Пари

Забрасываю в прихожую сопротивляющееся тело. - Так, быстренько раздевайся, я тебя оттрахаю и пойдешь дальше по своим делам. Много времени это не займет. - Ты что слепой, дебил? - шипит лежащее на полу тело. - Я парень. - А мне плевать, у меня стояк. Раздевайся, сказал! Белобрысый даже не пошевелился. Что ж, придется по-плохому. Подскакиваю к нему, вздергиваю за шиворот и ставлю на ноги. Рубашку рву руками, не сводя раздраженного взгляда с лица. - Доигрался, теперь пойдешь без одежды. А будешь и дальше противиться, так вообще голым выброшу в центре. Он отшатывается. - Ты извращенец? Я болен. - Чем же интересно, мне знать? Шагаю к нему, загоняя в спальню. - Эээ… СПИДом. - Ничего, только последний идиот, будет трахаться с первым встречным без резинки. Еще шаг, и он коленями утыкается в кровать. Ноги подкашиваются и тушка плюхнулась. - По-хорошему или по-плохому? - наблюдаю за его реакцией, хотя внизу живота давно уже пожар. - За что ты так со мной, что я сделал? - Лично мне ничего, просто оказался не в то время и не в том месте. Мы играли с пацанами в карты, я продул. По уговору, проигравший съедает виагру. А потом трахает первого человека, шедшего через мост. Это был ты. - А если бы, шла какая-нибудь бабулька? - Бабульке бы не повезло. Ты раздеваешься? Я толкаю его в грудь и стягиваю джинсы, он цепляется за них руками. - Я не хочу, отпусти меня! - А я хочу, у меня уже от стояка щас мозги расплавятся. - Нет, не надо! - Плевать, иди сюда, хуже будет, - вылавливаю забившееся в угол тело. - Я никогда с мужиками не трахался, не хочу, отпусти! Этот сученок еще и кусаться вздумал. Бью кулаком по скуле, не сильно так, слегка. Но ему хватило, наконец, заткнулся, только еще больше свернулся клубком. Руками захватываю ноги и тащу упирающуюся тушку к себе. - Подожди, может я смогу как-то иначе это сделать? - Как? - коленом прижимаю его в живот и снимаю с себя одежду. - Ну, рукой подрочить могу? - Нет, рукой я и сам могу. - Ну, хочешь, - он заминается, перепугано на меня глядя, - могу попробовать ртом. - Ты умеешь делать минет? - Нет, но могу попробовать. - Не хватало еще твоих зубов на моем хозяйстве, повернись ко мне задом и не дергайся. Меня, конечно же, не послушались. Пришлось поворачивать сопротивляющуюся тушку самому. Для профилактики бью кулаком по пояснице. Больно. Знаю. Зато, наконец, он затих. Подняв зад повыше, приставляю горящий член. Все, крыша съезжает окончательно, и врываюсь по самые яйца. Тело подомной дергается и воет. Мне плевать, он очень узкий, ладонью закрываю рот, не хватало только соседей переполошить. Узко и сухо, приходиться резкими движениями загонять член в задницу снова и снова. Через минуту пошло легче, его собственная кровь смочила внутри, срываюсь в бешеном темпе. Он уже не сопротивляется, а только всхлипывает. Сперма врывается в него горячим потоком, но член продолжает стоять как каменный. Еще бы после двух-то таблеток. Продолжаю долбить его в задницу. Он давно затих, отнимаю руку и притягиваю ягодицы ближе, сильно мну их, больно цепляясь пальцами за кожу. Мне захотелось оставить метку, мою фирменную. Наклоняюсь чуть ниже лопатки и прокусываю кожу. Тело вздрогнуло, но не произнесло ни звука. На коже появился кровавый укус. Очередной фонтан спермы. Надо попить водички перед следующим забегом. Выхожу из него. Простыня под ним напиталась кровью. В кухне нашлась бутылка минералки. Залпом опустошаю половину. Возвращаюсь в спальню. - Будешь? - сую под нос бутылку. Он молчит. Не хочет. - Перевернись на спину, хочу еще так тебя трахнуть. Он опять пропускает мои слова мимо ушей. Разворачиваю безвольное тело сам. - Сколько еще ты так будешь надо мной издеваться? - вылетает, как только забрасываю его ноги на плечи. - Ну, пока действие таблеток не закончится. Снова врываюсь, он от боли орет. Продолжаю трахать, с остервенением разрывая зад. Я бы и рад на этом остановиться, но чертовый стояк не проходит. Он не смотрит на меня, только слезы скатываются по его щекам. Продолжал вбиваться в него, не знаю даже сколько. В один момент почувствовал, что член, наконец, отпустило, и сил больше нет. Опускаюсь рядом на кровать. - Спи, - приказываю, - завтра отвезу, куда скажешь, если кому-то расскажешь, следующей же ночью найдут твой труп. Отключаюсь. На утро встаю от противного пиликанья будильника. Мать твою, шесть утра! Встаю и, направляясь в душ, бросаю: - Эй, шлюшка, у тебя десять минут, чтобы собраться. Возвращаюсь после ледяной воды, взбодрившийся. Тело продолжало лежать на кровати. Что ж, придется, как я и говорил, вышвырнуть его голым, ждать не намерен. Грубо толкаю в плечо. - Ты охуел? Вставай. Тело завалилось на спину, глаза были стеклянными. В какой-то прострации прикладываю пальцы к шее. Пульса нет.