Сказка, в которую никто не поверит

Охрана, приставленная к нам с Элеанор, не внушала доверия – неуклюжий хмурый мужчина, вечно отходящий по нужде в туалет, и высокий сутулый юноша, по всей видимости, его сын. Помимо Элеанор, меня и нелепой охраны, за кулисами находились стилистки группы – Лу Тисдейл и темноволосая девушка, имени которой я не знала. Я с восторгом наблюдала за хладнокровным спокойствием Лу. Она стояла близко к сцене, играя баллончиком с лаком в руке, ни разу не взглянув на меня. Я уставилась на предмет в её руке, представляя, как ловко она могла бы расправиться со мной с его помощью. А что если охрана не предотвратит её коварных замыслов? Меня передёрнуло от мысли о том, что это последний прожитый мной вечер. В эту секунду я вспомнила о родителях, о Майке. Мне нужно было связаться с ними или хотя бы просто услышать их голоса. Когда я попросила у Элеанор мобильный телефон, экран которого она так внимательно изучала, то получила мягкий отказ. – Вам запрещено поддерживать беседу с людьми, которых нет в списке контракта, – процитировала она один из пунктов проклятого договора. – Настоящая сделка с дьяволом, – заметила я, не собираясь сдаваться. До завершения концерта оставались считанные минуты. В голове мелькнула мысль, вскоре воплотившаяся в реальность. На время концерта парни складывают свои телефоны в специально отведённую комнату, похожую на кладовку. Я предупредила Элеанор о том, что отойду. Она кивнула в ответ, не отрывая взгляд от телефона. Пройти мимо так называемой охраны оказалось легко. Войдя в тесное помещение, я, немного пошарив по ящикам, наконец нашла склад гаджетов. Первый телефон, который я достала, был защищён паролем. Второй телефон разрядился на моих глазах. Третий работал безукоризненно. По поцарапанному экрану я догадалась, кто его владелец. Мои пальцы набрали номер матери. После недолгого разговора с ней на душе стало спокойнее. Я пообещала позвонить снова, как только представится возможность. Мои дрожащие пальцы принялись набирать следующий номер. Гудок, второй гудок… – Алло? – голос Майка прозвучал как-то отдалённо и слабо. Концерт закончился. Я поняла это по воплям поклонников. – Это я, Джейн, – шепнула я, боясь, что меня услышат. – Джейн, Джейни, – он растянул моё имя так сладко, смакуя каждую буковку, – я люблю тебя. От того, как он произнёс моё имя, у меня сжалось сердце. В трубке слышалось тяжёлое дыхание. Говорить ему давалось с трудом, это было понятно. – А я тебя, – всхлипывая, ответила я. – Ты ведь идёшь на поправку? Лечение помогает? – Я знала, что нет. Но мне было необходимо услышать это от него. – Да, – прохрипел он, – мне лучше, Джейни, – в трубке послышался глухой кашель. – Ты никогда не умел врать, – я покачала головой. – Где ты? – В месте, которое многие называют сказкой, – грустным тоном ответила я. – Ты счастлива? В дверях стоял Гарри, ужасно сердитый. Он презрительно смотрел мне прямо в глаза. Я не знала, как долго он присутствовал при разговоре, но, видимо, достаточно долго, чтобы разозлиться. – Пожалуйста, выздоравливай быстрее, – выпалила я и отключила телефон. Я виновато протянула сотовый Стайлсу. Вместо мобильного он схватил меня за руку и потащил за собой. Мы снова оказались за кулисами. Я поймала на себе жёсткий взгляд Лу. Она стояла перед нами, накручивая на палец локон сто раз перекрашенных волос. – Могу я поговорить с твоей малышкой один на один? – её голос звучал ровно. Неожиданно для себя я прижалась к плечу Гарри. Парень крепче сжал мою ладонь. – О чём? – сурово произнёс он, уставившись на неё. – Девичьи секреты. – Свои проблемы с месячными ты всегда можешь обсудить с Элеанор. – Гарри направился к лифту, увлекая меня за собой. – Не подходи к моей девушке, – как бы подытожив, выкрикнул Гарри. Двери лифта закрылись. Наши пальцы оставались скрещёнными в замочек. Парень подал голос, когда мы достигли десятого этажа: – Я не знаю, – выдохнул он. Моё лицо приняло недоумённое выражение. Гарри устало посмотрел на меня. – Лу бы никогда на такое не пошла, – пояснил он. – А ты слишком хорошая. Я не знаю, кому из вас верить. Я расслабила пальцы, расплетая наш замочек. – Я нарушила пункт контракта. Что мне за это будет? – Скажу, когда придумаю, – парень загадочно улыбнулся. Двери лифта открылись.