TONIGHT

kara — mamma mia cameo: seunghoon's sister and her son, jinwoo and taehyun as couple, seungyoon (store cashier) 1115 words

К домофону никто не подходит, и Мино волей-неволей начинает волноваться. Сынхун терпеть не может детей, а нуна была настойчивой – посиди да посиди. В итоге Сынхун, матеря все на свете, позвонил Ханбину и очень хорошо попросил найти ему замену только на этот раз. Мино гоготал тогда на кухне, промывая ребенку виноград, а старшая сестра Сынхуна еще удивлялась, что смешного. - Просто мой соперник в пролете, - пожал плечами Сон, поворачивая вентиль. - Никакой он тебе не соперник, - на кухню вошел Сынхун, тяжело вздыхая. Племянник тут же побежал к нему и обхватил его ноги. Было бы что обхватывать, - я отпросился с работы. Можешь идти уже. И не беспокойся, мы… справимся. У Мино глаза по пятьсот вон, а левый так вообще задергался. Больше Ли Сынхуна в этом доме детей ненавидел только Сон Мино. И это было взаимной ненавистью. А к Сынхуну эти маленькие траблы жизни тянулись, и ему это даже нравилось. Сынхун ни за что не спалится, но Мино-то его знает. И знает хорошо. - Эй, - когда за нуной захлопнулась входная дверь, Мино притянул Сынхуна к себе за серую футболку, которая в общем-то была его, - я не соглашался сидеть с этим маленьким долбоебом. У меня… дела, может. Что за подстава? - А что за дела? - парировал Сынхун, поглаживая племянника по волосам, - если что-то важное, то я и не задерживаю. Но если фигня какая – то помоги мне отмучиться. Ты мне кто, друг или?.. - Я твой парень, - усмехается Мино, а маленький мальчик озадаченно смотрит то на одного дядю, то на другого. Футболка на Сынхуне намокает там, где все еще сжимаются пальцы Мино, - мы ебемся, - он так тихо говорит, что Сынхун едва ли понимает. Так что, да – мелкий их не понимает вообще, - и у нас не может быть детей. Я гей. Я не готов к этому. И даже если это божье испытание… - Заткнись, - Сынхун поднял мальчика (Мино так понял, что ему четыре) на руки и серьезно посмотрел на Мино, прямо в глаза, - раз не хочешь с ним сидеть, то сгоняй до магазина. А то мы с ним тут с ума сойдем, в холодильнике хоть шаром покати. Мы с ним. Мино закатил глаза, поломался еще немного, но все же пошел обуваться. Сынхун улыбнулся очень соблазнительно (на самом деле, просто счастливо) и сказал племяннику помахать дяде ручкой. Как только и за Мино дверь захлопнулась, Сынхуна ущипнули за щеку. Больно даже. - Будем играть в разбойников? У малыша беззубая улыбка и сумасшедший блеск в глазах. Он чем-то на Мино похож. Сынхун видел похожую фотографию в его детском фотоальбоме. А блеск у него в глазах всегда был. Это уже не Мино – если без блеска. Когда Мино все-таки нашел в кармане кожанки ключи от дома (он не привык ими орудовать и вообще постоянно терял) и добрался до одиннадцатого этажа, волнение только усилилось. Потому что на площадке было как-то слишком тихо для места, где за одной из четырех дверей находится маленькое существо с бесконечным запасом энергии. Сынхун тоже подходит под описание, вот только он нихрена не маленький. Мино открывает захлопнувшуюся дверь двумя поворотами ключа влево и входит в обволакивающую, беспокойную тишину. Оба сгустка энергии Мино находит в гостиной… один из них связан, а другой носится вокруг него и не знает – радоваться, что так хорошо связал, или плакать, потому что дядя Сынхун не отвечает; только мычит что-то. Он Сынхуну даже рот заклеил, каков молодец пацаненок. Старший смотрит на Мино, стоящего в дверях, и одними глазами просит помоги и не ржи, пожалуйста, вот только не сейчас. Мино еще может понять, где Сынхун нашел скотч, но вот откуда веревка… - К соседям ходил, - трет затекшие и болью ноющие руки Сынхун, когда Мино его развязал и дал возможность дышать ртом. Маленький разбойник уложен спать на диване, предварительно накормленный. Примечательно, что Мино накормил и уложил его сам, а только после этого развязал Сынхуна. Это ему старший, конечно, потом припомнит, - открыл мне, конечно же, Намтэ. Он когда увидел меня с ребенком… в общем, разве что на телефон не снял. Мне еще повезло, что Джину-хён в ночную смену сегодня работает… Вот ему бы я в глаза смотреть больше не смог. Мино смеется, складываясь от хохота пополам. А потом спрашивает, неожиданно прекращая смеяться, откуда у них столько веревки. - А мне, блять, почем знать, - Сынхун не выдерживает и вручает Мино заслуженную порцию пиздюлей, точнее только половину от по-настоящему заслуженной, - может, они из этих… - Ага, - Мино трет лицо руками, - из этих. Дурак ты, Ли Сынхун. Я лазанью кстати купил, будешь? Не ту, которая в прошлый раз была. Другую, вкусную. - Это тебе Сынюн так сказал, да? Так ты бы меньше его слушал, - вздыхает Сынхун, роясь в белых магазинных пакетах. Их два, а еще у Мино улыбка какая-то дебильная, так и хочется треснуть. Вместо этого, только спрашивает: - Что еще купил? По глазам ведь вижу, что это что-то дохуя ненужное. Мино делает обиженный вид. - Еще чего, - из заднего кармана джинсов достает пачку ментоловых презервативов, Сынхун вообще любит все ментоловое: смазку, (он курит раз в месяц, но) сигареты, жвачку еще. Сынхун смущается только потому, что улыбка у Мино все еще дебильная, как будто он возьмет его прямо здесь и сейчас. - Я же сказал, ненужное. Ломается так наигранно. Мино тащит его в спальню и резко опрокидывает поперек кровати, прижимая к ней всем своим весом. Немалым, прямо скажем. - Идиот, блять. Сынхунов поток ругани на него можно остановить только поцелуем. - Какой же ты и… Что Мино, в общем-то, и делает. Раздевает его торопливо, что-то Сынхуну даже приходится стаскивать до конца самому. Мино ведет ладонями по его ногам, волоски на них колются. Сынхун сдавленно (ребенок же в соседней комнате) стонет и раскатывает ментоловый презерватив по чужому члену, когда об этом просят. Хотя, Сынхун и сам того хочет. - Просто я тебя еще никогда связанным не видел, - целует Мино за ухом и кусает где-то там же, - мы ведь… не из этих. - Не из этих, - Сынхун закрывает глаза ребром ладони и кусает свои губы жестко, когда в него так же жестко входят, - блять, мудак. Ты мудак, Мино… - Я люблю тебя, - Мино всегда серьезен в этом своем заявлении, и это – первый раз за несколько месяцев, когда он говорит это по-человечески, а не обходными путями или загадками, - и то, какой ты внутри. - Заткнись, - Сынхун всхлипывает, потому что бедра узкие, а Мино толкается размашисто, дерет и горячо тянет, - я… я тоже. Презерватив рвется, но Сынхун только шепчет, что все равно, когда Мино останавливается и смотрит на него выжидающе. Он целует его после секса еще очень долго, губами касаясь практически везде. Это все в благодарность, а Сынхун тихо постанывает, отзываясь на прикосновения губ. Мино всегда хотел в него кончить. Так, чтобы потом пальцами лазить в Сынхуна и ощущать там что-то свое.