Огонь растопит лед

Гермиона не понимала, что произошло. Десять минут назад её поцеловал злейший враг «Золотого трио» Драко Малфой, а после этого молча ушёл. «И как это понимать? Зачем он это сделал? Почему?» Вопросов было куча, а вот ответов ни одного, и это её пугало. И самое ужасное состояло в том, что ей понравилось с ним целоваться! С ним она почувствовала то, чего раньше никогда не ощущала с Роном. Сердце билось больше ста ударов в минуту и казалось, что вот-вот выпрыгнет из груди, по коже бегали мурашки, а в животе, как будто бы летали тысячи бабочек. Как только Драко зашёл в комнату, он сразу же пошёл в душ. «Что он сделал? Зачем было целовать Грейнджер? Неужели она ему нравится? Нет! Этого просто быть не может!» Сегодня был тяжёлый день, Драко снова поссорился с Забини и в очередной раз расстался с Паркинсон, плюс ко всему они назвали его «подлой сволочью» Вот он, на фоне всех переживаний со злости поцеловал Грейнджер. Да! Пусть так всё и будет!» - такими были мысли Драко, во время принятия душа. Но если самого себя можно переубедить, то душу точно нет. Это странное чувство… Сердце бешено стучит, и он уже не знает, что делает. Просто так надо. Им обоим был необходим этот поцелуй. На следующий день в Большом Зале, на завтраке Гермиона себя не очень хорошо чувствовала, из головы никак не выходил тот случай с поцелуем. И всё же обернуться и посмотреть на Малфоя было через чур страшно. Вдруг он просто подшутил над ней, а она повелась, как наивная дурочка? «Гермиона Джейн Грейнджер! Не опускайся до уровня Паркинсон! Это всего лишь шутка, не более. Не воспринимай всё это всерьёз.»,– мысленно успокаивала себя девушка. Её мысленную тираду прервал знакомый голос. - Гермиона, о чём ты так задумалась? Ты хорошо себя чувствуешь? Почему твоя еда до сих пор не тронута? Гермиона, да что с тобой такое?– в голосе друга слышалось волнение. - А? Что? Ой, Гарри, извини, я просто переживаю за предстоящие экзамены. Ты не волнуйся, я в порядке, - очнувшись от размышлений сказала Грейнджер. - Ага, я вижу. Вы с Роном сговорились чтоли? Он сегодня ведёт себя странно, и даже не ест. Ты молчишь, может, вы увидели морщерогих кизляков и нарглов, о которых так задушевно рассказывает Полумна? – терпение Гарри сошло на нет, и в его словах проскальзывало раздражение. - А что с Роном? - Ты забыла, или тебе напомнить, как вы вчера орали друг на друга? Гермиона и правда уже забыла про этот инцидент. Вчера, когда она вернулась с ночного дежурства, Рон не спал, а ждел её и что-то бурчал себе под нос. Потом он поцеловал её. И вряд ли он ожидал, что девушка даст ему пощёчину и начнёт кричать что-то вроде: «Как ты посмел?! Мы же друзья! Никогда, слышишь, никогда не смей подходить ко мне!» - Гермиона, ты же понимаешь, что нравишься Рону. И хоть он был не прав, можно же было объяснить ему это более спокойно, а не сразу бить, - сейчас Гарри напоминал Гермионе её саму, читающую лекции своим друзьям о том, что надо следить за своей успеваемостью и не бездельничать, чтобы добиться чего-нибудь в жизни. - Да-да, я знаю, - она увидела, как из Большого Зала выходит Малфой. Она была обязана с ним поговорить и всё выяснить! - Гарри, извини, но я вспомнила, что не дописала кое-что в домашнем задании по зельеварению. Идите без меня, я вас догоню, - в спешке сказала Гермиона и побежала вслед за Драко. - Малфой! Малфой, подожди! – кричала парню она, выбегая из Большого Зала. - Чего тебе, Грейнджер? – ответил Драко, сделав вид, что ему противна компания грязнокровки. - Я хотела задать тебе всего один вопрос. - О, Мерлин! Какой? - Какой? Наверное, такой, почему ты меня поцеловал? Или ты забыл? Зачем, Малфой? - А ты и не особо сопротивлялась. Грейнджер, не воспринимай это всерьёз, я использовал тебя, ради собственного удовлетворения. Так же ты вчера говорила про меня и Пэнс? - Что?! Малфой, у тебя совсем совести нет? Хотя, у кого я спрашиваю! У тебя её и не было! Это подтверждает, что ты наглый, самовлюблённый, эгоистичный мерзавец! – Гермиона перешла на крик. - Да ты мерзкая, жалкая грязнокровка! Беги к своему Уизелу! Ах да, я и забыл, что Вислый в пролёте, ты же теперь подстилка Поттера. Иди, пожалуйся ему, он непременно спасёт тебя от такого эгоистичного ублюдка, как я. Он же у нас великий! Давай, беги, чего стоишь?! Хотя Гермиона и привыкла к оскорблениям Малфоя, но почему-то после вчерашней ночи ей показалось, что он изменился. Слёзы обиды подступили к горлу. Она не смогла сдержаться и заплакала. Драко сам не знал, зачем оскорбил её, ведь в глубине души он понимал, что не хотел обидеть Гермиону. Она всё-таки нравилась ему! Он растерялся, когда увидел, что Грейнджер заплакала, он ненавидел женские слёзы. Малфой наклонился к Грейнджер и нежно поцеловал её. Она сразу же ответила на поцелуй. Драко всё ещё чувствовал её слезы. Девушка обняла его за плечи, а он притянул её ближе к себе за талию. - Кхе-кхе, я не помешал вам? – послышался за их спинами грубый голос. Слизеринец и гриффиндорка отстранились друг от друга и застыли в шоке. Перед ними стоял…