Speech-ки

Пальцы мотыльками порхают по клавиатуре, выстукивая сухой никому не нужный научный текст курсовой. Разложенные вокруг книги пестрят закладками и яростными пометками карандаша. Ты принадлежишь уникальному меньшинству, которое верит, что анализ исторических источников – это очень круто и увлекательно! Но даже ты не способен заниматься им 26 часов подряд. Кровь на 95% состоит из чёрного кофе, но тебя это устраивает. Не устраивает только смысл курсовой. Тебе уже кажется, что ты способен стать полноправным участником инквизиционного процесса, который изучаешь вторые сутки подряд. Но вот выводов… Выводов, чёрт побери, никаких. На самом деле второй курс университета не предполагает этих самых выводов, но ты максималист. Тебе необходимо довести исследование хотя бы до уровня исследования. Инквизиционный процесс ярко выбивался из судопроизводства своего времени, но каково следствие такого отличия? Перед тобой раскрыта многочисленная историография, проклинающая религиозную организацию. Но неужели все авторы рассмотрели вопрос со всех его многогранных сторон? Нет, нет, нет. Так не бывает, они обязаны были что-то упустить. А ты – обязан это что-то найти. Исторический анализ – жутко азартное занятие. Это паталогическая зависимость. Болезнь. Тебе не хочется спать, есть и даже умываться. Только чистый поиск чистой истины, только хардкор. Со стороны ты напоминаешь медитирующего Будду в современном хаосе, когда чей-то очаровательно резвый язык оставляет развратный слюнявый след на твоей шее. - Леди, я мыслю, - пафосно упрекаешь ты полуобнаженного соседа по квартире. Он ненавидит свою кличку. Пакет с белым порошком небрежно бросается на раскрытый ноут. - Сейчас эта «леди» выкинет тебя с пятого этажа, чертёнок, - мрачно обещает собеседник. – Лучший, с доставкой на дом. Запах определённо вселяет надежду: от качественного кокаина несёт буквально за метр. - Господи Иисусе! - благодарно выдыхаешь ты, выравнивая дорожку. Чистый, сухой, мелкий-мелкий творог - раздобыть кокаин такого качества в стране, где кодекс чести уже не соблюдают даже нарушители закона, с каждый разом становится сложнее и сложнее. Товар нелегальный - отслеживать качество кроме тебя самого никто не собирается. Порошок стоимостью от 100 до 200 долларов однозначно разбавлен посторонними веществами. Но проблема стоит даже не в деньгах – в поставщиках. Дорогой и безопасный колумбийский кокаин проникает в Россию через творческую и финансовую элиту общества, но и тут желательно выходить на прямого поставщика, лично проверяя товар. Ты уже давно ориентируешься на умных, состоявшихся в обществе людей. Золотая молодежь – не вариант: деньги не считает, может, поэтому и берёт всё, что дают. А дают ей иногда редкостное дерьмо по нереально взвинченным ценам. Хуже всего, когда добавляют дешёвые транквилизаторы – отходняк убивающий: тошнит, голова разбита и трясёт как при ознобе. Чаще мешают сахара или местные обезболивающие лекарства типа лидокаина - это даёт впоследствии онемение слизистой. Забавно, но некоторые наркоманы считают такую «заморозку» действием чистого кокаина. - Действительно чистый! Господи, я даже не буду тебя спрашивать, сколько денег осталось до зарплаты. - Триста баксов, - выжидает паузу, - за грамм. Не за дозу. За грамм. - К чёрту. Того стоит. Бесконечно жизнеутверждающий вдох. …И прыжки с парашютом, погружение с аквалангом, любовь до гроба, спиды, лсд – всё это полная хуйня по сравнению с действием кокаина. Ибо с ним ты просто становишься Богом. Все барьеры обрушиваются перед тобой, раскрошившись в мелкие осколки. Тебе не нужно есть, спать, что-то доказывать. Ты всесилен, и это не иллюзия, ты – точка отсчёта бесконечной энергии. Ты расслаблен, но в то же время сконцентрирован. Ты внешне и внутренне абсолютно спокоен, но в каждой клетке своего тела ощущаешь затаившуюся сокрушительную мощь, абсолютную энергию. Кокаин стимулирует нервные окончания клеток мозга к выработке допамина - нейромедиатора, связанного с удовольствием и бдительностью, а потому мозг работает отчётливо, как никогда. Выше всего на свете ты ценишь живой интеллект, а под этим наркотиком сложнейший анализ оказывается не труднее шахматной партии с друзьями. Нет слабости, нет напряжения, для тебя нет ничего невозможного. Это наркотик для объективных, сильных духом и целеустремленных. Наверное, самое восхитительное в нём – это именно его реализм. Ты никуда не «улетаешь», не теряешься в бессмысленных иллюзиях, ты здесь, сейчас, и ты способен изменить мир. Ты говоришь, что нет ничего лучше кокаина, ибо это мощный энергетик. Только не банально-физический допинг, но интеллектуальный и духовный. Бешеный адреналин твоего самосознания. Три дорожки с интервалом в двадцать минут – курсовая дописана, а твой вывод становится яркой точкой в историографии: «Впервые благодаря инквизиционному трибуналу возникает внимание к личности преступника и, как следствие, идея об абсолютном равновесии преступления и наказания». Современное и привычное нам представление о справедливом суде, представление о тюрьме, как об исправительном учреждении, зарождается именно тогда, и ты можешь всё это доказать – элементарно, как дважды два. Позже твою идею назовут действительно стоящей и требующей глубокого исследования, но сейчас тебя не волнуют ни предстоящая защита, ни признание научного сообщества. Ты ахуителен, ахуителен мир вокруг, ахуительна твоя курсовая и ахуителен перекинувшийся через твоё плечо полуобнажённый Аполлон, вдыхающий остатки кокаина. Не прерывая страстный поцелуй, сбрасываете обессмысленную одежду, ласкаете кожу, погружаясь в эйфорический водоворот. В этот раз страдает тёмное старинное фортепиано – и ты буквально сходишь с ума, отмечая в огромном зеркале безупречное отражение наркотических телодвижений. Боги нового мира… Молодые, горячие. Вы трахаетесь жарче, чем в самой элитной порнографии из твоей коллекции, а кокаиновый оргазм ощущается как взрыв атомного реактора в теле и сознании. Лучший из наркотиков для лучших из людей. У кокаина есть только один недостаток – его окончание. Ах, точно. Напоминают… Ты забыл зависимость. Ложь. Ты это знаешь как наркоман со стажем. Не существует физической зависимости от кокаина. Психологическая – да, но не более того. И потому ты повторяешь: кокаин - для сильных духом реалистов. Если человек слаб или слишком мечтателен – он попадает в ловушку не наркотика, но наркотического состояния. Приход – короткий, не дольше 40 минут. Отход – часов двенадцать. Твой кокс был чистым, идеальным. И теперь вы с Леди испытываете только лёгкую сухость во рту, которая быстро заглушается несколькими стаканами молока. - Это было круто, - замечаешь ты. - Однозначно, - соглашается партнёр. Сейчас ты как никогда радуешь тому, что именно этот человек оказался рядом с тобой. Отходняк от чистого кокса физически практически бесследен, но вот психологически ты ощущаешь всю пропасть ощущений между «до» и «после». Этот скачок происходит слишком быстро и слишком резко, и контраст усиливает и без того серую посткокаиновую реальность. Начинается инверсия симптомов предшествующего кайфа: кажется, что мысли текут медленно и бессвязно, собственное тело представляется неуклюжим и отвратительным, слова - противным набором звуков. Ты знаешь, что можешь лучше, и собственная деградация вызывает раздражение и бессильную ярость. А уснуть, чтобы забыться, практически невозможно. Тебе хреново. Жизнь невзрачная, ты – серая мышь бесконечного бессмысленного потока, и это состояние продержится ближайшие 12 часов. Ты и Леди – вы оба опустошены, вы знаете, что вы опустошены. Но вы достаточно сильны духом, чтобы не срываться друг на друга, не показывать и не обсуждать это состояние апатии, но достойно принять его. На посткокаиновом поведении проверяется сила личности. Вы знаете, что каждая вещь на свете имеет свою цену, и попытка избежать расплаты влечёт за собой необратимое наказание. Кокаин убивает тех, кто не понимает эту простую истину.