Когда всё дело подстроенного случая

Ямашита упорно заливался алкоголем, пытаясь залить, утопить в виски ту пустоту, что теперь была внутри него. Последний раз он так накачивался спиртным ещё в юности, когда был так легкомысленен и беззаботен, но уже обременён славой. Сегодня был второй раз за последний месяц, когда Ямашита добровольно вырвался на вечеринку. Правда в честь чего Китагава арендовал целый клуб, парень не знал, но людей было мало и преимущественно одни Джоннисы и персонал агентства, никого лишнего. Сейчас Томо сидел один за столиком, хотя пару минут назад рядом пьяно ржали Рё и Джин, которые теперь перекочевали на танцпол к небольшой горстке людей, покачивающихся в такт музыке. Последний глоток виски, разбавленный льдом, горящей лавой обожгло горло, медленно стекая в пустой желудок. В ушах шумело, но музыка здесь была не при чём, Томо попробовал встать, но помещение заходило ходуном, а пол поднялся и ударил по лицу. -Свинья, нажрался. Сам себя покрывая ругательствами, парень поднялся и, путаясь в собственных ногах, поплёлся в туалет. Ему срочно нужно было умыться, ну или на худой конец, проблеваться. Неоновый свет в коридоре раздражал, но сильнее бесила мерцающая лампа в самом туалете. Томохиса жмурясь доплёлся к раковине, упираясь в неё руками, чтобы не упасть. Сейчас Ямашита благодарил сенсорное управление крана, ибо крутить вентили у него не хватило бы сил. Ледяная вода опалила лицо, заливаясь в нос, стекая по подбородку, тяжёлыми каплями приземляясь на грудь. Подняв глаза, Томо смотрел на своё двоящееся отражение в зеркале, краем глаза замечая, что в туалете он не один. В кабинке почти напротив страстно целовались двое, но пьяному Ямашите было плевать, хотя тихие стоны и заставляли немного морщиться от зависти и лёгкой злобы. Решив, что надо бы побыстрее свалить и не мешать другим развлекаться, Томо резко развернулся, но и без того сдающий свои позиции вестибулярный аппарат вышел из строя окончательно. Парня резко повело, и он с грохотом приземлился на пол, опрокидывая мусорку. -Ямашита-кун? Один из той целующейся парочки подошёл к Томо и помог встать. -О, кто-то не знает меры в спиртном. Кимура улыбаясь смотрел на Томо, придерживая его за локоть, в то время, как сам Ямашита смотрел мимо. Из кабинки вышел Каменаши, пытаясь на ходу застегнуть рубашку, его волосы были взлохмачены, а губы распухли от поцелуев. -Он опять напился, - коротко сказал Казуя, подходя ближе. Внутри Томохисы всё кипело, казалось ещё немного, и из ушей повалит пар. Гнев и отчаяние захлестнули его с головой, полностью лишая рассудка. -Это моё дело, Каменаши-сан. Казуя дёрнулся от такого официального обращения, будто Томохиса ударил его хлыстом. По сердцу. -Я пойду, - Ямашита высвободил свою руку и, пошатываясь, направился к выходу. – Кимура-сан, помогите ему застегнуть ширинку, ну или как вам там больше нравится. Такуя рассмеялся, его смех эхом раскатывался по туалету, отражаясь от кафеля и гулко отдаваясь в голове Казуи. Тот застыл на месте, будто оглушенный ударом, что сейчас ему нанёс Томохиса. -А у парня есть зубки, - продолжая веселиться, проговорил Такуя, в его глазах бесились чертята. Он с интересом посмотрел на Казую, который на глазах краснел от злости, сжимая кулаки. -Да что он себе позволяет?! – прорычал Казуя. -Похоже, ему удалось разбить твою маску безразличия. Такуя обнял парня за плечи, но тот тут же стряхнул его руки и пулей направился к выходу. -Да пошёл он к чёрту! Кимура всё так же лукаво улыбаясь, проводил Каменаши взглядом и прислонился к стенке кабинки, прикуривая. -А это оказывается ещё интереснее, чем я думал, но слишком быстро. *** Ещё одна причина, по которой Каменаши был с Кимурой, это то чувство, что очень было важно для него. Он чувствовал себя нужным, и даже больше – желанным. Но всё чаще это выливалось в то, что Каме ощущал себя птичкой в золотой клетке, а иногда просто красивым аксессуаром. Он куклой с бездушной улыбкой ходил рядом с Такуей, кланяясь знакомым и начальству. Когда же это всё начало надоедать, Такуя просто оттащил его в туалет, где грубо зажал в кабинке. Ощущая чужие губы у себя на шее, Казуя мысленно поблагодарил персонал клуба, держащий уборные в идеальной чистоте. Не успела мысль до конца исчезнуть, как послышался грохот, и единственное, что увидел Каме из-за удаляющейся спины Кимуры, это опрокинутую урну и россыпь мусора. -Томо. Однако Томохиса просто обладал даром оказываться в ненужном месте в ненужное время. Мысли бешеными мухами роились в голове, заставляя ощутить досаду и даже небольшой страх, Каме не хотел, чтобы именно ОН застукал их игрища. Как долго Ямашита здесь? Даже если и не больше минуты, но стон, сорвавшийся с губ Казуи, он слышал точно. коря всех и вся, Казуя с напускным хладнокровием смотрел на до безобразия пьяного Томохису, на эти тёмные глаза, в которых сейчас плескалась такая враждебность. А этот голос и те слова, как обухом по голове. Злость, злость заволакивает грудную клетку, дурманом ударяя в мозг, сейчас только одно желание – догнать пьяного Ямашиту и как следует врезать ему по морде. Неоновый коридор напоминал какой-то тоннель из фильмов ужасов, и Каменаши, будто психопат-убийца, гнался за своей жертвой. Томохису он настиг уже на улице, схватив того за шкирку, потащил за угол, с силой толкая к стене. Глухой звук , это Томо ударился затылком о стену и теперь морщился от боли, шипя всяческие ругательства. -Ты совсем охренел? Этот взгляд, эти тёмные глаза вскрывали грудную клетку, пронзая тонкими иглами сердце Каме, заставляя его слабо трепыхаться. -Это ты охренел, Ямашита! -А, ну да, - как-то нарочито медленно протянул парень. – Я тебе же секс обломал. Извини что ли. -Скотина. Вспышка гнева, и кулак несётся в челюсть Томо, но проносится мимо и с болью встречает стену. Какой-то порыв толкнул Казую, и вот он уже в грубом поцелуе сминает эти пухлые губы с лёгким привкусом виски. Для него вкус Томо – это вечный жар алкоголя и горечь табака. Последняя глава уже написана, но её нужно ещё перевести в электронный вид, когда у меня будет время это сделать, я пока не знаю.