Attention

       У Джексона начался новый загон. Хотя для кого новый, для кого нет, но вот остальным участникам GOT7 загон по душе не пришёлся.        - Мне не хватает внимания! – орал Джексон. – Мне не хватает…нежности, - он делал волну, плавно проводя ладонью по груди и демонстрируя нежность, которую он так ждёт. – Мне не хватает поцелуев!        - Ты закончил? – скептично, но всё же несдержанно посмеиваясь спрашивал Джейби. – Может, примемся за тренировку?        - Мне не хватает внимания! – снова начинал Джексон.        - Это было не предложение или пожелание, поднимай зад и пошли, - весело говорил Джейби.        - А как же поцелуи? – скулил Джексон.        - Слушай, - обращался к нему уже в общаге Джуниор. – С чего вдруг ты захотел любви?        - У меня весеннее обострение.        - Сейчас осень, - как бы невзначай вставлял Бэмбэм.        - У меня всегда весна в душе! – заявил Джексон. – Пташки поют серенады, арфа на фоне бренчит и прочее!        - И что же нам с тобой делать?.. – задумчиво произносил Джейби, пока Джексон не начинал углубляться в подробности.        - Мне не хватает внимания! Знаете, когда по ночам бывает одиноко, моя рука…        - Эй! – вовремя прерывал его Ёндже. – Перед тобой вся группа сидит!        - Я хотел сказать, - упрямо продолжал Джексон, - что моя рука поднимается так высоко, ладонь открывается, а я мысленно спрашиваю у себя: «Почто?», после чего долго не могу уснуть, мечтая о своей собственной идеальной женщине.        Джексон прямо раз за разом вгонял группу в депрессию. Он уже месяц требовал любви от женщин.        - Куда все ушли? – спросил Джексон у Марка, который бездумно щёлкал каналы по телевизору в гостиной. Похоже, он и смотреть ничего не хотел, и чем-то другим заниматься тоже.        - А? Не знаю. В кино, вроде, - отозвался Марк, продолжая щёлкать кнопками на пульте.        - И меня не позвали! – возмутился Джексон, плюхаясь на диван рядом с одногруппником. – Изверги! Не любят меня вообще.        - Ты всё сам проспал, - пожав плечами, сказал ему Марк. Кажется, ящик начинал его зомбировать каким-то комедийным шоу, и его почти затянуло.        Джексон вздохнул, бросил недовольный взгляд на телевизор, который ему интересен не был, и скорчил мордашку.        - Чего-то они поздно в кино пошли… На ночной сеанс? Не надо было мне после музыкального шоу спать. Пошёл бы с ними лучше, - бубнил Джексон. – А ты почему остался?        Марк не услышал.        - Ты здесь почему остался, я тебя спрашиваю? – уже громко повторил Джексон.        - Не хочу никуда уйти. Устал.        Марк устал, а вот Джексону было скучно.        - Ах… Мне не хватает внимания! – снова начал он, и Марк тут же повернулся к нему.        - Неужто снова?        - Я не понимаю, - возмущённым тоном сказал Джексон. – Вам что, не хочется ни с кем замутить? У вас ни у кого нет таких потребностей? Чтоб приласкали там, всяких поцелуйчиков надавали…        - С кем ты мутить хочешь? – фыркнул Марк, бросив затею с телевизором и выключив ящик. – С фанатами?        - Не, - мгновенно ответил Джексон. – Фанатов много. И они – святая неприкосновенность. Нельзя выделять одну девушку-фанатку, остальные обидятся.        Марк молча опустил голову. Джексон взглянул на него, продолжив:        - Целоваться же приятно, - вполне себе убедительно заявил он и придвинулся к парню ближе. – Разве нет?        Марк не смотрел в сторону Джексона. Его слегка смущали такие разговоры на ночь глядя, да и похвастаться богатым опытом он не мог, потому что большую часть времени посвятил тренировкам.        - Я не знаю, - наконец сказал Марк, на что Джексон в возмущении отодвинулся с открытым ртом.        - Блин, ну как же так? Не знаешь? – взорвался он. – После двадцати лет уже нормально хотеть такого! А вы все такие невинные! Я тут будто один такой, кто целовался в прошлом с девушками! Целоваться приятно, ясно?        - Да ладно… - неловко улыбнувшись, ответил Марк, бросив короткий взгляд на разошедшегося Джексона.        - Что? Ты со мной не согласен? Ну как же! – Джексон почти полностью развернулся к Марку, всё никак не останавливая свои безумные неудержимые тирады. – Вот!        Он протянул руки, схватил Марка за щёки и нелепо прижался к нему губами.        Кажется, стало слышно сверчков на улице.        С Джексона тут же сошла вся спесь. Он пока не до конца понял, что случилось, и дошло до него только тогда, когда он оторвался от губ своего одногруппника и отпустил его лицо.        Перед ним сидел абсолютно красный под стать своим волосам Марк, глубоко и надрывно дышащий и явно избегающий взгляда Джексона. Тот подумал, что парень разозлился.        - Эй, - осторожно обратился Джексон к нему. – Я ошибся, дружище, извини. Окей? Окей? Ты же никому не скажешь об этом? – он сложил руки в примирительном жесте.        Марк наконец-то остановил взгляд на нём.        - Это то, чего ты добивался? – спросил он, но прозвучало это не так грубо, как мог бы ожидать Джексон. Кажется, Марк просто был в шоке. И покраснел, наверное, не от злости совсем.        - Это не то, - нерешительно проговорил Джексон. – Я реально ничего подобного не планировал… Оно как-то само…произошло.        Тишина и сверчки.        - Прости… «оно как-то само произошло»? – переспросил Марк, и под конец предложения на высокой ноте его голос сорвался.        Джексон вскочил с дивана, не в силах больше ни сидеть рядом с Марком, ни разговаривать с ним, ни в одном помещении находиться.        - Забудь. Спокойной ночи! – выпалил он, улепётывая в комнату на самой высокой скорости, которую мог себе позволить.        В комнате Джексон раздражённо швырнул свою кофту, которая попалась ему под руку, неуместно валяясь на спинке стула.        - И что со мной не так? – выругался парень. – Какой бес дёрнул меня целовать, мать его, Марка?!        Джексон вдруг сдулся. Ему вспомнилось покрасневшее лицо Марка. Он был такой красивый с красными щеками, каким его точно никто ещё не видел, потому что такой возмутительный поступок мог себе позволить разве что разгорячённый Джексон.        А губы… Они были очень мягкими.        Внутри Джексона забурлило что-то, подкатывая прямо в голове.        - Что? – спросил он у себя. – Что это?        Мысли помутнели, а воздуха перестало хватать. Стыд и что-то ещё. К тому же, в комнате жарко, поэтому Джексон поплёлся открывать форточку.        - Нельзя больше так делать, - сказал он себе с горящими ушами.        В это же время Марк тоже занимался самокопанием. Он даже не шевелился. В голове чётко запечатлелись губы Джексона – влажные, грубоватые и терпкие, его шершавые ладони на лице и дыхание на щеке Марка. Тёплое дыхание. В первую секунду Марк ничего не чувствовал. Не было противно или ещё как-нибудь отвратительно, он даже едва понимал, что это поцелуй от парня. Но секундой позже в мыслях всплыл дразнящий ярлычок с надписью «Джексон», и всё как-то чересчур резко встало на свои места, в то же время разлетелось во все стороны. Например, вопросы начали вылетать из данного обстоятельства, как огненные камни из жерла извергающегося вулкана.        «В своём ли Джексон уме?»        «Почему он наклонил голову?»        «Не слишком ли долго он не отстраняется?»        «Почему сейчас?»        Внизу живота дико ныло, всё тело напряглось и покрылось испариной от нахлынувший эмоций и непонятного страха. Марку даже показалось, что его кишки полощет, как в стиральной машине. Постоянно скручивает до ноющей боли. А лёгкие так спирало, что даже выдох давался сложно, не говоря уже о вдохе.        - Привет тебе! – раздался голос Джейби рядом, потом где-то вдалеке оживлённая болтовня парней, стук двери и падающей обуви, бухающие по полу шаги.        Но Марк до сих пор был не в состоянии шевелиться.        - Ты заболел? – обеспокоено спросил Джейби, потрогав лоб парня, но тот тут же извернулся, отпрянув. – Ты весь красный!        - Я спать! – выпалил Марк, бросаясь в одну из комнат и падая сверху на одеяло. Он отвернулся к стене, а самого трясло: что, если кто-то узнает? Нельзя допускать, чтобы кто-то об этом происшествии узнал!        Марк мученически выдохнул, щупая пальцами прохладную стену.        - Джексон… - простонал он, понимая, что теперь нескоро сможет заснуть.

***

       Потребовалось некоторое время, чтобы Джексон, наконец, понял, что, если крепко так призадуматься, он всегда смотрел на Марка. Воспринимал его всегда как друга, но на него было приятно смотреть. Потому что Марк милый и красивый, его улыбка сметает плохое настроение любой степени сложности, а голос мягкий и тёплый.        Но вот после дурацкого поцелуя ни улыбки, ни взгляда. И, конечно же, нельзя было взять Марка за руку и переплести пальцы, как они раньше частенько делали. Просто так надо было, это ничего не значило. Это было приятно, так же, как и обнимать Марка.        - Эх, - вздохнул Джексон после, наверное, где-то десятого прогона танца. Надо было признать, что думать теперь ни о чём другом, кроме как неловкой ситуации с Марком, он не мог.        - Я тут заметил, - вдруг сказал Ёндже, - что Джексон больше не орёт на каждом углу о недостатке внимания.        Джексон неосознанно бросил взгляд на Марка, который, обливаясь потом, запрокинул голову назад и, уперев руки в бока, сглотнул. Тихий вздох из его приоткрытых губ каким-то чудом долетел до слуха Джексона. Или ему уже казалось, что он слышит только Марка. Или он уже реально хотел и слышал только звуки, издаваемые Марком.        - И вправду, - вклинился Джуниор. – Джексон, тебе додали недостающее внимание? – Парень подмигнул.        - Э… - чуть ли не помирая от внезапно напавшей на него неловкости, протянул Джексон. – Что ты подразумеваешь под словом «додали»?..        - Ладно, ребят, - подал голос Джейби. – На сегодня нам уже хватит. Пошли в общежитие.        - Я тут ещё останусь, потренируюсь, - подал голос Марк. Он выглядел уж слишком отрешённым даже для обычного своего состояния.        - Ты выглядишь уставшим, хён, - осторожно сказал Югём, но Марк отмахнулся, жестом показывая ребятам, что им уже пора.        Оставив Марка в зале, парни вышли. И только тогда Джексон подумал, что домой как-то не хочет.        - Я, наверное, пойду над рэпом поработаю, - сказал он. – Чего-то мне не хочется сейчас спать.        Оторвавшись от всей группы, Джексон направился к комнатам для вокала. Он догадывался, почему Марк не пошёл в общагу со всеми, но уверенности не было. Как и готовности выяснить, почему он остался.        Рэп ни фига не отвлекал. Чем резче он был, тем сильнее злился Джексон на себя. Почему всё стало таким херовым от такой мелочи? Это был поцелуй в несколько секунд, ошибочный поцелуй. А что теперь? Марк с ним не разговаривает, а Джексону так хочется вернуть их свободное общение, что это невозможно терпеть.        И внутренности почему-то переворачиваются только от одних воспоминаний о Марке.        - Надо пойти и потанцевать, - решил Джексон часа через два мучений.        Он думал, что Марк уже давно ушёл. Он просто не мог в час ночи остаться в зале для практики.        Но он там всё же был.        Джексон, вздохнув, скрестил на груди руки, упираясь плечом в косяк. Он наблюдал за Марком, на одежде которого уже места живого не было: она насквозь от пота промокла, как и рыжие волосы, прилипающие к шее сзади и ко лбу.        Песня закончилась, и Марк остановился, упираясь руками в коленки. Он тяжело дышал и, кажется, растратил уже все свои силы.        - Можно я задам тебе вопрос? – подал голос Джексон.        Марк поднял голову, увидев отражающегося в зеркале парня.        - Валяй.        - Тебе же не было так отвратительно, что ты теперь со мной не разговариваешь?        Марк снова поднял голову, хмуро уставившись на отражение Джексона.        - Ты понимаешь, о чём я. Ответь честно. Тебе не было противно.        Марк выпрямился. Он тяжело выдохнул, оглядывая зал, после чего всё же ответил:        - Ну да, не было.        Это то, чего ждал Джексон. Именно то, что должен был ответить Марк, чтобы можно было понять, что к чему.        Поэтому Джексон сорвался с места, направляясь прямо к парню.        Марк шарахнулся от него к стене. Но отступать было совсем некуда. Он осел у стены, а Джексон, упав возле него на колени, подполз совсем близко. Он протянул одну руку к Марку, погладив того по щеке. Тот начал сопротивляться и вертеть головой, толкаться. Его сопротивление выглядело с какой-то стороны даже привлекательно.        - Не дерись, - сказал ему Джексон, перехватив одну руку, схватившись за запястье. – Ты снова краснеешь, и я знаю, что это означает.        Сколько бы Марк не вертелся, всё было тщетно.        - Стоп, - произнёс Джексон, будучи уже совсем близко к лицу Марка и схватив его крепко за подбородок.        Он прижался к губам Марка. Страстно, но осторожно. Это был настоящий порыв, и Джексон знал, что хотел этого сейчас, в любом случае. Отрицанию места не осталось.        Прервавшись, Джексон медленно осмотрел вблизи лицо Марка. Пожалуй, он даже начал понимать мужскую красоту. Наверное. Благодаря Марку.        - Впусти меня, - прошептал он, опаляя губы парня горячим дыханием. Он большим пальцем разомкнул губы Марка, сразу же стремительно врываясь внутрь.        Всё ещё пытающийся упираться Марк окончательно размяк в его руках. Поцелуй Джексона ведь не был похож на фальшь или издевательство. Он был вполне себе искренний, пусть и грубоватый, пошлый. Его губы были честны и выдавали то, что Джексону точно нравится Марк.        Возбуждение так и ударяло по телу Марка, терзая его самообладание со всех сторон.        - Извини, - чуть хрипловато проговорил Джексон, отпуская губы Марка и прижавшись к его лбу своим. – Я тебя возбудил, прости за это. Нам нельзя заходить слишком далеко.        Он нашёл одной рукой ладонь Марка, переплетая пальцы. Наконец-то.        - Ты же не будешь больше меня игнорировать? – спросил у него Джексон, утыкаясь лбом в мокрое плечо парня. – Не убегай. Этот поцелуй… Это просто из-за недостатка внимания. Подумаешь, поцеловались. Разве мы с тобой не близки?        - Это…немного слишком, - тихо отозвался Марк.        - Больше не повторится, - улыбнулся Джексон, чувствуя, как его лицо намокает от майки Марка, но почему-то ни капли не противно, да и отстраняться совсем не хотелось.        - Кто уж тебя знает? – усомнился парень.        Джексон поднялся, помогая встать Марку. Чувствовалась какая-то лёгкость. Может, оттого, что, по сути, этого поцелуя хотели оба. А может из-за того, что они оба поняли, что это не препятствие для их привычного общения.        - Я всё ждал, пока случится чудо, и между нами наступит перемирие, - сказал Джексон, потянув Марка за руку к выходу. – Я купил крутую приправу к рамену. Ты должен это попробовать.        - Окей, - быстро согласился Марк.        - И ещё…        - Что?        - Мне не хватает внимания… - подразнивая, начал Джексон, и Марк мгновенно выдернул из его руки свою ладонь.        - Только не снова!