Самостоятельная жизнь.

А в это время в солнечной и дружелюбной Магнолии. Точнее комната аловолосой девушки. В самое начало своего единственного выходного Титания отдыхать не собиралась, иной раз вообще кажется, что отдых не для нее. Сейчас она была занята самым типичным и обыденным делом — восстановлением порядка в своей комнате. Об этом говорили взваленные в одну громадную гору вещи. Разбросанные по всей, на первый взгляд, маленькой комнатке сделанной в светлых тонах. Дизайн комнаты был очень типичным и простым, ну оно и понятно, ведь делать каждую комнату в общежитии индивидуальной — бред сивой кобылы. Большое окно прекрасно пропускало солнечные лучи, что буквально залили всю комнату, отражаясь от различных блесток на одеянии Эльзы. Сосредоточенно занимаясь своим делом, она старательно раскладывала вещи по полочкам большого шкафа. Однако насколько бы не был велик шифоньер, вряд ли он вместит все вещи девушки. Из ее глубоких раздумий и важных переворотов в комнате отвлек телефонный звонок. Рингтон был довольно-таки необычным, ибо Алая слушала классику, либо что-то успокаивающее, но никак не альтернативу. [Skillet — Hero (минус на фортепиано) ] первые пять секунд она не замечала ничего, но спустя некоторое время дева сообразила, кто ей звонит, поэтому яро начала перерывать все, ища объект ее тревоги. Музыка ласкала уши фанатов этой группы, а для хозяйки орала на всю комнатенку, сотрясая все, всё и вся. Приложив титанические усилия, она таки смогла откопать мобильник и, не медля, ни секунды ответила.  — Слушаю. — Чуть хриплый, от долгого молчания, голос прорезал тишину, а вместе с этим и слух оппонента на другом конце провода.  — … — В ответ аловолосая вновь кивнула, зачем непонятно, скорее по привычке, ведь собеседник вряд ли обладает всевидящим оком, чтоб лицезреть ее действия. - Да, поняла. Через два часа? Хорошо буду. — Теперь ее лицо озарила гневная гримаса, после чего она, со скоростью света стала наводить порядок. Вещи летели в шкаф предварительно сложенные и по-мастерски ложились на полочку. Закончив, она стала собираться и приводить себя в, более менее, человеческий вид. К нужному времени она закончила со всем и теперь была полностью готова. Футболка по размеру и бриджи светлых тонов, так же светлые, под стать одежде, кеды и часы. Собрав волосы с высокий хвост, Титания направилась к месту назначения. Особняк Хартфелиев. Беловласая особа собирала свои вещи в маленький, на вид, чемодан. Вещи свертками лежали в своеобразной сумке, отдаленно напоминая личинку. Оттого, что вещей было много, а помещалось мало, Люсьена разочарованно вздохнула, убирая обратно в шкаф все лишнее и неуместное. Спустя неопределенный промежуток времени, она таки справилась с тяжкой ношей. Однако стоило взгляду упасть на прикроватную тумбочку, на коей стояли электронные часы. Время что они показывали, очень не понравилось Сердаболии, отчего та, с негромким визгом и глазами, внушительного размера, вылетела из своего, уже бывшего, особняка с чемоданчиком, по пути надевая различные атрибуты одежды. Платье цвета заката и босоножки на небольшом каблуке. Волосы уже заблаговременно были заплетены, а макияж нанесен. По своей природе девушка была своенравной, могла дать отпор, но редко махала кулаками. Еще ее безумно раздражала элита, и прочий, на взгляд блондинки, мусор, с псевдоповадками аристократов и высшей знати. Таких она на дух не переносила. Отродясь ее покойная матушка всегда твердила Хартфелии младшей, что она девушка, а значит, никаких драк быть не должно и в помине. Под надзором няней и различной другой прислуги, Люси учила очень много, вследствие чего овладела 4 языками, до такой степени, что могла разговаривать с иностранцами и понимала все, что они хотели бы ей передать. В математике, чего греха таить, тупенькая как пробка. Тригонометрия, геометрия, алгебра, косинусы, синусы, тангенсы и котангенсы для хрупкой аристократки казались иностранным языком, которому невозможно обучится. Точно такими же ей казались и физика с химией. В детстве у светловолосой не было друзей, лишь ее слуги. Хотя, таковыми считал их только отец, что стало раздражать дочь со временем. По каменной мостовой, где все толпятся, напрочь забывая о человечности, летела миловидная девушка в красивом платье и щикарной* фигуркой, волоча за собой чемодан, колесики которого громко бились о каменную плитку, привлекая всеобщее внимание. Сама же виновница сего неслась на станцию, полностью погруженная в свои мысли. И вынырнула из них она только по прибытию в Магнолию, где ее уже ждала аловолосая подруга по переписке. Завидев девушку из окна, Люси начала собирать свои вещи, но если бы все прошло успешно, то она бы не была Люси. Выронив чемодан, она случайно врезала юноше этой бандуриной, что сидел в наушниках около окна. Болезненно простонав что-то не членораздельное, он поднял свой взгляд на златовласку, а та, не зная, что делать, вылетела из купе и отправилась к Алой.  — Эльза, как я рада тебя видеть. — Радостно заверещала Хартфелия младшая, накидываясь на подругу с крепкими объятиями.  — И я рада, только давай, пожалуй, сядем в машину. — Скрестив руки на груди, озвучила мысли Титания.  — Давай. — Согласилась девушка с подругой, кивком подтверждая сказанное. После их небольшого диалога, особы сели в автомобиль и стремглав отправились в общежитие. За окнами иномарки пролетали местные достопримечательности, а так же мелькали размытие силуэты людей в разных, ярких одежках, напоминая радугу. - Ну, так что там у тебя случилось? — Вдруг нарушила тишину аловолосая, чем и, собственно говоря, привлекла внимание Люси.  — Отец вовсе с катушек слетел, хочет, чтоб я была невестой очередного старпера. — Скрестив руки под грудью, возмущенно произнесла дева, внимательно смотря на подругу.  — М-да… весело тебе, однако, не будет ли проблем, если он узнает, где ты? — Отведя взгляд от дороги, поинтересовалась Скарлетт.  — Понятия не имею. Но мне все равно. Где, кстати, можно будет пожить?  — В общежитии, давай сейчас съездим в академию, и там ты поговоришь с директором, по поводу поступления? — Данная идея, была, конечно, хорошей, но почему-то напугала блондинку, однако, несмотря на ее «хорошее» предчувствие, она дала положительный ответ. Далее ехали они, молча, Эльза смотрела на дорогу, а Люси в окно, рассуждая о своем.  — Вот мы и прибыли. — И снова Алая первой нарушила тишину. Люсьена вернулась на землю и теперь лицезрела громадное здание, высотой этажей так в пять. Приятные бежевые тона радовали глаз, однако, симметричные окна, обрамленные белыми рамами, чем-то напомнили ей особняк, отчего она неприятно поежилась. Сама академия была ограждена каменным забором, а на входе, то бишь калитке, был четко выгравирован знак академии. Эдакая хвостатая фея. Осматриваясь по сторонам, златовласка несмело отворила дверь машины, если ее вообще можно «отворить», и покинула транспорт, вдыхая приятный, чуть прохладный воздух, что трепал волосы девы. — Ну чего застыла? Пошли уже. — Чуть раздраженная таким поведением Титания, спокойно захлопнула дверь и, поставив на блокировку машину, отправилась внутрь. Дальше все было как в сказке, Люси и не ожидала, что академия может быть «такой«…. Нескончаемые лабиринты коридоров так и манили затеряться в них, картины с лучшими студентами висели на каждом повороте и все бы ничего, если бы к некоторым из них не были пририсованы различные гениталии. Пока Люси осматривалась по сторонам, грозная Титания остановилась около массивной двери из темного древа и, после тройного стука отворила оную и девы вошли внутрь.  — Здравствуй, Эльзочка, чем обязан? — Сидя в большом кресле, проговорил старичок, чем и привлек внимание юной раззявы — Люси.  — Здравствуйте, директор, у нас желающий, примете ее? — Аловолосая указала рукой на свою подругу, что во все глаза смотрела на «мастера», так его, просто, величают в академии. - Да, конечно, а как звать вас, юная особа? — Вежлив и ласково обратился Макаров к Люсьене.  — Люсьена Хартфелия. — Исполнив реверанс, произнесла светловолосая.  — Я Макаров, очень приятно. Да, конечно, будем рады, если такая милая девушка будет учиться нас. На этом они и порешили. Эльза и Люси покинули кабинет и отправились в общежитие, а директор продолжил заниматься своими темными делишками, нагло «залипая» на свои журнальчики, с девушками в откровенных нарядах и неподобающих леди позах.