Дышите — не дышите

      Серебристый лунный свет, льющийся водопадом из окна, сладкая дымка и приятный сон — всё это перестало казаться прекрасным после сверлящего голову звонка. Пробираясь сквозь дебри сновидений, Алек немощно протянул руку к полу, где лежал телефон. Быстро отклонил вызов, чтобы не разбудить Магнуса, снова начал погружаться в ночные грёзы. Прошла минута, может, две — скрипучий трель повторился. На этот раз нефилим приложил усилия открыть один глаз и увидеть на светящемся экране в первую очередь время — 02.16 — затем имя парабатая на фоне совместной фотографии.       — Джейс, — промямлил Алек, явно до конца не проснувшийся, — отвали.       После отбоя он ещё успел глянуть одним глазом на сопящего рядом мага и, прикрыв его плечи одеялом, спрятал трубку под подушку.       Сон не хотел возвращаться. Начали окутывать сомнения: вдруг, что-то случилось? Однако перезванивать жутко не хотелось. В скором времени это сделал Джейс. Понадобилось время вспомнить, откуда доносился звук. Прикрыв, голову подушкой, Алек ответил:       — Чего тебе?       — Мне скучно...       После этих слов, Алек вылез на свет, оставив включенную трубку в прежнем месте. Ничего не случилось — теперь-то сон должен вернуться в исходное положение.       Успех попытки задержать Эрондейла своим же разговором потерпел фиаско через минут десять. На следующий вызов проснулся Магнус. Не спрашивая Алека, он выхватил телефон и, пробудив свой голос, нажал на "принять".       — Где ты напиваешься, маленькое чудовище? Я приду туда и задушу тебя.       Недолгое молчание и на другой стороне послышался бодрый голос.       — Мистер Бейн,— издевательски протянул парень, — как всегда ворчливый старикан. Не откажите в аудиенции — выгляните в окно.       — Почему бы тебе не отправиться к чёрту?       Магнус, нажав отмену, откинул телефон в ноги и тут же раздался вопль клаксона мотоцикла. Подорвавшись с постели в одном только одеяле, маг ринулся к окну. Внизу, оседлав мотоцикл, на котором обычно рассекают небо вампиры, сидел довольный нефилим, непринуждённо разглядывающий ногти. Несмотря на рваные газеты и помятые жестяные банки, разбросанные рядом, Джейс выглядел на фоне сего живописного пейзажа цветущим подснежником. Его золотистые локоны эффектно развевались на ветру, печально, что это не спасёт его от нелепой гибели от рук Верховного мага.       — О! — будто не ожидая увидеть знакомое лицо среди ночи, воскликнул нефилим. Глядя на подходящего к белому колену магу, Джейс помахал ему. — Сделаем брум-брум?       — Я убью его, — спокойно сказал Магнус и собрался залазить в окно, как остановили руки, нежно ласкающие его ночью.       — Магнус, — Алек всё ещё был сонным, даже говорил отрешённо. — Ты в одеяле не пролезешь. Спустись по лестнице и принеси мне его голову.       Маг кивнул. Кровавая расправа над сумеречным охотником, конечно, не вписывалась в планы на ночь, но была идеальным предлогом для его избавления. Посмотрев на Алека, маг подмигнул.       — Заходи, а то отморозишь ещё что-нибудь, — крикнул он, скорей, окну, закрывая его от сквозняка и незваных гостей.       Скинув с себя одеяло, Магнус лениво надел халат, слабо подвязывая пояс. Алек в широких пижамных штанах рыскал по комнате в поисках футболки. Босые ноги то и дело путались в разбросанных по полу вещах. Не пропустив ремень Магнуса с острыми заклёпками, нефилим чертыхаясь, попрыгал вслед за магом.       Лестницу освещала одинокая лампочка, болтающаяся при незначительном дуновении ветра. С каждым шагом над скрипучими половицами поднимались клубки пыли, оседающие на ботинках. Джейс не спеша поднимался вверх, параллельно шагая пальцами по поручню.       — Пошевеливайся, принцесса, — раздражённо пробубнил маг. Сейчас перед собой он не видел героя трёх сражений, пережитых за последние пол года. Скорее пациента Манхэттенского Психиатрического Центра, бежавшего под покровом ночи.       — Ты признаёшь моё королевское происхождение? — нефилим поравнялся с магом. Алек стоял, упёршись о дверной косяк. Футболку он не нашёл, поэтому зябко охватил себя руками. — Я был бы самой прекрасной принцессой Нового света.       — Прекрасной? — фыркнул Магнус, направляя охотнику в грудь длинный палец. — Как бы ни так.       Алек закатил глаза. В споре о великолепии парня и брата ему оставалось почётное место неподкупного рефери. Однако никто его никогда не слушал, поэтому на ближайшие полчаса, можно было заварить чашечку кофе и побаловать себя кокосовым печеньем.       — Это зависть в тебе говорит. — Джейс ступил шаг назад, чтобы отделаться от вжатого в грудь пальца.       Магнус закатил глаза.       — Поспи, — маг вольно щёлкнул пальцами перед носом настырного охотника.       Гость сначала прибывал в некотором исступлении, через несколько мгновений глаза медленно закрылись, тело обмякло, парень попятился назад. Споткнувшись о собственные ботинки, он с грохотом, кувыркаясь, полетел вниз по лестнице. С гулким эхом тело, словно тряпочное, приземлилось на пол — ни стона, ни звука, ни первосортных ругательств — лишь столб пыли, расстилающийся по лестничной площадке.       — Упс, — в один голос крикнули Алек и Магнус, поспешив спуститься в облако рассеивающейся пыли.       Глаза долго не могли поймать чёткое изображение. Люминесцентные лампы одна за другой мелькали под серо-зелёным потолком. Вперемешку с пёстрыми пятнами, оставшимися после пробуждения, маячил белый свет. Пробиваясь через головную боль, охотник услышал прерывистый разговор, а вместе с ним скрип колёс. Вот почему не покидало чувство пассивного движения. Его везли. Точней, куда-то катили на больничной кушетке.       Поездка длилась не больше минуты, затем сквозь двустворчатые двери его провезли в тёмную палату, где единственный источник света — светодиодный операционный светильник. В нос тут же врезался запах чистящих средств с едким ароматом лимона и хлорки. К ним примешивалась горечь каких-то медикаментов, спирта и стерильных бинтов.       Пошевелиться удавалось с трудом, казалось, тело пронзили кулинарные шпажки и за конечности пригвоздили к жёсткому матрацу. Однако попытки говорить увенчались немалым успехом. Набрав в лёгкие больше воздуха, нефилим, вернув свой традиционно-властный голос, посыпал вопросами: где он, зачем здесь и, что с ним собираются делать. Не будь он в таком прискорбном положении, от похитителей остались бы стекающие по стенам брызги крови и жуткие отпечатки рук на клеёнке.       А, что если... Если его похитили пришельцы на опыты. Близкий контакт четвёртой степени — сказал бы Саймон.       — Эй!       Джейс давно признался себе, что ему нравилось получать новые ощущения от сражений. Нравился растекающийся по венам адреналин, бодрящий, словно холодный лимонад в неистовую жару.       Глазами он искал острые, колющие, режущие, в общем, все те предметы, которые забирают при посадке на самолёт. Из возможного оружия в поле зрения попались только ножницы. Все шло не так уж и плохо: пальцы свободно шевелились, ещё немного и онемение спадёт с ног. Улыбка облегчения уже расширилась на лице, как вдруг голову заслонили две тени.       — Он пришёл в себя.       — Отлично. Начинаем.       Несмотря на стерильные повязки, скрывающие большую часть лица, Джейс мог поспорить — оба улыбались.       Два типичных врача: синяя униформа с V-образным вырезом на тунике, такого же цвета шапочки, скрывающие волосы и белые повязки. На руках как положено резиновые перчатки. Ничто кроме глаз не могло выдать их сущность — это Джейс понял, когда один склонился проверить пульс. Глаза округлились в два блюдца с тонкой золотой каёмкой.       — Дышите, — попросил обладатель синих глаз, приставляя фонендоскоп к телу. — Не дышите.       — Алек?! — воскликнул парень, хватая за руку фигуру нависшую над ним. От удивления он снова потерял нить, связывающую его с движением, так и остался сжимать тонкое запястье. — Какого чёрта ты делаешь?       — Доктор, у вас проблемы? — второй выдал себя голосом — сладким, успокаивающим, от его слов хотелось делать, всё, что он скажет. Даже если прикажет не дышать остаток жизни.       — Бейн! — рычание звучало устрашающе, но маг не повёлся. Ведь не он прилип к каталке. — Оставь свои ролевые игры для Алека. Вы грязные извращенцы...       Собственно, беспомощное ёрзание не сильно-то помогло, зато вызвало гнев названных докторов. Охотник принял неприятные касания резиновых перчаток к лицу, а затем холодный ободок кислородной маски и тугие переплетения верёвки на запястьях, лодыжках и подколенных ямках.       Сделалось невероятно дурно: сердце гулко хрипело, ударяясь о рёбра, лёгкие вмиг ослабли, на лице появилась испарина. Самый огонёк пришёлся на мозг: ещё связанный с сознанием, Джейс видел, как оба похитителя сняли повязки с лиц. Их губы двигались, словно в замедленной съёмке, произнося низким голосом: "Давай поиграем". Следом типичный злодейский смех фильма ужасов, и в когтистых руках появилось резиновое чудовище.       Нервно сглотнув, нефилим пожелал скорей отключиться. А тем временем, силуэты раздваивались, вскоре заслоняя стены палаты по кругу. Чередование кошачьих глаз и синих растворялось в кислотно-зелёном клубящемся дыме. Ещё немного и от нехватки кислорода он потеряет сознание (кислородный баллон был пуст, если вообще был), однако что-то не давало. Звук. Потустороннее шипение, эхо сумасшедшего смеха и отдалённое кряканье. Выплывшая из темноты уродливая резиновая утка смотрела на связанного нефилима криво нарисованными глазами. Её клюв, съехавший набок от близости с огнём изливал жутчайшее: "Кря-а-а".       В горле давно пересохло, вряд ли крик успеет добраться раньше темноты, заслоняющей веки. Откуда-то появились часы, стрелки которых отбивали секунды с каждым кряканьем. Стены сужались, оставляя с чудовищем на меньшем расстоянии. Слишком близко — можно было уловить тошнотворный запах помойки и жжёной резины.       Наконец пришло долгожданное отстранение от вычищенной хлоркой палаты. Глаза больше не видели редкостного жёлтого монстра, но его до дрожи пугающий писк протянулся вплоть до полного погружения в чистые воды разума.       Наступила темнота.       Кромешная темень заполоняла собой квартиру, и лишь кухня освещалась маленькой тусклой лампочкой. По ногам Алека пробежался лёгкий холодок, вскоре задержанный предательским скрипом холодильника. Нефилим быстро расправился с маленьким целлофановым пакетиком и, проткнув фольгу, вставил трубочку в коробочку сока.       — Алек? Алек, это ты?       — Ты проснулся, — скучно произнёс нефилим, потягивая из трубочки сок.       В два шага он оказался возле небольшого диванчика, который Магнус выделил брату.       — Почему я связан?        Нефилим настороженно осёкся на противоположную стену, где за бисерными лианами темнел вход в спальню мага.       — Ну, ты сильно мешал Магнусу.       Пока Алек утолял жажду, Джейс не оставлял попыток освободиться от верёвок.       — Погоди, стой. Дверь к чему-то, что я не должен вспоминать начинает открываться, — мысленно прокрутив странное ведение, охотник замер. — Так это был не сон?       Больше не в силе смотреть, как парабатай пытается освободиться от пут, Алек допил сок и принялся помогать развязывать узлы на запястьях.       — Не знаю, что он тебе внушил, но ты визжал, как сучка.        Охотник напрягся. Всё же кричал и крик этот был пронизан, скорее, страхом.       — Я представлял себя оперным певцом, — отвертелся Джейс, чтобы не рассказывать о двух психопатах, тыкающих в лицо уродливой резиновой уткой. Будет стыдно, если кто-нибудь узнает о запущенно форме анатидаефобии. — Знаешь, в белой сорочке, накрахмаленном воротнике и позорных жёлтых подштанниках. Ох, и милый курчавый паричок.       Отвлечь брата получилось проще простого — вот он сидит на полу и, поджав колени, громко хохочет.       — Ты всё так же ужасно лжёшь, — успокаиваясь сказал Алек. — Мне всё равно, просто,- он пожал плечами,- больше не буди Магнуса среди ночи. — Алек вспомнил, как на днях нечаянно опрокинул стул, возвращаясь из душа. Тут-то маг нашёл себе забавную игрушку, тешась с ней ночь напролёт. От воспоминаний, Алек сжал ладонь на горле. — Никогда.