Команда проказников, или Как весело жить в средней Тэйко

Ито-сенсей – учитель истории и, по совместительству, классный руководитель второго класса первой параллели средней школы Тэйко уже пятнадцать минут стоял перед кабинетом, обозначенном табличкой «2-А», и никак не решался зайти. Ито Акайо был высоким худощавым мужчиной тридцати восьми лет, носил длинную шевелюру до плеч и круглые очки. Его стаж работы в Тэйко составлял уже почти двенадцать лет. И вот теперь, стоя перед дверью, он призывал все семь богов счастья наделить его хоть какой-нибудь удачей или мало-мальским везением. Ну хоть что-то послать, дабы выдержать последнее родительское собрание в этом учебном году. Его подопечные – «Поколение чудес» - наконец-то заканчивали второй класс средней школы и уходили на летние каникулы. Счастью сенсея не было предела, и он не мог дождаться окончания семестра, чтобы укатить на Окинаву(1) и расслабиться по полной. Но эта встреча с их родственниками просто выбивала его из колеи. Что ж, ничего не поделаешь, в конце концов это его долг! Акайо с некоторой опаской сдвинул дверь вправо и на трясущихся ногах ступил в кабинет. - Рад вас всех видеть, - чуть дрожащим голосом мурлыкнул он и поклонился в приветствии. Перед ним сидели представители самой известной баскетбольной команды за всю историю школы и их родные, а также куча подозрительных личностей, мявшихся на задних партах. Слева восседал со своим сыном Сейдзюро лидер клана якудза «Ямагути-жути» - Акаши Шоичи. Только увидев высокого усача в дорогом деловом костюме с надменным взглядом, Ито-сенсей сильнее прижал к себе журнал и свои записи и с потаённым страхом поприветствовал его. «Прямо Ода Нобунага(2)! Чёрт его дери!» - промелькнуло в мозгу преподавателя. Оябун(3) ответил еле заметной ухмылкой и кивком головы. На среднем ряду впереди красовался Рёта со своей матерью – Кисе Мизуки. Она, как всегда, была очаровательна, с кудрявыми светлыми волосами, длинными ногами, большой грудью, в маленьком чёрном платьице с туфлями на высоченном каблуке. Учитель, лишь мельком взглянув в глубокое декольте мамы – фотомодели, густо покраснел и быстро переключился на Касанэ Мидориму и её сына – Шинтаро, которые сидели позади семейки Кисе. Шинтаро, как обычно, перевязывал свои пальцы пластырем, а его родительница – учёный-микробиолог - в наглухо закрытом зелёном платье, с причёской пучком на голове и огромными очками в роговой оправе, поджав губы, глядела на педагога с недоумением. «И этот синий чулок здесь!» - стиснул зубы ментор. Справа расположились семьи Аоминэ и Мурасакибары. Отец Дайки – Кичиро, был фитнес-тренером и, видимо, сразу после работы забежал в школу, так как сидел в спортивном костюме и кроссовках, подпирая рукой голову. Он был немного ниже сына, но такой же крепкий и смуглый. Старший брат Ацуши – Сетору – поглощал вместе с младшеньким конфеты. Братец занимался тяжёлой музыкой и на этот раз был в прикиде металлиста: косуха, бандана, футболка, напульсники, штаны и высокие ботинки – всё было чёрного цвета. Учитель не обделил своим вниманием и толпу хмурых мужчин в конце класса у стены. Все были одеты в деловые костюмы, суровы и с тёмными очками на глазах. - Я, конечно, дико извиняюсь, но кто вы такие? - спросил классный руководитель, сверля глазами непрошенных гостей. - Это - мои люди! – голосом, не терпящим возражения проговорил Акаши-старший. – Но если сенсею они мешают, то я велю им покинуть помещение. - О! Не извольте беспокоиться, Ваше велич… Акаши-сама! – нервно сглотнул Ито. – Они вполне могут остаться здесь… Но я не вижу Куроко и его родителей… - Мы здесь! – одновременно гаркнули несколько глоток. Педагог вздрогнул и медленно повернулся в направлении воплей. За семьёй якудза сидели три Куроко! Только сам Тецуя был в единственном экземпляре, а по бокам от него возвышались две молодые особы, как капли воды похожие на мальчика, но ростом повыше и постарше возрастом. Одна девушка была с наполовину побритой головой, а волосы с другой стороны доставали до поясницы. Её одежда соответствовала стилю панк: застиранная тельняшка, короткая чёрная юбка, рваные колготки и кеды. Лицо было раскрашено жутким, с точки зрения сенсея, макияжем и идиотской улыбкой на лице. Другая девушка выглядела её полной противоположностью: длинные прямые волосы до лопаток и строгий макияж, деловой костюм идеально сочетался с туфлями на небольшом каблуке. Но она отличалась тяжёлым взглядом, который по суровости мог соперничать со взором кумитё. Ко всему прочему «бизнес-леди» медленно пережёвывала жвачку. - П-простите… А вы, собственно, кто? – замялся учитель. - Ох! Извините! Мы с вами не знакомы! – защебетала девочка-панк. – Мы – старшие сёстры Куроко-куна. Я – Юкико! Приятно познакомиться, Ито-сенсей! Она вскочила и поклонилась обалдевшему педагогу. - Я – Юрико! – отрапортовала вторая сестра, не двинувшись с места и не забывая при этом жевать. - Мы с Юрико – близнецы! – всё ещё радостно вещала Юкико. – Мы – студентки факультета «Связь с общественностью» Токийского университета. Наши родители отбыли в срочную командировку на Тайвань. Поэтому мы здесь! - Ага… понятно… Но скажите, у вас это семейное? - прищурился Ито. - Что простите? – Юкико явно была растеряна. - Я спрашиваю: у вас это семейное – появляться неожиданно и пугать людей? – уточнил учитель. Юкико непонимающе хлопала ресницами. На помощь ей пришла сестра: - А если и так, то чё? Проблемы? – сверкнула глазами Юрико. - Н-нет… никаких, - не на шутку переполошился Ито. - Тогда начинай речь толкать, сенсей. Жги мазут! «Связь с общественностью… Не хотел бы я с вами связываться…» - подумал педагог, а вслух сказал: - Ну раз уж мы всё выяснили, давайте приступать к главному. Так как наше замечательное… м-да… ага… замечательное… конечно… «Поколение чудес» в прошлый раз пребывало на сборах, то родительское собрание, в таком, вот, неполном, составе я решил провести отдельно, - он окинул взглядом родителей и учеников и продолжил: - Начнём с успеваемости. В принципе, несмотря на постоянные тренировки, сборы и соревнования, все шестеро получили хорошие оценки. Как им это удалось, я не совсем понимаю… - Что вы имеете ввиду? – напрягся Кичиро Аоминэ. - А я вам скажу, уважаемый Аоминэ-сама! Ваш сын не успевает по литературе! – взглянул на него Ито. - Ахахха! Не хочет любить Пушкина? – расхохотался отец. - Какого, к лешему, Пушкина? Басё! Ваш сын не хочет любить Мацуо Басё(4)! – начал злиться сенсей. «Спокойствие… Только спокойствие, Акайо!» - убеждал он себя. - Мой сын - не гей! А тем более не некрофил! – запротестовал Кичиро. - Да не в этом смысле! – подскочил к нему учитель, тряся перед его носом какой-то бумажкой. – Вы только послушайте, что он написал, когда они проходили творчество легендарного поэта! Всему классу дали задание сочинить хайку(5). Вот словоблудство вашего Дайки: «Самурай идёт по дороге. Лист прилетел в морду. Фу, какая гадость!» Ну? Как вам это? - Мой сын – гений! – просиял счастливый папаша. – Дайки, может ты бросишь свой баскетбол и станешь великим поэтом… - Чтобы меня не любили в школах? Нет, спасибо! Обойдусь! – замахал руками сын. Учитель замер на несколько секунд с «poker face», но быстро придя в себя, переключился на Акаши-старшего: - А ведь и ваш сын тоже… - не успел договорить ментор, как его прервали: - Не хочет любить Басё? – поднял бровь кумитё. - Нет! - отрезал Ито. - Хайку написал?! – подался вперёд отец. - Не хайку! Ваш сын отличился в сочинительстве танка(6)! Весьма жуткое произведение. Вы только послушайте: «Отобрали мяч во время игры… Стою грустный… Как красиво будут смотреться Трупы соперников По периметру площадки.» - Сыночек! Я горжусь тобой! – от переизбытка чувств родитель бросился обнимать кровиночку. - Спасибо, отец! Я тоже собой горжусь! – закивал Сейдзюро. - Боччан(7) такой талантливый! – восторженно донеслось с задних рядов. - Истинный наследник клана «Ямагути-жути»! А как готовит! А как вяжет крючком! Он мне на день рождения салфеточку связал, ношу как талисман. Все «братья» группировки наперебой восхваляли достоинства и прекрасное отношение к ним Акаши-младшего. - А ещё он носит с собой ножницы и стрижёт всех направо и налево! Как это понимать? Он же может поранить любого! – не унимался учитель. Он до сих пор помнил, как однажды Акаши подкрался к нему сзади и оттяпал часть волос. - Наш молодой господин воистину воплощение Бога на земле! – снова разнеслись хвалебные песнопения по кабинету. «Пресвятая Аматэрасу(8)!» - вздохнул Ито и продолжил: - Ну ладно, я понял. Оставим успеваемость и литературные таланты ваших отпрысков. А так как мы уже плавно перешли к обсуждению поведения ваших детей, то поговорим об этом поподробнее. Вот ваш сын… ээээ…Кисе-сама… - снова декольте и снова кровь из носа. - Даа… - протянула соблазнительница. - В-ваш… с-сын… - заикался учитель. - Ну что? Что мой сын, сенсей?.. Говорите… - прощебетала красотка и выгнулась, демонстрируя свою грудь в более удачном ракурсе. - В-в-ваш… с-с-сын… Р-рёта-к-кун… он…он… он… - пытался совладать с собой Акайо. Наконец он собрал всю свою волю в кулак, оторвался от груди пятого размера и, вперив глаза в Мицуки, проговорил на одном дыхании: - Ваш сын Рёта-кун вместе с Дайки-куном на перемене рассматривают мужские журналы порнографического содержания! Вот! – Ито повернулся к Кичиро и кивнул головой на его сына. - Ну я ж говорил, что Дайки – не гей! Ведь хорошо, что они оба - не геи! – нашёлся Аоминэ-старший. - А что здесь такого? Он – мальчик, ему уже четырнадцать лет. Это нормально, что он интересуется девочками, - пожимала плечами и размахивала руками с длиннющим маникюром «Мисс Япония – 96». - Безобразие! И мой Шинтаро столько времени провёл среди этих распущенных детей! – трагичным голосом пророкотала Касанэ Мидорима. - Ой! Неужели мышь серая проснулась?.. – елейно пропела Мизуки. - Проснулась-не проснулась, зато мой мальчик не бегает по школе с пошлыми картинками наперевес! – не осталась в долгу Касанэ. - Да, не бегает! Он в другом отличился! – нашёл новую жертву педагог. – Как-то мы посетили «Национальный музей западного искусства» в Токио. Так что же сделал ваш «правильный» сын? Ито специально сделал акцент на слове «правильный» и продолжил: - Он пытался украсть копию Венеры Милосской! Утверждал, что полуголая безрукая статуя – талисман дня! А Рёта-кун ему помогал! - Ну главное в этой истории, что Мидорима-кун - не гей! – встрял Кичиро. - Аоминэ-сама! Я настоятельно прошу вас успокоиться по данному вопросу! – бесился Ито. - Кстати, Шинтаро, а какой у тебя сегодня талисман? - Препарированный алмикви(9). Вот он со мной, в баночке, - Шинтаро сунул стеклянную банку с раскуроченным животным внутри под нос учителю. - Убери сейчас же эту гадость! – закричал Акайо. - Мой сыночек такой умный! Весь в мать! Учёным будет. И искусство любит… – умилилась «серая мышь» и, потянувшись вперёд, к матери Рёты, процедила. – Не то что некоторые развратники! - Судя по словам Ито-сенсея, ваш сын недалеко от моего убежал, а может и дальше, - улыбнулась во весь белозубый рот фотомодель. Касанэ побелела, но поклялась отомстить. «Великий Цукиёми(10)!» - возвёл руки к небу сенсей. Он ушам своим не верил. Но тут его внимание привлёк хрустящий звук. Братья Мурасакибара поглощали рисовое печенье, не обращая ни на кого внимания. - Мурасакибара-сан! А вы знаете, что отчебучил ваш младший брат? – подкрался Ито к сладкоежкам. Сетору скользнул по нему безразличным взглядом и пожал плечами. - Значит не знаете! – подвёл итог «классный». – Так я вас просвещу. Были мы однажды всем классом на экскурсии в Токийской консерватории. И, как вы, наверное, знаете, там имеется небольшой музей, где собраны музыкальные инструменты со всего мира. Я отвернулся на одну секунду, так Ацуши-кун уже уселся за инструмент. Клавесин редчайшей красоты и филигранной работы не звучал с шестнадцатого века, а ваш брат на нём «Собачий вальс» сыграл. Нас после этого выгнали взашей! - Ну да! Я братика научил играть этот вальс. Он постоянно бренчит на пианино. Наверно, музыкантом будет, как и я. Подрастёт, закончит школу, группу сбацаем, хеви-металл будем играть… - ушёл в свои мечты Сетору. Сенсей возвёл очи горе. - Извините. А никто Рюка не видел? – в проёме входной двери маячил старшеклассник со странной чёрной тетрадью в руках. - Какой Рюк? – с недоверием уставился на незваного гостя Шоичи Акаши. - Рюк. Мой шинигами(11), - ответил юноша. При слове «шинигами» все «братья»-якудза повскакивали со своих мест и окружили главу клана. - Послушай! Ягами Лайт! Ты вообще не отсюда! Тебе в другую сторону! – гаркнул на него Ито. - Хорошо-хорошо. Только позвольте сначала узнать ваше имя, сенсей, - Лайт недобро улыбнулся и открыл тетрадь. - Тебе зачем? – спросил тот. - Да так… на всякий случай… - протянут Ягами-кун. - Пошел вон! – рявкнул учитель. Он уже был порядком взбешён от пакостей своих учеников. Лайта как ветром сдуло, а телохранители вернулись на свои места. - Извините, сенсей… - старалась привлечь внимание Юкико. - Что вам? – метнул в неё недобрый взгляд педагог. - П-простите, но вы ничего не сказали про нашего Куроко-куна… - испуганно хлопала ресницами девушка. - Ах, да! Как же мы забыли про вашего Куроко-куна?! – учитель побагровел от гнева. – Вы же всё слышали, что я сказал про других учеников? Юкико испуганно закивала. - Тогда догадайтесь: кто главарь в этой банде? – Ито уже стоял над девушкой и сверкал глазами. - Н-не з-знаю… - Юкико была готова расплакаться от страха. - А я вам скажу! Это ваш брат! Куроко Тецуя! Этот демон! Этот «серый кардинал»! – и тут Акайо понесло. – Недавно мы побывали в «Токийском Национальном музее природы и науки». Как раз выставка проходила, посвящённая дню защиты животных. Прекраснейшая экспозиция всевозможных животных, собранных со всего мира. А ваш Тецуя фактически сорвал её, подговорив весь класс спрятаться за чучела животных и издавать характерные для них звуки. Можете себе представить ужас посетителей, когда они проходили мимо, чучела начинали гавкать, мяукать, рычать, выть и так далее. Вам бы было страшно? А ещё, как вы, наверное, знаете, на прошлых сборах вся баскетбольная команда поехала на горячие источники. И опять же, ваш замечательный братик Тецуя проковырял дыру в стене онсэна(12), который был разделён на женскую и мужскую половины, и все мальчики без труда в подробностях видели, что же происходит за стеной у женской теннисной команды школы Тэйко! - Ну ведь главное, что они – не геи! – ввернул Кичиро Аоминэ. - Да вы уже достали со своей гомофобией! – закричали все взрослые на него, включая телохранителей оябуна. От неожиданности Кичиро спрятался за сына. - То-то я думаю, что это ты, братик, посуду всю неделю намывал, - покосилась на Куроко Юкико. - Но зря бы батрачил! Вот предки нарисуются, я им всё распишу, - Юрико ещё яростнее задвигала челюстями. Тут началось нечто невообразимое. Все взрослые кричали друг на друга, обвиняя во всех смертных грехах чужих детей и выгораживая своих. Юкико и Юрико ругали на чём свет стоит Куроко. Касанэ и Мизуки вцепились друг другу в волосы. Подчинённые Шоичи снова окружили своего босса, дабы скандальные бабёнки ненароком не навредили кумитё. Аоминэ просил всех не волноваться, так как если никто не гей, то и переживать нечего. А Ацуши и Сетору Мурасакибара распечатали новую коробочку мармелада и с удовольствием принялись уничтожать её содержимое. - О, несравненный Сусаноо(13)! Ну почему моему коллеге из другой школы достались «Некоронованные короли»? Он на них нарадоваться не может. Исполнительные, вежливые, неконфликтные, всегда его слушают, где оставил – там и нашёл. А я в чем провинился перед богами? – причитал Акайо. Он сел за учительский стол и, наплевав на запрет курения на рабочем месте, достал сигареты. Чиркнул зажигалкой и закурил. Вдруг раздался истошный вопль, перекрывающий весь шум в классе. - Послушайте, а где мой ребёнок? – Мизуки Кисе испуганно озиралась по сторонам. - И мой Дайки пропал, – недоумевал Кичиро. - Куда гения дели, ироды? – заламывала руки Касанэ. - И мы не заметили, как Тецуя-кун исчез… - бегали по классу и заглядывали под каждую парту близняшки. - Где мой сын? – метал молнии якудза в своих людей. Но тут преподаватель краем глаза заметил движение у двери. Он резко метнулся и успел схватить за куртку Ацуши, когда все баскетболисты уже были далеко. - Куда собрался? – прорычал Ито. - А у нас тренировка, - пробасил Мурасакибара и, вывернувшись из цепких рук преподавателя, побежал за товарищами. - Вот, стервецы! Сбежали! – учитель уже бледнел и трясся от негодования. - Ах, тренировка, какие молодцы! Ведь главное, что… – Кичиро осёкся, увидев злые лица всех присутствующих. – Ну вы поняли… Все вздохнули с облегчением. - Простите, что отвлекаю вас, но на шторы сегодня сдавать будем? – поправила очки Касанэ Мидорима. - На шторы? Сдавать? Сегодня? Нет! Не будем! – взревел учитель. – Послушайте! Если вы уговорите своих детей в следующем учебном году вести себя хоть немного лучше, то на шторы сдавать больше не будем никогда! Меня не жалко, пожалейте хоть моих коллег. Я по такому случаю сам накуплю штор и занавешу все окна в школе! Родные мальчиков зааплодировали и закивали в знак согласия повлиять на отпрысков. Касанэ и Мизуки обнимались, как лучшие подруги. - Но на обои всё-таки придётся сдать! – закончил сенсей. Все затихли, а Мидорима и Кисе расцепили объятия и опять смотрели друг на друга, как враги. *** «Поколение чудес» спрятались в спортзале за тренажёрами. Куроко нервничал: - Сестрёнки меня прибьют, а потом приедут родители и ещё раз прибьют... - Не ссы в компот! Всё путём! Прорвёмся! – успокаивал его Аоминэ, а сам трясся от страха. - Я на съёмки опоздал… Должен был с такой клёвой цыпочкой сниматься… Не судьба… - вздыхал «в уголке эмо» Кисе. - Я не думаю, что всё так плохо, - сам себя убеждал Мидорима, но на нервной почве забинтовал себе обе руки до локтей. - Вам-то что? Вот мой отец мне точно все каникулы житья не даст! – сокрушался Акаши, пиная ногой ни в чём не повинные татами. А Мурасакибара открыл очередную упаковку вкусняшек и неспеша отправлял их в рот. За свои каникулы он не переживал, ибо старший брат всегда его выгораживал перед родителями. А все от того, что Ацуши сам знал о многих проделках Сетору. Как говорится, Бог не выдаст, свинья не съест.