а потом снова повернула голову к тексту. Статуэтка в очередной раз подумала, как неудобна её форма для чтения: приходилось левитировать. Недовольно поморщившись, она вновь «провалилась» в мир «Кубка огня». Ровена успела прочитать довольно много, до конца оставалось всего несколько глав. И как всегда её перебили на самом интересном моменте.       Входная дверь скрипнула. Босая нога мягко ступила на прохладный пол. Следом за ней из-за двери показалась хрупкая девичья фигурка в нежно-фиалковой мантии, служащей ночной сорочкой. Рейвенкло недоумённо уставилась на белокурое чудо, пришедшее сюда извне босиком и с закрытыми глазами.       — Доброе утро, юная леди, — произнесла статуэтка, переворачиваясь в воздухе на бок. Держать равновесие было трудно, поэтому Рейвенкло была вынуждена опуститься на стол.       Девочка никак не отреагировала на приветствие и направилась куда-то в сторону шкафов. Ровена вздохнула. «Надо бы её разбудить», — подумала она. Статуэтка, как и создательница, не любила, когда её отвлекают от чтения, поэтому, хоть девочка и внушала чувство симпатии, Ровена с ней церемониться не стала и просто облила водой.       Широко распахнув глаза, незнакомка растерянно взмахнула руками, будто пытаясь стряхнуть с них воду. Веер капелек дождём обрушился на пол. Искра садизма погасла в душе статуэтки, поэтому в следующий миг Ровена произнесла заклинание сушки.       — Ну, вот. Надо же было забыть надеть обувь, — печально произнесла девочка, смотря на свои босые ноги. Стоять на полу было холодно.       Повинуясь мыслям незнакомки, магия комнаты создала под её ногами пушистый и тёплый коврик с высоким ворсом.       — Доброе утро, – повторила Рейвенкло, с возрастающим любопытством оглядывая девочку.       Выглядела она странно, и дело было даже не в мантии и отсутствии обуви. В ушах у незнакомки весело болтались серёжки в виде редисок, а в волосах запуталось нечто, напоминающее птичье гнездо.       — Доброе, — рассеянно отозвалось «чудо», как её уже успела окрестить Ровена. Девочка обернулась на звук голоса и стала недоумённо озираться. — Видимо, нарглы решили меня разыграть, — тихо пробормотала она.       Окачивание водой, мгновенная сушка и голос, доносящийся непонятно откуда, несколько её озадачили. Но девочка могла всему всегда найти объяснение.       — Я не знаю, кто такие нарглы, но они здесь точно ни при чём, — хмыкнула статуэтка, снова поднимаясь в воздух, чтобы её было лучше видно.       — Ровена Рейвенкло, — благоговейно прошептала девочка. — Хм, вот только было бы здорово добавить несколько деталей, — тут же добавила она, придирчиво осматривая статуэтку. Ровена фыркнула.       — Может, вы представитесь, мисс? — строгим тоном предложила Рейвенкло.       «Говорящая, умеющая колдовать статуэтка. Или это сон, что вряд ли, или это гениальное изобретение, или это дух самой Ровены Рейвенкло решил поговорить со мной?» — девочка задумчиво провела рукой по волосам, чуть не разрушив «гнездо», потом всё-таки решила, что нужно представиться.       — Меня зовут Луна Лавгуд, — просто сказала она. — И я учусь на вашем факультете, — на всякий случай добавила девочка, при этом ни на миг не сомневаясь, что уж Ровена-то, конечно, знает всё на свете. — И, всё-таки, мне интересно, куда это меня занесло, — произнесла она, осматриваясь. — Я никогда не видела в Хогвартсе ничего подобного.       — Тебя привела сюда Судьба, дитя моё…       Всё утро потонуло в бесчисленных рассказах. Сначала Ровена объяснила Луне всё, что касалось Комнаты судеб в настоящем времени, потом ей пришлось пересказывать содержание трёх с половиной томов о Гарри Поттере, благо первые два в детальном пересказе не нуждались, ну и, в конце концов, Луна начала увлекательное повествование о нарглах, своей жизни и редисках. Рейвенкло узнала, что это самое «гнездо» в голове является оберегом от мозгошмыгов, без которого ночью засыпать опасно, а также приобрела новую деталь в своей внешности…       Любители ложиться поздно в кровать всё это благополучно проспали.

***

      — Блэ-э-эк, просыпайся! — прогрохотал громкий старческий голос.       Сириус резко поднял голову со стола, мутным взором оглядел помещение и, остановившись на бороде Аберфорта, рухнул обратно. Стукнулся он больно, но голова выдержала. Она крепкая у него была.       — Отстань, — вяло промямлил Блэк, закрывая глаза.       — Ты, кажись, профессором стал? — Аберфорт задумчиво почесал макушку. — Так вот. Уже скоро полдень.       — Гиппогрифий помёт! Мантикора побери этого Альбуса Дамблдора! — Блэк тут же проснулся. Не то чтобы он мучился от своей безответственности, но проблем наживать не хотелось. Их в последние годы и так было слишком много.       Аберфорт кашлянул и придвинул ближе к Блэку флакон, который поставил на стол минутой ранее.       — Антипохмельное зелье, — услужливо подсказал трактирщик, увидев, что Блэк смотрит на флакон мутным-мутным взглядом, явно не понимая, что от него хотят.       — А-а-а, — глубокомысленно протянул бывший азкабанец. — Спасибо.       Выпив зелье, Блэк тут же вышел из трактира и побежал к Визжащей хижине. Он предпочёл бы тайный вход в «Сладком королевстве», но понятия не имел, как сейчас можно пройти незамеченным в подсобку.       — А вот про Альбуса я согласен. Гиппогрифий помёт, мантикора его побери! — от души сказал Аберфорт, глядя Сириусу вслед.       Зелье было не всемогущим, и туман в голове рассеялся не сразу. Но его хватило на то, чтобы Блэк сумел войти в класс Трансфигурации в относительно бодром и энергичном состоянии.       — Всем привет! — широко улыбаясь, заявил новый профессор.       «Мне чертовски везёт», — подумал Сириус, оглядывая аудиторию. Он умудрился пропустить лишь урок у семикурсников Рейвенкло, поставленный на утро. Они и друг друга могли чему-нибудь научить в любой непредвиденной ситуации и при этом не разбомбить класс. К первокурсникам профессор опоздал на полчаса.       — Очень рад, что класс находится в целом состоянии, — продолжил Блэк.       Кто-то на задней парте громко фыркнул. «Ага, одни его боятся, другие — восхищаются. Ещё бы тут кто что-нибудь попытался сделать. А я, что я? Ну, не узнает же профессор Блэк, что я случайно трансфигурировал своё перо в какую-то непонятную штукенцию. В конце концов, кому может прийти в голову залезть в ящик преподавательского стола? Хорошо я всё-таки всё спрятал, а то вдруг это что-то опасное. Милли бы покалечилась, а она симпатичная».       Сириус, ничего не подозревая, просто сел на стол Макгонагалл неподалёку от стопки каких-то пергаментов. «Хм, а план-то я где-то потерял. Придётся импровизировать», — подумал он.       — Итак, дети. Сегодня я научу вас превращать нос слизе… э-э-э, нос ваших врагов, я хотел сказать, в свиной пятачок.

***

      Широко зевая, ещё не до конца проснувшийся Малфой прошествовал в ванную комнату. Не успел мальчик умыться, как ему в руки упал маленький конвертик. Драко со сна его чуть было не разорвал, но вовремя выяснил, что это так свёрнутый кусок пергамента.       «Белобрысый пожиратель котлет», — прочитал Малфой.       — Придурок Поттер, — пробурчал юноша, даже не задумываясь, как упомянутый мог подсунуть эту записку. Бывший конвертик полетел в мусорку.       Прохладная водичка быстро привела Малфоя в чувство. А вот себя в порядок он приводил по обыкновению долго, поэтому очень удивился, когда вышел в аудиторию и не увидел возмущённой очереди.       — Что ж, мисс Лавгуд. Думаю, домовикам опять придётся потрудиться с доставкой вещей. Я, конечно, трансфигурировала вашу мантию, но надолго этого не хватит. Да и туфли, превращённые из пергамента, явно не то, что следует носить, — донёсся до Драко голос Макгонагалл.       «Что здесь происходит?!» — подумал Малфой, поражённо глядя в сторону «книжного» стола. Макгонагалл разговаривала с какой-то странноватой студенткой, а на краю стола неподалёку от них сидела статуэтка Ровены Рейвенкло, болтающая ногами. И Драко больше поразило не появление новенькой и даже не то, что почтенная леди-основательница болтает ногами, а то, что у Рейвенкло вместо сапфира теперь в диадему была вставлена большая оранжевая редиска.       — Доброе утро, — наконец вымолвил Драко, делая робкий шаг вперёд.       — Добрый день, мистер Малфой, — с донельзя ехидной интонацией сказала Ровена. — Не желаете ли пообедать?       — Да я бы от завтрака не отказался, — мрачно ответил слизеринец, направляясь к своему столику.       — Мистер Малфой, будьте добры пойти и разбудить остальных юношей.       Драко угрюмо посмотрел на профессора Макгонагалл, очень тихо пробормотал: «Тебе надо — ты и буди», — и отправился выполнять сказанное. Деваться-то некуда было.       — Поттер, хватит валяться и смотреть в потолок, Уизли — подъём, у тебя в волосах паук запутался. Близнецы, а, вы же тоже Уизли, к директору. То есть к Макгонагалл, — с порога заорал Драко.       — Малфой, когда ты успел стать старостой? — раздражённо спросил Гарри. Его вопрос потонул в крике Рона, поверившего в реальность существования паука на его голове.       — К Макгонагалл, так к Макгонагалл, — близнецы пожали плечами и направились к выходу.       В отличие от остальных они уже успели переодеться и заправить постели. Обоих волновал вопрос, что же они такое успели натворить, что их уже Макгонагалл вызывает.       — Что ж, мистер Малфой. Думаю, роль старосты вам будет вполне к лицу. Курсе на пятом. А сейчас — марш отсюда. Поттер, Уизли, пошевеливайтесь, — отрывисто произнёс Снейп, выходя из-за чёрной ширмы. Рейвенкло не разрешила ему собственную комнату, но не отгородиться от студентов он не мог.       К великому неудовольствию Драко Макгонагалл посадила новенькую за столик недалеко от него. Точнее, Малфой решил, что неприлично близко к нему.       — Привет. Меня зовут Луна, — тихо представилась девочка, улыбаясь краешками губ.       — Драко Малфой, — холодно отозвался слизеринец. — Лавми? Или какая там у тебя фамилия?       — Лавгуд, — поправила его Луна.       Больше они не разговаривали — появился завтрак. Но Драко всё-таки краешком глаза поглядывал на Луну и думал. Мысленные выкладки получились положительными. Во-первых, Лавгуды вроде как считались чистокровной семьёй и пока не числились среди предателей крови, как те же Уизли. Во-вторых, судя по эмблеме на мантии, она была с Рейвенкло.       «Мерлин! Хоть кто-то здесь не с Гриффиндора!» — радости Малфоя не было предела по этому поводу. Он был готов даже признать в ней родственную душу, но серёжки-редиски и волшебная палочка, заткнутая за ухо, как-то от этого отталкивали.       — Я не хотела вам портить аппетит, — начала Ровена, когда посуда с остатками еды исчезла со столов, — но теперь могу с чистой совестью всё рассказать. Так вот. После того, как вы пошли спать, я осталась читать дальше. До конца не успела, так как меня отвлекла эта юная леди, — статуэтка махнула ручкой в сторону Луны.       Все взгляды тут же устремились на неё. Кроме Драко и Джинни, сидевших от неё неподалёку, новенькую никто не заметил. Собственно, Джинни была единственным человеком, кроме профессоров, знакомым с Луной.       — Мисс Луна Лавгуд, Рейвенкло, второй курс. Прибыла к нам на рассвете, как и предсказывалось, — поспешила объяснить Макгонагалл. — Прошу любить и жаловать.       — Я не знала, что моё появление было предсказано, — Луна кашлянула. — Ведь поведение нарглов* не поддаётся никаким прогнозам.       Ровена не дала ученикам задуматься о загадочных нарглах и просто продолжила говорить.       — Но я продвинулась достаточно далеко и могу сказать, что вас не ожидает ничего хорошего.       — Тоже мне новости, — фыркнул Рон. — Да нас всегда не ожидает ничто хорошее.       — Да. Оно вас не ждёт, а вы приходите. И устраиваете полный бедлам, — произнёс Снейп.       — Вообще-то, я имела в виду не только общеизвестную троицу, но фраза профессора Снейпа подходит ко всем присутствующим, — хмыкнула статуэтка. — Вам как пересказывать в подробностях или сразу к делу?       — К делу, — выпалил Рон. Гермиона даже не успела его вовремя пнуть.       — Поттер и Диггори с помощью кубка переместились на кладбище, где Седрика убили.       — Что?! — возопили сразу несколько голосов.       — Запомните, Уизли: нельзя к чему-то приступать, не разобравшись в сути, — усмехнувшись, произнесла Ровена. Пожалуй, я кратко расскажу вам всё по порядку.       — Как мило, хаффлпаффца убило надгробие. Может быть, это был Поттер, а? — Драко хотелось кого-нибудь позлить. Точнее ему хотелось позлить всех, потому что настроение испортилось.       — Это был не Поттер, ведь он не надгробие, — лаконично ответила статуэтка. — Началось всё вполне безобидно. Вездесущая троица отправилась на кухню за едой для Сириуса Блэка. На всякий случай они подарили Добби носки.       — Испугались, что он их скалкой за такую просьбу побьёт, — вставил Малфой.       — Может, и не скалкой. Сковородкой. Я плохо знакома с нравами современных эльфов. Мисс Грейнджер решила поднять домовиков на бунт, за что вместе с Уизли и Поттером была изгнана с кухни. Перед этим, студенты заметили, что бывшая эльфийка Крауча, Винки, спивается.       — Попала из приличного общества в злобную банду хогвартских домовиков, бедняжка, — притворно вздохнул Драко.       — Мистер Малфой, я вижу, вас сегодня так и тянет поговорить? — строго спросила Минерва.       Малфой промолчал. Ему помогла Луна.       — Профессор Макгонагалл, его одолел прогрыз.       — Какой прогрыз? — в испуге спросил Драко. Название не обещало ничего хорошего.       — Прогрыз забирается в зуб и заставляет человека много говорить, — сообщила новенькая. — Они безобидны.       — Почему прогрыз?!       — Ну, он иногда заставляет не только говорить, но и что-нибудь грызть. Точнее, выгрызать. Фигурно. Вот мне папа рассказывал, что его друг однажды выгрыз скульптуру из морковки…       — Мистер Малфой, если что, можете украсить ножки своего столика, — усмехнувшись, предложила Минерва.       — Так о чём я. Еду эти хитрые дети всё-таки забрали и отправили Блэку. Также выяснилось, что мисс Грейнджер подписалась на «Ежедневный Пророк», чтобы, по её словам, узнавать новости не из уст слизеринцев.       — Спонсор совиной почты — Слизерин. Сообщит всем новости лучше Риты Скитер, — произнёс Гарри.       — В связи с той статьёй из Ведьмополитена мисс Грейнджер атаковали письмами бешенные фанатки мистера Поттера.       — У меня есть фанатки?!       — Видимо, есть. Соль в том, что письма эти были весьма небезопасны. Самые трусливые дамы отправляли просто записки с угрозами, довольно безграмотные записки, надо сказать, — Ровена взмахнула палочкой. Книга открылась там, где была заложена первая магическая закладка. — Вот пример одной из них: «Ах ты пАрШИвкА. гАРри ПотТЕр ЗасЛУЖил ЛучШе. УхоДи ОТкуда прИШлА — К МАгГлАМ».       «О, если Грейнджер будет ко мне приставать, скажу ей: уходи, паршивка, откуда пришла — к магглам», — вслух сделать такое заявление Малфой не решился.       — Сами-то они как будто лучше магглов, — обиженно проворчала Гермиона.       — В одном конверте вместо письма оказался гной бубонтюбера, который пролился мисс Грейнджер на руки. Ей пришлось отправиться в Больничное крыло.       — Гарри, да ты вроде не красавчик, чтоб все с ума сходили, — удивился Джордж.       — Слава, мой мальчик, слава, — в тоне Дамблдора ответил Поттер. — Я их уже боюсь. Ещё поймают где-нибудь в тёмном переулке…       — Тоже мне, звезда мирового масштаба, — презрительно произнёс Снейп. — Смотрите, не упадите.       — Если упадёт — надо не забыть загадать желание, — хлопая глазами, заявила Луна. — И не забыть поймать, конечно же.       — Какие вы все злые… Не то что Хагрид. Он на урок, на котором отсутствовала мисс Грейнджер, принёс нюхлеров, таких милых и пушистых созданий, любящих собирать всё драгоценное. С помощью них студенты весь урок искали галлеоны, закопанные Хагридом в землю.       — На самом деле Хагрид — тайный миллионер и предприниматель, а мы ничего не знали, — сказала Джинни.       Драко задумчиво подпёр подбородок кулаком. Ровена рассмеялась.       — К сожалению, нет. Это было лепреконское золото, а оно, как известно, спустя несколько часов исчезает.       — Рон! Ты расплатился с Гарри лепреконским золотом на Чемпионате мира. Как тебе не стыдно? — возмутилась Гермиона.       — Я же не знал, — растеряно ответил мальчик. — Прости, Гарри, я всё тебе отдам, как выйдем из комнаты…       — Рон, успокойся. Я тебе ещё ничего не купил, чтобы мне отдавать долг, — Гарри улыбнулся.       — Наверное, раньше Хагрид приносил на уроки чудовищ исключительно ради Гермионы. Как только она пропустила урок, изучали милых пушистиков, — заметил Фред.       — Любовь зла, — ухмыляясь, прокомментировал Малфой, получив за это гневный взгляд Грейнджер.       — Вас послушать, так добра вообще нет, — вздохнула Ровена. — Эти письма так взбесили мисс Грейнджер, что она напрягла все силы, чтобы выяснить, каким образом Рита Скитер прослушивает личные разговоры.       — Что, Гермиона, ты и её побила? — восторженно спросил Джордж. Гермиона нахмурилась и покрутила пальцем у виска.       — Перси Уизли пишет, что мистер Крауч якобы взял отпуск и посылает ему сов с инструкциями.       — Ага, инструкции типа: «Не сиди долго на бумагах, а то они помнутся. Разработай проект по производству не звенящих тарелок. Для этого запрись в подвале и молчи пять суток», — предположила Джинни.       Ровена сказала что-то ещё, но Луна не расслышала. В этот момент она обнаружила, что в кармане мантии так и остался лежать маленький фиолетовый мешочек из бархата, который пришёл ей вчера вместе с Придирой. Девочка забыла его вытащить перед сном. «Что это там? Я не помню, может, в журнале где-нибудь написано? А журнала-то нет. Что ж, посмотрим. Поэкспериментируем».       Лавгуд аккуратно вынула мешочек из кармана и, развязав горлышко, положила его себе на ладонь. В этот момент близнецы решили подшутить над ней и кинули в Луну заколдованный бумажный самолётик. Лавгуд от неожиданности уронила мешочек. Из него высыпался какой-то порошок, который тут же взвился вверх, превращаясь в огромное оранжевое облако, похожее на скопление пыли.