Книга. С картинками.

В преддверии первого сентября тихий и немного мрачный Хогвартс начал просыпаться от летнего сна. Открывались для проветривания окна и двери, выметалась пыль из гостиных и многочисленных классов, домовики ураганчиками носились по коридорам, надраивая полы, намывая окна и развешивая флаги. Вернулись из отпусков и заняли свои комнаты преподаватели. Оживились картины и призраки, принявшиеся обсуждать новости из привезенных учителями газет и строить прогнозы на будущий учебный год. Заскользил недовольной тенью по коридорам в сопровождении верной кошки завхоз Филч. Все пришло в движение, загомонило голосами, заблестело тысячей свечей, затрепыхалось на ветру шелком разноцветных флагов. И вот, наконец, в первый день осени потянулась к пикам башен замка Хогвартс вереница загруженных студентами карет, а по глади сверкающего отраженным светом озера заскользили лодки с восторженными первокурсниками. Этот год, что и говорит, был особенным. Уже с мая газеты магического мира пестрели заголовками про Мальчика-который-выжил, вспоминалась давняя, жуткая история победы над Темным Лордом, строились теории и прогнозы, брались интервью у очевидцев тех времен. А все потому, что именно в этом году знаменитый Гарри Поттер должен был поступить в Школу Чародейства и Волшебства и наконец-то предстать перед магическим сообществом. Больше всего волновались первокурсники, ведь именно кому-то из них предстояло учиться с такой знаменитостью на одном факультете, вместе ходить на обеды и ужины, грызть гранит науки, делить спальню и, чем черт не шутит, даже стать друзьями! Самые активные высматривали героя на перроне, заглядывали в купе Хогвартс-экспресса и искали среди новичков-маглорожденных, но никого похожего на знаменитого Гарри Поттера так и не нашли. Среди студенчества один за другим начали возникать разнообразные слухи, начиная с банального "В этом году Поттера в школе не будет" и до жуткой теории, что героя таки убили его магловские родственники. Но все разговоры моментально стихли, как только дети пошли к дверям Большого зала. На верхней ступеньке их уже ждали двое. Высокая немолодая дама в изумрудной мантии и остроконечной шляпе. "Профессор МакГонагалл" - послышались разрозненные голоса детей из магических семей. Вторым был худой загорелый мальчишка со встрепанными черными волосами и широченной улыбкой на пол-лица. На его лбу отчетливо просматривался шрам в виде молнии. Студенты в нерешительности замерли. Словно бы отвечая на общий невысказанный вопрос МакГонагалл легонько подтолкнула черноволосого: - Мистер Поттер, присоединяйтесь к остальным. В пораженной тишине, мальчишка шагнул в ряды будущих однокурсников, и его тут же обступила гомонящая толпа любопытных. Засыпать Поттера вопросами им не дала профессор. Она громко хлопнула в ладоши, привлекая внимание будущих учеников и, дождавшись хоть какого-то отклика, начала приветственную речь про тяготы учебы и дружбу в факультетских коллективах. Профессор говорила и говорила, пока наконец не заметила, что большинство детей с куда большим интересом рассматривают Поттера и пропускают все ЦУ мимо ушей. Тяжело вздохнув, волшебница мысленно посетовала на молодежь и, наконец, открыла тяжелые створки. Переступив порог Большого зала, первогодки позабыли и о идущей следом МакГонагалл и даже о Поттере, которому, впрочем, тоже было не до них. Пока домовики готовили Хогвартс к празднику, Гарри выгнали "погулять" до домика лесничего, так что юный маг еще не успел оценить их старания и теперь восторженно крутил головой вместе со всеми. А посмотреть было на что. Огромный зал сверкал тысячами огней, висящих прямо в воздухе свечей. Высокие своды, украшенные барельефами, терялись где-то в вышине, а вместо потолка над столами факультетов распростерлось звездное небо. Всюду висели разноцветные флаги, разделяя зал на четыре зоны - красно-золотую, черно-желтую, зелено-серебряную и бело-синюю. На небольшом возвышении, на фоне огромного витражного окна восседали преподаватели, а за каждым из факультетских столов уже собрались старшие студенты Хогвартса, одетые в праздничные мантии. Они громкими аплодисментами приветствовали новичков. Но настоящее потрясение ждало первокурсников впереди. Когда звуки оваций, наконец, утихли, по залу разнеслось пение. Скрипучий, ни на что не похожий голос пел о четырех факультетах школы и о том, какой выбор стоит сейчас перед каждым первокурсником. Приглядевшись и прислушавшись, изумленные первогодки увидели, что песню поет старая шляпа! Она как ни в чем не бывало лежала на табурете между ученическими и преподавательским столом. - Ваааааааа! Как круто!!!! - загремело на весь зал, как только необычная певица закончила выступление, - Шляпа, спой еще!!!! Старшие студенты недовольно повернулись к новичкам, а те в свое очередь шиканьем и тычками попытались утихомирить нарушителя спокойствия, оказавшегося знаменитым Поттером. Наконец страсти улеглись, и началось распределение. Пока одни первокурсники, вызванные МакГонагалл, дожидались вердикта и отправлялись к своему факультету, другие старались удержать Поттера, со сверкающими глазами рвавшегося к чудесной шляпе без очереди. Правда на шестой или седьмой фамилии он все-таки прислушался к увещеваниям и поутих. - Гермиона Грейнджер! - как раз прозвучало над залом, и к помосту двинулась хрупкая девочка с длинными каштановыми волосами. Шляпа на ее голове задержалась чуть дольше, чем у других и, наконец, выкрикнула: - СЛИЗЕРИН! По рядам студентов прокатились редкие, быстро затухающие в гомоне голосов хлопки, а сама Грейнджер, побледнев, замерла в нерешительности. - Вот ей не повезло! - в ужасе вытаращил глаза стоящий рядом с Гарри русый мальчик с длинным английским лицом. Поттер нахмурился: - Почему это? - Потому что она маглорожденная, - пустился в объяснения первокурсник,- а все знают, что в Слизерине учатся только чистокровные. - Чистокровные? Говорливый пацан хлопнул себя по лбу: - Ну да! Ты же жил с маглами и ничего не знаешь! Те, кто родился в семье, где отец и мать волшебники - это чистокровные, а маглорожденные, это те кто родился в семье маглов, обычных людей не умеющих колдовать. В Слизерин распределяют только чистокровных, а еще, - длиннолицый сделал страшный голос, - на Слизерине училось больше всего Темных магов! - Ооо, вот как, - протянул Гарри. Пока они болтали, девочка словно бы что-то для себя решила и, гордо вскинув голову, под перешептывания зала прошла к молчащему Слизеринскому столу. Первокурсники же провожали ее кто сочувственным, кто заинтересованным, а кто и откровенно испуганным взглядом. Собеседник Гарри сглотнул, а потом вдруг гордо вздернул нос: - Но я вот их не боюсь, - подбоченился он, - и если даже попаду на Слизерин, то точно буду там самым сильным из новичков! Стоящий неподалеку и слышавший весь разговор рыжий мальчик скептически хмыкнул, а Гарри восторженно вскинул брови: - Правда?! На что первокурсник принял еще более гордый вид: - Конечно! Ведь из семьи потомственных воинов! Я с пеленок владею секретной боевой магией и уже победил в ста дуэлях! - Невилл Лонгботтом! - прогремел над залом голос профессора МакГонагалл. Под недоуменным взглядом Поттера его собеседник вдруг резко побледнел, покрылся потом и как мантру бормоча "Только не в Слизерин, только не в Слизерин, меня там убьют!" нога за ногу поплелся к столу. - ХАФЛПАФФ! - после небольшого раздумья был вынесен вердикт, и Лонгботтом, облегченно вздохнув, кинулся к своему факультету, на радостях даже забыв снять шляпу с головы, чем вызвал хохот не только у студентов, но и у преподавателей. Когда зал немного утих, отбор продолжился. Еще несколько девочек и мальчиков были распределены по разным факультета, и вот наконец: - Гарри Поттер! Гарри улыбнулся и едва ли не вприпрыжку полетел к чудесной шляпе. Повернувшиеся посмотреть на Мальчика-который-выжил ученики с некоторым испугом наблюдали немного маниакальный огонек в глазах бегущей мимо знаменитости. Шляпа тоже почуяла неладное, и, впервые за все годы, старому куску фетра захотелось спрыгнуть с лавки и уползти под ближайший стол. Но побегу не суждено было свершиться. Запрыгнув на возвышение, Гарри со счастливой улыбкой схватил шляпу, без помощи нахлобучил на голову и, воспользовавшись заминкой непривычного к такому обращению артефакта, на весь зал заявил: - Эй, Шляпа! Отправь меня на Слизерин! По залу прошел единый вздох удивления, тут же сменившийся шелестом перешептываний, суть которых сводилась к одному: "Почему победитель Темного Лорда хочет учиться на факультете своего врага?!" - Эй, мистер Поттер, - наконец пришла в себя шляпа, - Это мне решать, куда вас отправить! Вот в Гриффиндоре вам самое место! Хоть никто из присутствующих в зале не мог слышать ее слов, но все примерно представляли, что происходит, и навострили уши. - Ничего не знаю! Хочу на Слизерин и все! - насупился Гарри Шляпа раздраженно дернула полями: - Это почему еще? - Потому что там учатся самые крутые волшебники! Вот он так сказал! - он ткнул пальцем в позеленевшего Лонгботтома. Зал как по команде повернулся к пытающемуся слиться со узором на скатерти Невиллу. - Ээээ, я та-такого не говорил! – заикаясь, принялся оправдываться он. Гарри сдвинул брови: - А вот и говорил! Ты сказал, что там учатся черные маги, а те, кто в черном, всегда самые крутые! - Да не черные, а темные! - схватился за голову длиннолицый, - темные значит злые!! Со стороны змеиного факультета, куда он старался в этот момент не смотреть, явственно послышался рык. - А понятно! - хлопнул кулаком по ладони Поттер. - Значит они плохие? Три факультета синхронно кивнули. - Шляпа! Тогда не смей отправлять меня на Слизерин! - Да я и не собиралась! - взвыл волшебный головной убор, - ГРИФФФИНДОР!!! Под аплодисменты и хохот Гарри, наконец, отдал возмущенно бухтящую шляпу МакГонагалл, и отправился к своему факультету. *** В тот же вечер, уже после торжественных речей и пира (студенты Гриффиндора, которым посчастливилось сидеть рядом с легендарным Поттером, в жизни не видели, чтобы кто-то так самозабвенно жрал), после расселения по спальням и разговоров перед сном, когда на Хогвартс опустился сон, Гарри неслышно выскользнул из гостиной львиного факультета. За тот месяц, что провел в замке, он кое-как научился ориентироваться в коридорах, по крайней мере, мог самостоятельно найти выход. Без особого труда он открыл тяжелую дверь главного входа, пробежал по двору и, добравшись до избушки лесничего, постучался в дверь. Хоть МакГонагалл и говорила, что факультеты становятся для студентов домом, Гарри всегда знал, что его дом там, где друзья. А друг в Хогвартсе у него пока был только один.