Принц брошенного королевства

Бэкхен проснулся рано утром от какого-то странного ощущения. Немного потянувшись, он открыл заспанные глазки и, предварительно громко взвизгнув, отлетел на другой конец кровати. — ЧАНЁЛЬ! Какого черта? — Т-с-с… не кричи ты так, — рыжий напугался не меньше, чем младший. Подпрыгнув своей тушкой почти к потолку, он тяжело вздохнул и посмотрел на потерянного принца. — Просыпайся, собирайся и пошли, — властным голосом приказал тот. — Куда? — Домой. — К кому домой? — К нам домой. — Но… — Не действуй мне на нервы, — процедил Ёль сквозь зубы, прикрывая глаза от раздражения. Вот его люди намного лучше. Сказал «вставай» — встали. Сказал идти — пошли. А этот? — Хватит задавать глупые вопросы, и пошли уже. Ты же хотел быть в нашей команде. Или ты передумал? — Ох, нет-нет. Я все ещё… Да, я понял. Сейчас оденусь. Бэкхён встал с кровати и Чанёль замер. На парне были только штаны, обтягивающие его стройные ноги. Его ключицы так соблазнительно выпирали из-под светлой кожи. Торс, плечи, грудь — все это сводило Чанёля с ума. «Как он прекрасен» — думал про себя рыжий, стараясь не увеличить уровень мирового океана, смотря на эту куклу. Да, именно куклу. Перед Чанёлем, в его сознании, стояла прекрасная статуя, которую запрещено трогать руками. Нежный, по-женски плоский животик, красивый, острый подбородок, аккуратный нос, красивый, искрящиеся светом глаза. Но… — Что это у тебя? — недоуменно спросил Ёль, замечая на идеальной шее кулон. — Ах, это. Это кулон, который был на мне, когда меня нашли. У старшего от изумления глаза расширились. Этот кулон. Он видел его на королеве. Она так любила его. Ёль помнил, как она рассказывала, что этот кулон ей подарил король, после того, как она родила ему сына. — Отец сказал, что благодаря ему я смогу найти то, что потерял тогда. — Да, твой отец был прав. — Что? — Я хотел сказать… — быстро одернул себя Чанёль, — что если у тебя есть хоть частичка прошлого, значит, ты сможешь найти ответы на все свои вопросы. — Думаю, ты прав. Бэкхён еще немного рассматривал звезду у себя на шее, но, вспомнив, что ему нужно собираться, быстро подобрал с пола одежду. От глаз рыжего не ускользнула аппетитная попка, когда брюнет нагнулся. — Что же ты со мной делаешь, — прошептал тот, невольно облизнувшись в мыслях, как кот на сметану. — Что, прости? — Быстрее собирайся, говорю. Что ты как черепаха. Ёль рыкнул и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. — Придурок. Странный какой-то, — надувая губы, сказал Бэк, продолжая напяливать на себя вещи. Выйдя из комнаты, он направился вниз по лестнице. Войдя в большой зал, он подошел к Чанёлю, который уже ждал его. — И все же ты слишком медленный. Он схватил младшего за руку и потащил в неизвестном, для Бэкхёна, направлении. Они шли минут двадцать, прежде чем дошли до окраины города. Зайдя в старенький, обшарпанный дом, Бекхён обомлел. Там сидели мужчины, и каждый занимался своим делом. Посередине, за большим столом, сидели шестеро парней, играя в какую-то, неизвестную для него, игру. Кто-то чистил оружие, кто-то читал книги. Книги? — Проходи, — пробасил старший, — не стесняйся. Будь как дома. — Чанёль… это что? — послышался голос из другой комнаты. Бэкхен увидел паренька невысокого роста, с большими глазами и пухлыми губами. Он стоял, сложив руки по бокам, и недоуменно смотрел в их сторону. — Что это за ребенок и откуда ты его притащил? — Успокойся, Дио. Я привел тебе помощника. — Какой еще, к черту, помощник? — Обычный. Миленький такой, с красивыми глазками. От таких слов Бэкхён моментально покраснел и отвернулся от рыжего, что не ускользнуло от взгляда большеглазого парня. — Где ты его нашел? — тяжело вздохнув спросил Дио. — Вчера вечером, перед походом, я встретил его в баре. — А почему ты нам ничего не сказал? Кто будет нянчится с этим дитём? Ты хоть понимаешь, что ему тут угрожает опасность? — не унимался тот. — Я… я все понимаю, — раздался тихий голос Бэка, — простите, я не помешаю вам и буду помогать чем смогу. Пожалуйста. Позвольте мне остаться. Все с подозрением уставились на то, что происходило между этими тремя. — Мамочка… можно тебя на секунду? — спросил Чанёль, хотя это больше походило на приказ капитана, нежели на просьбу невинного рыжего сорванца. Дио понял, что что-то не так. Ёль не стал бы приводить с улицы кого попало. Значит, этот ребенок имеет какую-то ценность. Он прошел мимо Бэкхена, подозрительно кидая на него взгляд, от чего брюнет поежился. Ему не нравится то, как смотрит этот парень. Но почему? Он ведь не сделал ему ничего плохого. Когда До зашел в комнату вслед за капитаном, он увидел, что тот странно на него косится. — А теперь расскажи мне то, что я не знаю. — Это принц, — безо всяких сомнений заявил Ёль. Глаза «мамочки» стали еще больше, чем были. — Подожди, подожди, подожди. Ты хочешь сказать, что это ТОТ САМЫЙ принц, который пропал одиннадцать лет назад? — Именно. — Не может быть. — Может, — с уверенностью и теплой улыбкой сказал Чанёль. Дио это совсем не понравилось. Эта улыбка… она ему не нравилась. — Тогда почему… — Он потерял память, — не дав закончить вопрос, ответил рыжий. — Ты уверен в этом? Абсолютно уверен? Ты понимаешь, что если это действительно он, то мы в огромной опасности. — Ты хотел сказать, что нам крупно повезло? — исправил его Ёль. — Нет, дорогой. Именно в опасности. Ты понимаешь, что если про него пронюхают прихвостни Криса, то мы все пойдем на эшафот? — Нет, Дио, ты не понимаешь что ли? Этот парень приведет нас к победе. Мой принц, мой маленький принц теперь с нами. Законный король обретет свой трон, все будет хорошо. Больше не будет этих налогов, убийств. Все будет, как раньше. — Ничего не будет как раньше, Ёль. Даже если этот ребенок взойдет на престол, не будет, как прежде. Люди продолжат грабить и убивать. За одиннадцать лет это стало их смыслом жизни. Они не смогут уже жить, как обычные люди. — Ты так говоришь, как будто тебе это Крис нашептал. — Не говори ерунды, придурок. Просто я тебе говорю, так как есть. К тому же. Ты уверен, что это мальчишка согласится? Ты ему сказал, кто он на самом деле? — Скажу, позже. А лучше просто буду помогать вспомнить. — Как? — Пока не знаю. Но я уверен, что если я буду рядом с ним, он вспомнит меня. — А если нет? — Не знаю. — А если он узнает и не захочет помогать нам в этом? Что если он струсит и убежит? — Мой принц не такой. Он храбрый и мудрый правитель. — О боже, Ёль. Ему тогда было шесть лет. Как ты можешь судить по тем временам, ведь прошло столько времени. Он изменился. Дио подошел ближе к рыжему и схватил его за шею. Ёль хотел отвернуться, но его увлекли в нежный поцелуй, с толикой намека на собственность. — Дио… что ты… — Я напоминаю тебе, кто мы. Не увлекайся слишком этим ребенком. Кёнсу — это было настоящим именем Дио, — отстранился от любимого и вышел из комнаты, оставляя задумчивого Ёля в одиночестве. «Дио, что же ты делаешь. Ведь он же мой принц…», — думал тот, дотрагиваясь грубыми пальцами до своих губ. Когда он вернулся из своего мира, он вышел в зал, где его до сих пор ждал Бэкхён. Но… только теперь он стоял в окружении его верных друзей и задорно смеялся. Особенно он уделял внимание Сэхуну, который в очередной раз рассказывал какую-то шутку, которая пришлась по вкусу брюнету. «Что это? Ревность? Я ревную принца к нему?» — он схватился рукой за грудь и тяжело посмотрел в пол, снова погружаясь в свои мысли. В это время за ним наблюдал Кёнсу, подмечая про себя какие-то детали. Да, он рад, что принц нашелся, что теперь в королевстве станет спокойнее. Но ему не нравилось то, что ЕГО Чанёль так странно смотрит на него. Ему не нравилось все это.

***

— Так, вот тут ты будешь спать, — сказал Кёнсу пропуская Бэкхена в комнату. Она была маленькой и кроме стола со свечкой, стула, кровати и небольшого шкафа там больше ничего не было. — Очень мило, — улыбнулся тот. — Мило? Что? — по комнате раздался смех. — Ты издеваешься? — Нет, я вполне серьезно. Мы с родителями жили в доме, который был намного старше этого. — Прости. Вам, наверное, трудно пришлось. — Нет, совсем нет. Конечно, были свои проблемы, но мы вместе справлялись со всем. Мне нравилось это. — Понятно, — грустно ответил До. — А как ты стал мятежником? — Мы не мятежники, а борцы за справедливость. — Ох, да, прости, — улыбнулся брюнет. Дио даже подумал, что он неплохой парень. Если не будет лезть к Чанёлю. — Ну, я был маленьким, когда Чанель спас меня. Мою семью, так же как и твою, убили стражники за неуплату налогов и хотели убить меня. Если бы Чанёль не спрятал меня тогда, я бы отправился вслед за ними. Хотя я иногда думаю, лучше бы я умер. — Не говори так! — выкрикнул младший, — Никто не имеет права решать, кому умирать, а кого оставить в живых. Это неправильно. — Да, но таков этот мир. Они оба тяжело вздохнули. — Так. Переодевайся и приходи на кухню. Будешь помогать мне готовить. — Хорошо! — с энтузиазмом ответил Бэкхен, начиная распаковывать свои скудный запас вещей. Дио улыбнулся такому рвению младшего и вышел из комнаты. — Да, он милый. Но я все равно не допущу, что бы Ёль слишком увлекся, — прошептал он, направляясь к своему «рабочему» месту.