Куда глаза глядят

      Тарья сидела за небольшим письменным столом и просматривала документы, которые принес Эво несколько дней назад. После ссоры с Флор она чувствовала себя разбитой и раздраженной, и, главное, несколько растерянной. Что значила вся эта сцена? Неужели Флор приехала искать Туомаса просто потому, что переживала за съемки фильма или за самого Туомаса? И что это за странная фраза - «ты просто не знаешь, что происходит в лагере». Тарья вкратце расспросила Эво обо всем, и он не сказал ничего, что выходило бы за рамки разумного, о чем тогда говорила Флор? Тарья устало вздохнула, сняла очки и сложила голову на руки — вопросов было больше, чем ответов. Как же ей не хотелось возвращаться обратно!       Но противнее всего было оттого, что Тарья понимала — это она виновата во всем, что происходит сейчас с группой, и Флор, в общем-то, права в своих претензиях. Да, Тарья не лезла к Туомасу (не считая того злосчастного эпизода у костра), да, она не общалась ни с кем из группы, да, она почти все свое время проводила одна, в вагончике, чтобы никому не попадаться, никому не мешать, не мозолить глаза. Ее практически не существовало для них, но этого оказалось мало. Неужели один факт ее присутствия в этом злосчастном фильме смог что-то пошатнуть, что-то сдвинуть с места, запустить какой-то дремлющий до этого механизм? Не потому ли Флор так быстро приехала к ней, когда подумала, что Туомас здесь?       «Наверное, им было бы лучше, если бы я умерла», - горько подумала она, вспоминая испуганные глаза Флор.       Полежав немного с прикрытыми глазами и поразмыслив обо всем, что произошло за последнее время Тарья, воспользовавшись отсутствием брата, достала планшет и зашла в Скайп, надеясь, что ей повезет и Марсело окажется онлайн.       - Доброе утро, - сонный Марсело ответил не сразу, но, кажется, был вполне рад ее видеть, - я уж думал, ты никогда мне не позвонишь. Как дела?       - Привет, - Тарья улыбнулась ему и помахала рукой, - дела средней паршивости. Я попала в небольшую аварию, пролежала в больнице два дня, сейчас вот в мотеле, отдыхаю, - она неопределенно махнула рукой, показывая обстановку за спиной, - ты как? Как Наоми?       - Ты же и сама знаешь, - Марсело сказал это несколько обиженно, - ты же звонишь ей каждый день. Ей, а не мне. Ты представляешь, как глупо это выглядит со стороны, когда она приходит ко мне, говорит, что звонит мама, но каждый раз связь с мамой случайно пропадает, когда она дает телефон мне...       - Давай не будем снова, ладно? - Тарья нахмурилась, - мы уже обсуждали это миллион раз. Я не игнорирую тебя, просто дай мне немного времени, все наладится.       - Верно, мы обсуждали это миллион раз, но я до сих пор не понимаю, почему ты подала на развод.       - Марсело, пожалуйста!       - Ну, хорошо, но как менеджер-то я тебя чем не устраивал?       Тарья промолчала, она просто не знала, что еще она может сказать Марсело — все эти вопросы он задавал ей уже миллион раз, и каждый раз ответ был один и тот же. С тех пор мало что изменилось.       - Хорошо, можешь не отвечать, но скажи хотя бы, ты нашла себе нового менеджера?       - Ну, может, я попрошу Тимо, - Тарья пожала плечами, - если он не будет против проводить со мной еще больше времени, чем сейчас.       - Ты в своем уме? - Марсело на другом конце провода выглядел очень раздосадованным, - Тарья, что происходит? Давай я попрошу своих коллег, может, они подскажут кого-то толкового. Если ты так хочешь, чтобы он был финн, то я постараюсь найти тебе...       - Не надо, спасибо, - Тарья его перебила, - я просто не уверена, что хочу.       - Что хочешь менеджера? - съязвил Марсело.       - Что хочу продолжать все это. Мне предложили петь в одном небольшом театре, - Тарья прятала глаза, потому что ей очень не хотелось обсуждать все это с Марсело, - конечно, не большая опера, но это мне и не по силам. Ну и у меня есть Харус, мы уже обсуждали идеи для альбома... классическая музыка, церковная музыка, все дела...       - Театр и Харус? - Марсело даже отложил сандвич, который ел, и уставился на Тарью, как на маленького ребенка, - ты серьезно? Небольшой финский театр?       - Это хорошая работа и платят достаточно для того, чтобы нормально существовать с ребенком.       - Тарья... я... ну, хорошо, допустим, за твое финансовое положение я не переживаю, но... тебе правда этого достаточно? Спустя столько лет ты хочешь пойти в театр, как вчерашняя выпускница консерватории?       - В конце концов, это та профессия, на которую я училась. Пора бы уже начинать...       - Тарья! - Марсело всплеснул руками, - пожалуйста, скажи мне, что с тобой происходит! Как я могу тебе помочь? Ну...я не знаю, давай ты сходишь к хорошему психотерапевту, попьешь антидепрессанты.       - У меня уже есть, - Тарья достала из сумки упаковку таблеток и показала Марсело, - но они пока не сильно мне помогают.       Марсело не знал, что сказать , он выглядел очень удрученным и озабоченным, и ему явно было неуютно оттого, что он находится за сотни километров и никак не может поддержать свою жену, пусть и бывшую. Тарья грустно улыбалась, глядя, как он пытается не показывать ей своей обеспокоенности и выглядеть бодрым.       - Я договорился с лейблом, - наконец, выдавил из себя Марсело, - они готовы отложить до января решение по поводу контракта. У тебя есть еще несколько месяцев, чтобы подумать, но они готовы продлить с тобой отношения и хотят видеть новый альбом. Пообещай мне, что ты хотя бы подумаешь, ладно?       - Надеешься, что подействуют антидепрессанты? - Тарья усмехнулась под неодобрительный взгляд Марсело.       - Меня устроят любые способы, которые могут вернуть тебя к жизни. И к семье.       Тарья виновато развела руками, как бы извиняясь перед Марсело за все, что она сделала. Марсело кивнул.       - Вообще, я звоню тебе, потому, что у меня есть к тебе одна просьба, очень важная для меня просьба. Пообещай, что выполнишь ее.       - Я сделаю все, что в моих силах, - кивнул Марсело, - что ты хочешь?       - Пообещай, что, если у Флор что-то не получится с Найтвиш, если она уйдет из группы или ее уволят или она когда-нибудь будет нуждаться в помощи, то ты ее не оставишь, ты позаботишься о ней.       - В каком смысле? - глаза Марсело заметно округлились.       - Ну, если ей нужен будет хороший менеджер или продюсер или не получится с лейблом...в общем, дай мне обещание, что, если она уйдет из группы, ты сделаешь все, чтобы помочь ей с сольной карьерой. Я не прошу тебя работать с ней, но... просто проследи, ладно?       - Я уверен, она справится и без меня, - ошарашенно произнес Марсело, - тем более, она, вроде, меня недолюбливает.       - Марсело, ну ты можешь просто пообещать! - разозлилась Тарья. - Я же не говорю, что она завтра окажется на улице без средств к существованию, просто, мало ли что... пообещай мне!       - Я обещаю. Но, может, ты объяснишь мне, почему ты так о ней заботишься? У вас что-то случилось?       - Ничего не случилось, просто... я не могу это объяснить.       Марсело хотел сказать что-то еще, но Тарья, услышав звук поворачивающегося в замке ключа, быстро попрощалась и отключила Скайп. Всего спустя пару секунд в комнату зашел запыхавшийся Тимо с двумя пакетами продуктов и чашкой крепкого ароматного кофе.       - Вот, купил тебе на заправке, ты же любишь эту заварную дрянь.       - Спасибо, - Тарья забрала у него пакеты и кофе, - ты был бы идеальным мужем для меня.       - Прости, сестренка, но в нашей стране это незаконно, - устало пробормотал Тимо, снимая ботинки, - может, если сильно припрет, переедем в Германию, там, кажется, можно. Но я пока не готов к столь серьезному шагу, давай сначала поживем гражданским браком.       Тарья рассмеялась, но получилось как-то неестественно бодро, к счастью, брат не заметил. ***       День уже почти закончился, и серость за окном сменилась кромешной темнотой, которую разрывали лишь редкие фонари и фары проезжающих мимо автомобилей. Тарья полулежала на диване, поджав под себя ноги и накрывшись теплым шерстяным пледом, Тимо сидел напротив в кресле и читал газету, купленную утром на заправке. Они почти не разговаривали за сегодня, только перекинулись несколькими фразами после визита Флор, затем за обедом обсудили увиденные по телевизору новости и, кажется, Тимо рассказал какой-то анекдот перед тем, как Тарья приняла очередную порцию таблеток.       Тарья лежала, смотрела на брата, и думала о том, хорошо ли она поступает с ним, заставляя практически неотрывно находиться рядом с ней, выполнять все ее просьбы и терпеть все ее странности. Когда-то она также вела себя с Марсело, еще раньше были другие мужчины, но еще никогда это не вызывало у нее столько сомнений и угрызений совести. Почему он все это терпит?       - Тимо, иди сюда, - она приподнялась и протянула к нему одну руку, приглашая его к себе на диван, - посиди со мной. Тимо поднял глаза и посмотрел на сестру как-то слишком неуверенно.       - Я читаю, ты лежи, - пробурчал он и снова уткнулся в газету.       - Тимо, пожалуйста, посиди со мной, я замерзла, - повторила она настойчивее.       Тимо вздохнул, отложил газету и переместился на диван, сев у ее ног.       - Надень носки, у тебя ноги ледяные, - он взял в руки ее ступни и начал их растирать, - еще простудишься, это ни к чему.       - Мне не нужны носки, у меня есть ты, - Тарья убрала ноги под плед, а сама переместилась ближе к брату; Тимо заметно напрягся.       - Скоро полночь, - произнес он, глядя в окно, - иди, ложись спать, завтра нужно рано встать и вернуться в лагерь вовремя.       Тарья нахмурилась, глядя, как брат старательно ищет повод не смотреть ей в глаза, переводя взор с огней за окном на дверь и обратно.       - Тимо, что-то случилось?       - Нет.       - Но ты сегодня какой-то странный, почти не разговариваешь со мной, - Тарья положила руку ему на плечо, надеясь тем самым обратить на себя внимание, но он лишь вздрогнул, но так и не повернулся, продолжая гипнотизировать дверь.       - Я как-то обидела тебя? Что я опять не так сделала? Извини... - Тарья заламывала пальцы, силясь понять, что так могло разозлить брата. - Это все Флор? Ты думаешь, я зря ее выгнала? Ну, да, я вспылила...       - Тарья, пожалуйста, иди спать, - Тимо, наконец, повернулся, и в его взгляде отчетливо читалась боль, - тебе нужно выспаться.       - Хорошо, - Тарья нахмурилась, пытаясь заглянуть брату в глаза и понять, что же с ним произошло, что он так сильно изменился. - Но ты точно не обиделся на меня?       - Нет. Я расстелю тебе постель, иди в душ пока.       Тарья медленно сползла с дивана и начала рыться в сумке в поисках чистого белья, при этом не спуская глаз с Тимо, который ушел в соседнюю комнату. Дверь была открыта и, хоть Тимо и стоял к ней спиной, было видно, что он очень сильно напряжен — его движения были какими-то неестественными, будто его руки и ноги были сделаны из дерева, он двигался как-то неуклюже и несколько раз уронил простыни и подушки. Тарья хотела подойти и помочь ему, но отчего-то не решилась.       - Я подогрел тебе молока на ночь, говорят, это полезно, - Тимо снова заговорил с ней лишь тогда, когда она вышла из душа и легла в постель, укрывшись одеялом, но даже сейчас он избегал ее взгляда.       Тарья взяла молоко и успела поймать Тимо за руку, когда тот хотел уйти в другую комнату.       - Ты ляжешь со мной? - спросила она, наконец, заставив его посмотреть ей в глаза, - Тимо, пожалуйста, мне страшно спать одной, мне не очень хорошо после таблеток...       - Ничего страшного с тобой не случится. Спи.       - Тимо, пожалуйста, всего одну ночь побудь со мной... я не вру тебе, мне правда плохо... с тобой будет спокойнее.       - Тарья, я не могу спать с тобой в одной постели, хватит! - вдруг буквально взвыл Тимо, вырвав свою руку, - ты взрослая женщина! Ты не нуждаешься в том, чтобы старший брат постоянно был с тобою рядом!       - Тимо, ты чего... - Тарья вскочила с кровати, но Тимо предостерегающе вскинул руки.       - Тарья, не лезь ко мне. Просто ложись спать, я тебя умоляю! Я буду в соседней комнате, дверь оставлю открытой, если вдруг что-то случится, я услышу. Спокойной ночи.       Тарья молча проводила его взглядом, борясь с закипающей внутри обидой и злостью. Что она ему сделала? Почему он кричит на нее? Может, она сказала что-то не то прошлой ночью, когда они напились? Ей очень хотелось все выяснить, но лезть к брату сейчас не стоило совершенно точно, поэтому Тарья решила отложить этот разговор до утра, а пока ей действительно нужно было хорошо выспаться. На улице была кромешная тьма.       Тимо в соседней комнате расправил диван, но ложиться не стал. Вместо этого он достал из холодильника бутылку виски и уселся с ней за стол, бессмысленно глядя на свое отражение в окне.