Обещаю.

Our Last Night – Skyfall (Adele cover). Осень. Пожалуй, самое бесполезное время года – уже нет былой жары, что летом, но и не наступили трескучие морозы, которых обычно с нетерпением ждут дети, чтобы поиграть в снежки. Осенью только не переставая льёт настырный дождь, размывая дорожки и портя настроение. Реджи вздыхает, отводя взгляд от окна, о которое беспрерывно бьются тяжёлые капли дождя. Непогода стоит уже второй день, и оттого совсем не хочется вылезать из тёплой квартиры, хочется только кутаться в одеяло, да пить горячий чай. Но парню жизнерадостно машет птица-обломинго, говоря, что ему ещё необходимо переписать лекции, которые он на время забрал у Хэнка. Тот был не в восторге, но другу уступил, поскольку тот хоть и позволял себе прогуливать, но постоянно спасал шкуру своего друга из всяких передряг. А Хэнк, казалось, это дерьмо любил, потому что периодичность драк с участием Реджи порой учащалась едва ли не до ежедневных. Парень мотает головой, стараясь не думать о не вовремя всплывшем в памяти друге. Сейчас нужно сосредоточиться только на конспектах. Просто переписать их и всё... Но ему буквально не дают даже начать – в привычной тишине внезапно раздаётся, он готов был поклясться, восторженный крик. Парень вздрагивает, поднимая голову, а после и вовсе выглядывая в окно. Ничего и никого не было видно, так что же это было? Реджи раздражённо фыркает, думая, что это опять беснуются какие-то школьники, и возвращаясь за письменный стол. Но едва он берет ручку в руку, как крик повторяется. Парень со злостью ударяет кулаком по столу и снова выглядывает в окно. Может, кто-то просто хочет достать его? Он свешивается с подоконника, а после кричит, да так, что наверно вся улица могла услышать. - Заткнись, придурок, и катись лучше отсюда, пока я тебе морду не набил! – едва не пыхтя от ярости, Реджи оглядывает сквер под окном и, кажется, наконец находит источник шума – на одной из скамеек спокойно сидел какой-то подросток, подставляя лицо холодным каплям. Естественно такое к нему на редкость «вежливое» обращение он мимо ушей не пропустил и, с поистине ядовитой ухмылочкой повернулся к его окну и выставил средний палец в весьма красноречивом жесте. Реджи скривился, с силой сжимая края подоконника руками. Кажется, от таких потуг тот, того и гляди, мог сломаться. А со стороны пацана продолжали литься весёлые оды проливающемуся дождю, ведь он радуется, кажется, именно из-за этого. «Спокойнее, Реджи, он проорётся и свалит отсюда», - парень шикнул, а после к нему пришла гениальная идея заткнуть уши наушниками. Никакие ублюдки с улицы тогда не помешают. Он улыбается, включая свою любимую группу. А теперь за нудные конспекты. Тик часов. Реджи вздрагивает, просыпаясь от настойчивого стука часов. Сначала он пытается сориентироваться, почему он до сих пор сидит за столом, на часах уже полчетвёртого, а у него адски болит спина. Но потом сознание плавно возвращается. Конспекты, какой-то придурок на улице, Слишком длинные конспекты... Кажется, он попросту заснул за столом, а на плеере к тому же села зарядка. Парень ощупывает руками лицо, прощупывая каждую складку, оставшуюся от ручки или учебников. Сказать, что он был помятым – ничего не сказать. Плюнув на недописанный конспект, он уложил тетрадь в сумку и рухнул на кровать. Ничего не могло быть лучше сейчас, чем подушка под ухом и мирный стук чашки за стеной у соседа, страдающего бессонницей. *** Sygmx – The Lost Woods (Music Box Remix). Солнечные зайчики, танцующие на стенах больницы, беспокойно бродящие люди, ожидающие в дверях своих родных, шумно бегающие дети по двору – всё это отчего-то вселяло такое умиротворение, отчего Реджи мог только расслабленно облокотиться на спинку скамейки и блаженно прикрыть глаза, наслаждаясь тёплым летом. Больше так он, в конце концов, отдохнуть не сможет – всё время займут скучные пары. Когда ещё потом он так понежится на солнце? Больница никогда не была для парня чем-то плохим или гнетущим. Он редко болел, родственников у него тут не лежало, да и само понятие «смерть» было для Реджи чем-то далёким и пока для него непонятным. В отличие, наверно, от многих людей здесь. Парень вздыхает, поднимаясь на ноги и заходя в большое белое здание. Обычный медосмотр от института был обязателен для всех студентов, поэтому рано или поздно Реджи пришлось бы пойти. Хэнк уже давно ушёл – ему вот точно совершенно не нравились больницы. Его двоюродная сестра умерла из-за того, что ей не смогли вовремя найти врача. Парень это знал, поэтому и не задерживал друга. Его очередь, оказалось, уже подошла – даже какие-то бабушки стали ворчать, что он всё ещё толчется в коридоре вместо того, чтобы пойти на МРТ (магнитно-резонансная томография). Реджи от всей души хотел сказать всё, что о них думает, но сдержался. Сегодня слишком хороший день, чтобы портить его руганью с незнакомыми бабками. В кабинете его встречает приветливая медсестра, которая хлопает по скамье рядом с ней, приглашая присесть. - Когда вы в последний раз были у нас? – дежурно спросила она, попеременно то глядя на Реджи, то записывая что-то в свою тетрадь. - Год или два назад так точно, - парень ухмыляется, кидая взгляд на аппаратуру, а после, по знаку медсестры, подходя к ней и ложась на специально выдвинутую кушетку. По телу побежали мурашки, когда прибор зажужжал, приходя в движение. - Старайтесь не шевелиться, иначе это может испортить качество снимков, - монотонно бросает девушка, тем временем разбираясь с какими-то бумагами. Реджи закатил глаза, но остался неподвижным. Чем быстрее они закончат, тем лучше. Спустя пятнадцать минут, он, наконец, может встать и растереть отлёжанные косточки. Ну вот, теперь ещё минут десять – и он свободен. Однако ушедшая с его результатами медсестра всё не возвращается. Проходит почти двадцать минут – парень уже хочет уйти, наплевав на снимки, но буквально сталкивается в дверях с ещё каким-то врачом, которого привела девушка. Та обеспокоенно кусала губы, глядя на разглядывающего снимки доктора. Тот пару секунд медлит, а после кивает. Подобная ситуация вводит Реджи в ступор, и он пристально смотрит на явно расстроившуюся реакцией врача девушку. Мужчина коротко кидает взгляд на застывшего парня, а после как-то чересчур понимающе хлопает по плечу. - Сара, разберись сама, будь добра, - он машет рукой, разворачиваясь и покидая кабинет, оставляя озадаченного пациента на девушку. Она сначала мнётся, глядя в пол, а после поднимает на Реджи взгляд. - Мистер Роу, результаты, они... – она снова закусывает губу. – Мы обнаружили у вас злокачественную опухоль. В районе печени. Она быстро прогрессирует и... Реджи вздрогнул. По его телу пробежался холодок, а сердце судорожно забилось о словно ставшими тесными ребра. Голос медсестры становился тише и тоскливее. Он её словно не слышал уже. Парень берёт себя в руки и, слабо улыбнувшись, легонько хватает девушку за плечи: - Сестра, сколько мне осталось? – он старается быть спокойным. Девушка дрожит всем телом, а после тихо лепечет что-то о паре лет и меньше, если проводить систематические анализы и операцию по вырезанию опухоли, которую проводят далеко не всем. Реджи вздыхает, закрывая глаза. Пара лет? Так мало, это слишком нечестно. Медсестра записывает его на консультацию на следующей недели, а потом с грустью смотрит вслед уходящему парню. Она только стажируется, а уже такое... Хотя дальше будет ещё труднее. Потому что жизнь слишком хрупкая штука. Реджи пинает банку от колы, нарочно брошенную кем-то на грязный асфальт. Вот-вот должен был собраться дождь, но домой возвращаться ему совершенно не хотелось. Холодная квартира тяготила куда больше пустых серых улиц. Парень со злостью отправляет банку в полёт в ближайшие кусты – почему именно он?! До этого же он ничего не чувствовал, почему именно ему судьба уготовила смерть в юношестве от чёртового рака?! Ему же ещё столько хочется сделать. Нагуляться с друзьями, оторваться с какой-нибудь клёвой девчонкой, съездить за границу и подохнуть в старости во сне, в конце концов. Но всё это так легко обрушилось с этим грёбанным диагнозом. Реджи знал, что такое не лечится. В последний год придётся совсем туго. Телефон, поставленный на беззвук, пронзительно заурчал в кармане, отчего парень раздражённо полез за своей лопатой, уже сейчас обещая проклясть того, кто позвонил. - В чём дело? – рыкнул он в трубку, отчего собеседник удивлённо охнул в ответ. - Эй, бро, ты чего такой всклоченный? – Хэнк. Вовремя же ты, засранец, напомнил о себе. - Ничего. Выкладывай, чего звонишь. - Да я хотел тебя на вечеринку позвать, сегодня организую. Попивушки, девушки, все наши друзья – оторвёмся! – голос смеётся, на что Реджи кисло улыбается. Не до этого ему. Хотя как способ отвлечься... Это лучше, чем пустое шатание по улицам. - Во сколько? – сухо спросил он, на что Хэнк обрадованно начинает тараторить что-то о восьми вечера у него. Кажется, такое «веселье» продлится до утра. Роу понимал, что это его далеко не самый правильный поступок, но сейчас Правильные мысли казались чушью. И говорили только чёртовы эмоции. Нужно просто отвлечься. Просто. Отвлечься. *** God Is An Astronaut – Dust And Echoes. Голова гудит, а от шума закладывает уши. Хэнк всегда умел устроить гулянку как следует – вслед за ним не спала вся улица. Обычно кто-то догадывался позвонить в полицию, чтобы те утихомирили шумных подростков, но спустя пару десятков раз таких гулянок всякие соседи забили на это болт. Некоторые же просто присоединялись к общему безумию глупой музыки и пьянящих напитков. Реджи хмуро оглядывал большую гостиную, где и расположились гости. Кто-то уже был вдрызг пьян, кто-то был достаточно близок к этому. Хэнк танцевал где-то в общем массе гостей в центре комнаты, размахивая бокалом с вином и произнося какие-то глупые тосты. Что же делает с людьми алкоголь, удивительно. Ну, да он сам пришёл сюда за тем, чтобы забыться. В такие моменты вечеринки Хэнка приходятся как никогда кстати. Парень поспешно подходит к длинному столу у стены, чтобы взять себе стоящий в сторонке бокал с вином. Наверняка очередная дрянь, которая жжёт горло, ну да плевать. Он махом выпивает полбокала, после морща лицо так, словно съел лимон. Вино действительно оказалось тем ещё дерьмом. Реджи шипит, просто поднося бокал ко рту, но не отпивая из него. Напиток приятно холодил губы. - Эй, если ты хочешь сделать Кровавую Мэри, то ты воспринял рецепт слишком буквально! – рядом с ним смеётся какой-то парень, хлопая его по плечу. Реджи удивлённо глядит в бокал и замечает, как стекает по стенке тонкая струйка тёмной крови. Он на автомате подносит руку к носу, чувствуя на пальцах липкую неприятную жидкость. Вот чёрт. Парень мельком оглядывается на того, кто его окликнул и с раздражением отмечает, что это тот самый мудак, который несколькими днями ранее орал у него под окнами. - Спасибо за замечание, звезда оперы, - в ответ шипит Реджи, на что юноша, ничуть не оскорбившись, пьяно хихикает. - О, ты тот самый парень, которому так не понравилось моё пение? Ну, знаешь ли, ты меня просто недооцениваешь. Но на твоём месте я бы всё-таки сделал что-нибудь со своим носом, а то не хотелось бы испортить такой шикарный ковёр Хэнка, - он кивает на пол, на котором лежал прежде белый пушистый ковёр, который теперь был забрызган непонятно чем. Реджи ничего не ответил, а только молча направился к ванной. У Хэнка он бывал не так много раз, но примерное расположение комнат знал. Вот ведь повезло другу обзавестись шикарной большой квартирой. Она ни в какое сравнение не пойдёт с его каморкой однокомнатной. - Перенервничал, поэтому кровь пошла? – не унимался новый знакомый, буквально по пятам следуя за парнем, пока тот вытирал рукой нос. - Не твоё дело, - пытаясь отвязаться от назойливого идиота, махнул рукой Реджи, заходя в ванну и включая кран. Зрелище не из приятных. Таких обильных кровотечений у него уже давно не было. Он поспешно ополоснул руки и принялся отмывать лицо от солоноватой жидкости. - Да я же о тебе беспокоюсь, как ты не понимаешь, - наигранно-грустно вздохнул парень, прислоняясь к косяку двери и с ухмылкой глядя на потуги Реджи умыться. – У Эби всегда есть с собой тампоны, может тебе одолжить парочку? Так и кровь остановится! – он с весельем сделал вид, что засунул себе что-то в обе ноздри. Роу фыркнул, но ничего не ответил. Кажется, у Хэнка в одном из ящиков была вата. Вспомнить бы только в каком. - Мм, ясно, не хочешь разговаривать – не надо, - паренёк скривился, отчего улыбка сползла с его губ. – Если ты ищешь вату – то правый ящик, самая верхняя полка, - он последний раз мрачно глянул на Реджи, а после скрылся в коридоре. Парень посмотрел тому вослед и полез за ватой. Однако, Хэнк, странные у тебя друзья. Через пару минут он уже вернулся на празднество, где, кажется, запал немного поутих и некоторые гости расселись по креслам. Недавний надоедливый идиот был рядом с какой-то девчонкой-фриком, а Хэнк наливал все выпить. Кажется, следующей по программе была бутылочка, вот в этом парень точно не хотел участвовать. Попойки у друга никогда хорошо не заканчивались, если Реджи оставался у него дольше, чем до двух ночи. «Пора валить», - он хмыкнул про себя, стараясь ретироваться как можно незаметнее. Но уже у двери его поймал хозяин вечеринки, хватаясь за руку и покачиваясь из стороны в сторону. - Реджи, милый, ты куда это намылился? – еле связывая слова вместе, лопочет парень, едва ли не повисая на своём друге. Роу кривит лицо, но на такой жест со стороны однокурсника ничего не говорит. - Домой. Сам понимаешь, тараканы уже заждались, а я им ещё даже ужин не приготовил, - он старается отлепиться от назойливого друга, но не успевает ступить и шагу – в дверях прихожей появляется тот, кто куда более назойливый, чем Хэнк. - Эй, у тебя есть домашние тараканы? – знакомый в идиотской шапке смеётся, с лёгким азартом глядя на обувающегося парня. – Покажи, я очень хочу посмотреть! - Ещё чего, разбежался, - Реджи раздражённо хмурит брови, натягивая кеды, а следом – куртку, - развлекайся лучше с остальными. - А вдруг по дороге ты упадёшь в обморок, у тебя снова пойдёт кровь, и ты захлебнёшься? Нееет, так не пойдёт, мужик! – Казалось бы, сказано совершенно в шутку, но парень начинает обуваться следом. Роу закатывает глаза. - Слушай, ты мне не мамочка, не нужно обо мне печься. Придурок. - А вот это уже оскорбление! – Реджи всё больше казалось, что этому парню просто хотелось попотешаться над ним. Ну ладно, раз уж он так просится. Да и самому Роу уже не хотелось пререкаться. За день он устал, как никогда не уставал, и единственное, что сейчас было желаннее всего – это тёплая кровать. - Да валяй. Делай, что хочешь. - Я хочу пойти с тобой! – усмехнулся парень, явно думая, что его ещё долго будут останавливать. Но смирившееся лицо нового знакомого говорило само за себя, поэтому он со смешком поторопился следом за уходящим Реджи. Хэнк пожал плечами и вернулся к остальным гостям. Нужно ему ещё время своё тратить на этих идиотов. *** Trading Yesterday – Shattered. Квартира встречала неожиданным теплом и небывалым уютом. Словно бы тут побывал маленький домовёнок и придал квартире своё маленькое очарование. Реджи слегка улыбнулся, бережно кладя кеды у этажерки и вешая куртку на широкую вешалку. Делсин, а именно так зовут новоявленного знакомого, словно мышь прошмыгнул в квартиру. Двигался он на удивление юрко, хотя выпил, кажется, столько же, сколько и Хэнк. А тот любит как следует напиться. - Как я понял, ты у меня останешься на ночь? – ответа на вопрос не последовало. - У тебя милая хибарка, - Делсин смеется, оглядывая прихожую и стягивая с себя обувь. Голос кажется задорным и едва ли не восторженным, отчего у Реджи бегут неприятные мурашки. Этот парень странный, и, пожалуй, это ещё слабо сказано. Он кивает на гостиную, коротко сообщая, где будет спать новоявленный гость, а сам отправляясь на кухню, чтобы приготовить себе и назойливому знакомому чай. Нет вечера лучше, чем вечер, проведённый в спокойствии с тёплым сахарённым чаем в руках. Потому что в голове у Роу кружились только неприятные и плохие мысли, которые хотелось поскорее прогнать. - Держи, - Реджи всучивает Делсину кружку с дымящимся чаем, а сам садится рядом на небольшой диванчик. Гость с удивлением сжимает горячую кружку в руках, а после отставляет на журнальный столик, чтобы не обжечь кипятком руки. - Чем займёмся? – он как ни в чём не бывало улыбается, откидываясь на мягкую спинку дивана и снисходительно глядя на хозяина квартиры из-под полуприкрытых век. - Недолго посидим и пойдём спать, - раздражённо ответил Реджи, потягивая любимый чёрный чай с тремя ложками сахара и кусочком лимона. – Ты же не думал, что я для тебя тут тусовку устрою? Если что-то не устраивает – дверь открыта. - Ты такой негостеприимный, - Делсин ухмыляется, но не принимает и попытки покинуть квартиру. – Окей, пусть будет так. Мы хоть на ночь поболтаем, а? - Не делай вид, что мы лучшие друзья. Это далеко не так, - Роу бросает на гостя недовольный взгляд, на что тот примирительно поднимает руки. - Неужели ты до сих пор злишься за то, что я устроил тебе тогда вечером? Я же всего лишь радовался дождю, Ре-е-еджи! – парень снова начинает смеяться, наверно думая, как глупо ведёт себя его новый друг. Последний только кривится от того, как тянут его имя. Ему кажется, что в издёвке. - Да иди ты к чёрту, - парень мотает головой, спеша пойти к себе в комнату. Вот ему ещё и настроение себе портить из-за какого-то придурка, напросившегося к нему в квартиру. Пусть себе ночует, а утром проваливает. На душе и так гнетёт, а тут он ещё и масла в огонь подливает. Чёртов Делсин. Реджи глубоко вздыхает, переодеваясь в домашнюю одежду и осторожно ложась на мягкую кровать. Ночник у письменного стола приветливо мигает от перебоев электричества, успокаивающе действуя на парня. К тому опять захаживают нехорошие мысли. Он сам словно огонёк, который горит всю свою жизнь. Горит и днём, и ночью, не тлея ни секунды. Но стоит к нему подбросить что-то, так ему тут же становится труднее гореть. А рак – словно металлическая банка, небрежно брошенная в огонь, которая плавится, но не горит. И которая неизбежно гасит его свет. День за днём. И рано или поздно он… погаснет. Реджи поджимает губы, закрывая лицо ладонями и судорожно вздыхая. Он не может думать о чём-то другом, мысли о собственной смерти никак не дают покоя. Не вспомнить ничего позитивного, как обычно советуют психологи, нельзя, чтобы вырвались эмоции – в конце концов, в квартире он не один. Да и он не слабак. Эмоции показывают только слабаки. - Эй, ты там как, живой? – входная дверь легко открывает и раздаётся чужой голос, отчего Роу вздрагивает. – Не ревёшь случаем? Я же не пытался тебя обидеть! – глупый парень смеётся, подходя к кровати и пытаясь отнять руки Реджи от его лица. Ему всё это кажется шуткой. А Роу слишком поздно понимает, что и правда плачет. Что ему до противного жалко свою жизнь. - Убирайся из моей комнаты, - шипит парень, но из-за ладоней его голос смягчается и не совершенно не кажется злым или раздражённым. Делсин не обращает внимания на слабые попытки Реджи удержать собственные руки у лица и, смеясь, глядит на чужое лицо. Улыбка довольно быстро сползает с его лица, а голос, за место задорного, становится на удивление обеспокоенным и растерянным. - Ты чего это вдруг, Реджи? – он осторожно присаживается на кровать, большими глазами глядя на вытирающего лицо одеялом парня. - Ничего. Уходи. - От «ничего» слёзы не льют, - Делсин качает головой, с беспокойством глядя на своего нового знакомого. Он-то навязался за ним, думая, как бы повеселиться и пошутить, всё-таки алкоголь давал о себе знать необдуманными поступками, а получается, что нарвался на чужие проблемы. И это даже не столько обременяло. Парню было Реджи отчего-то жалко. Хоть он и не особо знал, в чём, в общем-то, дело. - Ничего значит ничего. Делсин, - Роу поднимает на того тяжёлый взгляд, - иди спать. Не беспокойся. - А я и не беспокоюсь! – беспечно заявляет парень, фыркнув в ответ и с лёгкой улыбкой глядя на своего друга. Он уверен, от грусти лучше всего спасает улыбка. – Я просто хочу спать в этой комнате. Можно? – улыбка его становится шире на удивлённый взгляд Реджи, после тот со смехом мотает головой. Абсурднее идеи в данный момент придумать было сложно. - Ладно, но будешь спать на полу, - Роу понимает, что за вечер впервые улыбается, и это каким-то неведомым образом отвлекает его от негативных мыслей, на что он мысленно благодарит незадачливого гостя. Но только мысленно. - На полу холодно. Двинься! – Делсин довольно нагло пихает соседа по кровати к стене, а сам ложится рядом. Реджи охает от неожиданности, но в ответ ничего не говорит. Уже ничего не хочется предпринимать, поэтому парень плюёт и закрывает глаза, натягивая посильнее одеяло. На себя и на Делсина, на что тот благодарно улыбается. Эта ночь не такая плохая, какой сначала могла казаться. Этой ночью Реджи всё ещё горит также ярко. The Walking Dead OST - In The Water(OST Season Two Episode 1) Жизнь текла своим чередом. Делсин, словно мгновенно поменяв своё мнение о Реджи, теперь не отставал от него ни на шаг. Последнему было всё равно, да и против весёлой компании он никогда не был. Делсин иногда перебарщивал с шутками, но он не был бы собой, если бы постоянно не шутил. Реджи теперь часто пропадал в больницах, сдавая разного рода анализы и проходя консультации с лечащими врачами. Их выводы были неутешительными, поэтому Роу предпочитал там особо не задерживаться. Мысли о собственной смерти угнетали и не позволяли настроению подняться выше отметки «сэр, ваша жизнь – отменное убожество». Делсин же вёл себя как ни в чём не бывало, словно не замечая подавленного состояния своего друга. Ди не жил прошлым, воспоминаниями и плохими мыслями и старался не позволить так жить своим друзьям. - Ты сегодня снова на рентген? – скучающе поинтересовался парень, потягивая фраппучино, прихваченный с собой из Старбакса. Реджи теперь не пренебрегал прогулками, а Делсин хвостом следовал за ним. Роу даже как-то спрашивал, есть ли у него вообще другие дела, кроме как круглые сутки проводить с ним, на что парень с улыбкой только пожимал плечами. Реджи не старался развлекаться – он просто каждый раз приводил мысли в порядок. И Делсину он был почти благодарен, что тот не давал ему закиснуть. – Может, ты наконец скажешь своему бро, почему сроднился с больницей? - Это не твоё дело, Ди, сколько раз можно повторять. – Реджи говорит совершенно беззлобно, потому что привык к вечным расспросам, которые всё равно остаются без ответа. Обращённое к нему «бро» он постарался не заметить. - Мне же интересно! Мы вместе тусуемся уже больше месяца и всё, что я о тебе знаю – это то, что ты пьёшь кофе с двумя кубиками сахара и старательно заправляешь постель! – Делсин фыркает, складывая руки на груди. Все вышеперечисленные факты он узнал на следующий же день их знакомства и то случайно подглядел, когда Реджи разбудил его упавшей и, кажется, разбившейся тарелкой. - Ты чрезвычайно наблюдателен. Но для тебя этого достаточно, - парирует парень, не испытывая и доли раскаяния. Он не любит распространяться о себе, а с недавнего времени попросту замкнулся, поэтому вина его не грызла совсем. - Реджи, ты ужасная задница, ты знал? Парень смеётся в ответ на глупое обзывательство. Говорить подобные вещи с поистине серьёзным лицом надо ещё уметь. - Слушай, можно я пойду с тобой? Улыбка постепенно гаснет. Роу тяжело вздыхает, в который раз закатывая глаза. Он уже сотни раз говорил Ди, что ему нельзя с ним больницу. Но для жизнерадостного идиота это словно о стенку горох. Видимо, так он всего и добивался – своим напором и обаянием. - Нет, нельзя, мы это уже проходили и не раз. - Но чего в этом такого? Я просто посижу, подожду тебя в коридоре! Что может случиться? – Делсин раздражённо шикнул на собеседника. Мелкие перебранки, словно они молодожёны, были не в новинку, и оба уже к этому привыкли. Просто никто не хотел отступать от своего. - Да что угодно, за тебя проблемы цепляются, как репейник за штаны. - Это просто чёртов коридор. Реджи. Просто. Коридор. Не будь параноиком и позволь мне пойти с тобой. - Решение окончательное и пересмотру не подлежит, - не терпящим возражения тоном произнёс парень, ускоряя шаг в сторону больницы. Делсин не отставал. – Слушай, я уже говорил, что тебе со мной не... - Ты слишком самоуверенный, Реджи, мир не крутится только вокруг тебя, - нарочито-осуждающим голосом сказал Ди, выкинув пустую банку из-под фраппучино в ближайшую урну. – Я спросил, можно ли пойти с тобой только из вежливости. Так-то мне самому нужно в больницу, - парень начал улыбаться. - А... зачем? – Роу приподнял брови в недоумении, на что его собеседник тихо и коротко посмеялся. - Я донор. Донор крови, знаешь? У меня четвертая отрицательная, самая важнецкая и редкая, так-то. И раз в год я хожу в больницу и сдаю где-то 450 миллилитров. И не делай такую удивлённую рожу, - Делсин ухмыляется, глядя, как вытягивается чужое лицо. – Я тоже могу быть серьёзным, знаешь ли. - Я знаю, что такое донор, - раздражённо отозвался Реджи, переваривая внезапно рухнувшую на него информацию. Он бы и подумать не мог, что его новый друг может заниматься подобным серьёзным делом. Ведь по сути, доноры спасают чужие жизни. А Делсин всегда казался безответственным хотя бы потому что водился с Хэнком. Но кто бы говорил. - Поэтому я в любом случае пойду с тобой, хочешь ты этого или нет, - пожав плечами, произнёс парень, улыбаясь и открывая дверь больницы перед Реджи. – Дамы вперёд. - Да пошёл ты, - беззлобно буркает Роу, проходя в здание и болезненно жмуря глаза от ставшего ненавистным белого цвета. Коридоры были издевательски чисты, и кошмарно пахло хлоркой. Реджи тяжело вздыхает, подходя к приёмной стойке и называя своё имя. Девушка учтиво кивает и, посмотрев что-то в записях, называет ему кабинет. Уходя, парень со странным отвращением замечает, как невинно Делсин флиртует с покрасневшей медсестричкой, которой такое внимание, кажется, очень нравилось. Процедура у Ди длится привычно недолго – сначала небольшой перекус, потом пятнадцать минут в жёстком кресле с иглой в руке, а после – перехваченный в буфете круассан и кофе. Состояние было разморённое и очень хотелось спать. Но Делсин упорно держался и напоминал себе ждать Реджи, который космически задерживался. К слову, та прелестная медсестра поделилась, где кабинет рентгена. Парень присел на небольшой диванчик и стал прожигать взглядом железную дверь. Как же он долго. Спустя пару минут, из кабинета, прижимая к груди несколько больничных карт пациентов, поспешно вышла знакомая сестра и слегка удивилась, увидев перед собой Делсина. Она тотчас расплылась в улыбке и тихо спросила: - Вы друг мистера Роу, так ведь? Отдайте ему его карту, пожалуйста, а то я буквально утопаю в делах, - она всучила парню увесистую тетрадку и, послав ему воздушный поцелуй, поспешила к палатам пациентов. Делсин проводил её недоумённый взглядом, но после его внимание полностью перешло на карту. - Много же ты болел, Реджи Роу, - присвистнув, прошептал парень, с любопытством заглядывая в записи. Это, конечно, моветон, но уж больно заманчиво тетрадь тяжелела в руках. Как ни странно, большинство записей были относительно недавними. Десять лет, двенадцать – будучи мальчишкой, он посещал больницу с обычной простудой. Но вот числа прошлого месяца, несколько записей – и Делсин холодеет, судорожно сжимая в руках чужую карту. Прикреплена заметка и результаты МРТ – «обнаружена злокачественная опухоль в области печени, четвёртая степень, онкологическое лечение». Парень уже жалеет, что дал любопытству осилить верх, и поспешно закрывает тетрадку, перемещая напряжённый взгляд обратно на дверь. Теперь понятно, почему Реджи так часто ходит в больницу. И ясно, почему его лицо редко посещает улыбка. Дверь снова хлопает, и карту аккуратно забирают из его рук. - Ты не смотрел? – голос у Роу хриплый и кажется почти испуганным. Делсин мотает головой и смотрит на друга с вымученной улыбкой. - Неа, это же личное, - ложь. – Когда пойдём – держи меня, а то голова кружится, - парень поднимается на ноги и старается казаться таким, как обычно. Судя по обеспокоенным глазам Реджи, получается скверно. - Может, тебя до дома проводить? А то в обморок рухнешь того и гляди, - Роу с сомнением оглядывает друга, на что тот кивает. - У меня есть идея получше. Как насчёт совместной ночёвки? Пиццы и ночного просмотра какого-нибудь фильма? – Делсин неуверенно смеётся, - сменную одежду я тебе дам, место, где душ принять, есть. Пожалуйста, Реджи. - Мне нельзя пиццу, - парень хмыкает, задумавшись о чём-то своём. Но потом кивает, убирая какую-то бумагу в тетрадь. – Если ты так просишь, то ладно. Делсин молчит и обещает себе обязательно поговорить с другом по душам. Потому что он понимает, что рано или поздно Реджи исчезнет из его жизни. *** - Заснул? – парень тихо шепчет, с интересом разглядывая прикорнувшего у него на коленях друга. Фильм был слишком уютным, чтобы под него не задремать. Самого Делсина тянуло в сон, но он стоически не смел закрыть глаз и иногда тянул руку за газировкой или пиццей. Реджи себе попросил только молоко, стакан из-под которого был давно опустошён. Парень осторожно опустил свою руку на чужую голову, отмечая, какие у Роу жёсткие волосы. Он улыбается, глядя, как спокоен во сне его друг и, вздохнув, откидывает голову на спинку дивана, закрывая глаза. Фильм был как-то незаметно забыт. «Делсин узнаёт это место – квартира Реджи кажется неуютной и холодной. И, главное, совсем необитаемой. Парень оглядывается и пытается позвать друга по имени, но понимает, что у него попросту нет голоса. Губы двигаются, но никаких звуков, слышны, разве что, лёгкие хрипы. Он обходит всю квартиру и не находит её хозяина. Делсин не перестаёт звать, но что толку. И только в комнате Реджи он находит на его постели небольшой букет белых роз, обёрнутый в чёрную ткань». Парень резко раскрывает глаза и подскакивает на месте, тяжело дыша. Запоздало понимает, что Роу, лежащий у него на коленях, слетает на пол и, кажется, ударяет головой о журнальный столик. - Блять, Делсин, в чём дело? – рычит Реджи, потирая ушибленную голову и злобно глядя на опешившего хозяина. Тот спешит за льдом и виновато всучивает его через пару минут уже слегка успокоившемуся парню. Тот с облегчением прикладывая живительный холод к голове и вздыхает, тихо спрашивая, - что произошло, из-за чего ты так резко вскочил? - Мне... приснился кошмар, прости, - Делсин мотает головой, извиняющееся улыбаясь. На душе было довольно скверно. - Мм, и что снилось? - Ну, - парень замялся, не зная, как помягче сказать. Ему всё ещё было стыдно за то, что он заглянул в тетрадь Реджи и узнал о том, о чём не следовало бы. Но вопрос, который вертелся в голове весь вечер, слетел с языка прежде, чем он успел его удержать. – Редж, скажи... ты умрёшь? Роу опешил, даже откладывая лёд от головы и с удивлением глядя на друга. По большей части из-за того, что у того вообще появились подобные мысли. И из-за такого неожиданного вопроса. - Ты заглядывал в мою тетрадь, ведь так? – наконец тяжёлым взглядом посмотрев на Делсина, спросил Реджи, получив лёгкий и боязливый кивок. – Если ты так хочешь знать ответ – да. - Почему ты так спокойно об этом говоришь? – парень поднял голову, упрямо смотря в серьёзное лицо напротив. Для него смерть был тем, о чём говорят тихо. Может быть, неуверенно. Но не как Реджи. – Разве ты хочешь умереть? - Нет, не хочу, - Роу безразлично пожимает плечами. – Но не мне говорить о жизни. Потому что врачи прямо говорят – тебе, парень, до женитьбы не дожить. И на твоём месте я бы не пёкся так об этом. Я просто когда-нибудь тихо уйду, и ты меня забудешь. - Ты кретин или прикидываешься?! – Делсин рычит, поднимаясь с дивана и становясь вровень с другом, - с какого грёбанного чёрта ты решил, что я забуду тебя? Что за мысли такие тупые?! - Всё рано или поздно забывается, Ди, не будь глупцом. - Но не ты, не человек, придурок! Людей нельзя просто забывать! Потому что если ты начинаешь доверять кому-то, то этот человек становится маленькой частичкой тебя! - Ты говоришь слишком громкие слова, - Реджи хмурится. - Это ты говоришь какую-то чушь! – Делсин перебирает, хватая парня за руку, - я никогда тебя не забуду, понял?! Как бы ты не пытался вбить мне это в голову, как бы не вёл себя, как последняя скотина – я всё равно тебя не забуду! Ты стал мне другом! Даже... – он осекается, выдыхая и отпуская чужую руку. – В общем, думай, как хочешь. Я от своего не отступлюсь. - Ты безнадёжный дурак, - Реджи легко улыбается. А в его голосе, кажется, чувствуется облегчение. Делсин не слышит. Делсину больно. Больно думать, что он потеряет. Рано или поздно. Ему больно от того, что этот огонёк скоро погаснет. *** Lumen – На части. Наверно, всё должно было закончиться не так. Парень ещё должен был сказать ему тысячу слов. Тысячи раз улыбнуться. Тысячи раз сказать ему «спасибо». Делсин привык жалеть о своих поступках, но так горько, как сейчас ему не было никогда. Тёмный плащ хлопает от сильного ветра и больно бьёт по ногам, зонтик готов вот-вот улететь от порывов ветра, но парень крепко держит его, совсем не обращая внимания на непогоду. Какая ирония, он пришёл проститься с ним в самый дождливый день лета. Делсин роется в кармане и достаёт оттуда небольшой брелок – вязанную игрушку-человечка из Little Big Planet. Он вздыхает и осторожно кладёт его на влажную, рыхлую землю. Реджи выиграл глупый брелок для него пару недель назад, когда они решили позависать в тире. - Ты отменно стреляешь, Редж, - парень слабо улыбается, глядя, как постепенно темнеет игрушка от впитывающейся влаги. Столько ещё можно было успеть сделать. Можно было бы отправиться в большое путешествие, Роу всегда мечтал побывать в Австралии. Можно было бы поехать на машине куда-нибудь в горы, а там – на горнолыжный спуск. Можно было бы жить вместе. Делсин в последнее время мечтал о том, чтобы Реджи поселился у него, чтобы парень всегда мог быть рядом, подставить другу плечо, чтобы Ди, в конце концов, всегда знал, что с Роу всё в порядке. Это ведь было глупо, как он узнал обо всём. Только из маленького приглашения на похороны в своём почтовом ящике. В чёртовом почтовом ящике. И то от Хэнка. Делсин винит себя в том, что он не смог уследить. Что не заметил вовремя, как становилось Реджи хуже. Что заставил того страдать. Он разбит. Полностью, как та тарелка, что уронил Реджи в их первые сутки знакомства. Парень поджимает губы, виновато опуская голову. Эбби говорила не винить себя. Но он не может. Делсин поднимает взгляд на мраморную гравировку имени усопшего.

Реджинальд Роу. «Доверие – ценный дар».

Даже после смерти ты умудряешься посмеяться. Делсин вслед за игрушкой кладёт букет ромашек, с грустной улыбкой глядя на лицо в круглой рамке. - Я люблю тебя, Реджи Роу. И никогда тебя не забуду. Обещаю.