Уикенд в Малых Упырях

      На главной улице деревни, несмотря на сосредоточение всех жителей, стояла зловещая тишина. Взоры всех малоупырёвцев были направлены на двух мужчин, прожигающих друг друга взглядом. В руках у одного было охотничье ружьё, а у другого — осколок разбитой бутылки.       На небе светила полная луна, а воздух был наполнен ожиданием эпичной битвы. Гробовщик медленно размял пальцы, Виктор переложил осколок из правой руки в левую. Между дуэлянтами ветер пронёс перекати-поле, неизвестно откуда взявшийся в гористой карпатской местности.       Виктор сурово сщурил глаза. Сейчас должна решиться его судьба. Либо он мочит Гробовщика, допивает пиво и идёт дальше, искать Дракулу, либо оказывается в замкнутом тесном пространстве, в двух метрах под землёй.       При мыслях о друге у доктора Франкенштейна защемило сердце. «Да, — подумал он, — пускай мы не всегда ладили, но Влад бы меня никогда в беде не бросил. Ну, к тому же, если меня сейчас убьют, этот хитрый упырюга хрен мне вернёт те сто рублей, которые взял на опохмел»       Между тем, местных жителей уже начало подбешивать, что мочилово затягивается. — Эй, я, вроде, на убийство смотреть пришла, а вы тут немую сцену развели! — жаловалась какая-та женщина в цветастом платке. — Мы требуем зрелищ! — кричала толпа школьников. — И крови! — орала учительница геометрии.       «Ну, пора» — подумал Виктор. — АААААААААААА!!! — заорал доктор и, вооружённый осколком, помчался на Гробовщика.       Любитель животных направил ружьё на обезумевшего Виктора и нажал на курок, но ружьё дало осечку. Гробовщик, пожалуй в первый раз за всю свою жизнь, запаниковал. — АААААААААААА!!! — Виктор споткнулся о проходящую через дорогу неприятного вида собаку и полетел на землю. — У-у-у! — заулюлюкала недовольна толпа. — Да что это за фигня? Вот в моё время дуэли были как дуэли! А это, тьфу, срам один! — недовольно проговорил пятилетний мальчуган.       Вдруг, откуда-то из-за холма, послышался голос Дракулы. — Жители Малых Упырей! Узрите же, смертные, своего героя!       «Смотрите-смотрите!» — пронеслось в толпе, и все устремили свои взгляды на источник шума.       В древней Персии великие шахи показывались голодающей толпе, восседая на огромных слонах, норовя задавить зазевавшуюся чернь. Германский принц Олаф IV любил проскакать через строй своих воинов на норовистом жеребце, рассказывая им о их великом предназначении помереть в какой-нибудь луже, захлёбываясь собственной кровью. Шотландские военоначальники, в ночь перед решающим боем, обшивали свои килты и попоны любимых лошадей разноцветным бисером, дабы ослепить врагов своим великолепием и повергнуть их в бегство. Безусловно, все эти примеры были прекрасной иллюстрацией величественности поездки на четвероногом животном, но то, что увидели жители Малых Упырей, было гораздо поразительней.       С высоко поднятой головой, верхом на Изабелле, проезжал Владислав Дракула, держа в руке фонарь, освещающий путь. За ним поспевали Анька и Велкашка Валериусы, Карл Послушников. Позади шествия шёл Ваня Хельсинг, зачем-то держа вампира на мушке. — Изабелла! — закричал Гробовщик и побежал навстречу крупнорогатой подруге. Ружьё он выронил и, видимо, совсем забыл про него.       Дракула, с грацией полупьяной балерины, слез со скотины и обратился к её хозяину: — С тебя магарыч, самогоном отдашь!       Гробовщик замахнулся на него. — А святой воды не хочешь? — Владька, ты ли это? — радостно крикнул Виктор и подбежал к вампиру. — Я, кто ж ещё. Я, между прочим, в плену у сексуально озабоченных маньячек был. А тебе, друг, похоже плевать, — холодно заметил Владислав. — Да я тебя искать по всей деревне ходил! — бил себя в грудь доктор Франкенштейн, — только, вот, обстоятельства… — Ладно, прощаю я тебя, — великодушно произнёс Дракула, — но сто рублей я тебе не верну.       Аня, Ваня, Карл и Велкан наблюдали за этим единением с безопасного расстояния. — Всё хорошо, что хорошо кончается, — произнесла Анна. — Ну, дело закрыто, пора и по домам! — заявил Карл, оглядываясь. Он всё это время чувствовал, что за ним кто-то следит. — Как? Уже? Я думала… — Аня запнулась. — Может, ещё на день задержимся? Природа здесь красивая… да и не только природа, — взгляд Хельсинга остановился на Анне. — Ой, всё… — Карл закатил глаза и обреченно вздохнул.

***

      Проводы великих сыщиков прошли на славу. Пригласили даже Дракулу и его компашку, но Владислав смог опять переругаться с Валериусом старшим. Дело чуть не закончилось поножовщиной, однако, Игорь сумел отвлечь всех своим фирминым похабным анекдотом, который начинался словами:«Заходят как-то католический священник и бурятский шаман в бар…»       А Гробовщик и Виктор наоборот помирились. Доктор обещал вывести для Гробовщика специальный вид лопат, который мог копать сразу несколько могил.       Хельсинг признался Анне в любви, но сделал это странным способом — сказал Карлу, сказать, что Ваня сказал, что любит её, и подарить ей цветы. Девушка надавала им пинков, но цветы всё-таки взяла.       Вера, Аля и Маша тоже присутствовали на празднике, и всем своим видом показывали, что Дракула им безразличен. Хотя, Влад и сам пытался сохранять холодность, но после двух бочек медовухи начал подкатывать к девушкам с помощью проверенного способа:«Красавицы, а вашим мамам зять не нужен?» Ну, тут сердце девичье и растаяло.       Пока все веселились, Послушников незаметно исчез. Исчез не только он, но ещё и праздничный торт. Подойдя к деревенскому сортиру, который был главным сточником страхов, Послушников, собравшись, рывком открыл дверь. Шагнув к самой дырке, Карл произнёс: — Уж извини за всё, что было.       И бросил в выгребную яму принесённый торт. Пучина быстро поглотила десерт. — Это в знак премирения! — сказал Карл и улыбнулся. На душе у него сразу стало легко, словно огромный груз свалился с плеч.       На следующее утро Послушников нашёл рядом с раскладушкой жёлтые сапоги с нарисованным на них петухом. В обуви Карл нашёл записку, написанную корявой рукой почти не читаемым почерком: «НАСИ НА СДАРОВЬЕ!!! ДАРЮ!!!»