Огонь растопит лед

Грейнджер, ты сегодня вовремя? Что произошло? – саркастически спросил Малфой, увидев Гермиону, стоящую напротив него. *** После того, как она пришла из Хогсмида, Гермиона сразу же поднялась в свою комнату, сказав друзьям, что ей необходимо дочитать книгу, взятую в библиотеке. Придя, Грейнджер сразу же начала одеваться, ведь сегодня Драко должен всё вспомнить и, она должна быть самой красивой в этот момент! Достав из шкафа красивое, с расклешённой юбкой платье небесно-голубого цвета и красивую заколку для волос, Гермиона пошла в ванную комнату. Там, хорошенько расчесав свои непослушные волосы, она заколола их заколкой и надела платье. Затем, немного подкрасила ресницы тушью и нанесла на губы немного розового блеска. Потом Грейнджер поверх платья надела чёрную кофту, так как подумала, что ночью в коридорах Хогвартса может быть прохладно. *** - Я просто не очень люблю опаздывать, - ответила она. - Ага, я заметил. Так, хорошо, насчёт заклятья… - Ну что? – не дав ему договорить спросила Гермиона. - Его можно использовать, но это не так просто. - То есть? А что нужно сделать? – с недоумением спросила она. - Нужно, чтобы человек, которому ты возвращаешь память, по-настоящему хотел этого. - Как?! Малфой, ты не понимаешь… Это невозможно! Этот человек никогда этого не захочет! Что же делать? Пожалуйста, помоги мне, Драко! – начала кричать Гермиона, не заметив того, что только что назвала своего врага по имени. - Другого способа нет, Грейнджер, это единственное заклинание, способное вернуть память. Я больше ничем не могу тебе помочь… Гермиона… - ответил Малфой, сделав особый акцент на её имени. - Что же делать? Я ведь та надеялась! – она чувствовала, что вот-вот расплачется. - Попробуй поговорить с этим человеком, вдруг у тебя что-нибудь получится. Как бы странно это не звучало, но Драко подумал, что обязан помочь Гермионе. - Ты просто не понимаешь, Малфой, он… - Так значит это парень? Я его знаю? - Да, знаешь. - Ну так вот, здесь всё просто. Скажи мне, кто он, а я скажу тебе, что он о тебе думает, - давал ей надежду Драко. - Я и сама знаю, что он обо мне думает. И это далеко не весёлые мысли. Всё потеряно, понимаешь? Всё! А ведь я надеялась, что сегодня всё обязательно вернётся на свои места! – начала истерить Грейнджер. - Успокойся! – он схватил её за запястье, - Расскажи мне об этом человеке, что вас связывало и, что именно он забыл, - его голос снова стал спокойным. - Ну, нас связывало не так уж много, можно сказать, ничего… - начала рассказывать Гермиона, изредка всхлипывая от подступивших к горлу слёз, - Мы ненавидели друг друга, а потом он признался мне в любви… Поцеловал. Я влюбилась. А потом в него пустили Обливиэйт. Вот и всё, больше нечего рассказывать. Он слишком горд и надменен, чтобы испытывать ко мне что-то теперь. - Так если он так плох, за что же ты в него влюбилась? – Драко был в недоумении. - Понимаешь, он не такой, каким хочет казаться, я уверена в этом! Просто его заставляют быть таким, но я заю, на самом деле он другой, - Грейнджер вытерла слёзы и невольно улыбнулась, вспоминая те короткие, но такие настоящием мгновения, проведённые с тем Драко, которого она искренне любила. - Знаешь, такое бывает. Когда ты не хочешь быть плохим, но так надо, просто по-другому нельзя. Мне кажется, что найдя такого человека, который сможет полюбить тебя просто так, несмотря на все твои недостатки, увидеть тебя настоящего, такого, какой ты есть, то никакой Обливиэйт не поможет это забыть, - Малфой вспоминал о том, что всю жизнь твердил ему отец. Учил его быть гордым, равнодушным ко всему, не обращать внимания на проблемы других. «Ты – Малфой, а значит, ты не такой, как они. Ты выше их, ведь ты аристократ», говорил ему Люциус, когда речь шла о грязнокровках, полукровках и осквернителях крови. Драко должен был их ненавидеть, потому что так надо. - Ты думаешь, он помнит? – в её глазах появилась надежда. - Я уверен, - твёрдо ответил он. - Тогда я готова. Как звучит заклинание? - Финита. Только, подумай о последствиях заклинания, но сначала поговори с ним, может быть, заклинание и вовсе не потребуется. - Хорошо, я поговорю с ним прямо сейчас! - Так почему ты не уходишь? – удивился Малфой. - Потому что этот человек ты, Драко,- сказала Гермиона, хотя в глубине души она волновалась, что он, как всегда назовёт её грязнокровкой и пошлёт к драккловой матери. - Что?! Грейнджер, ты рехнулась?! Или это ваши идиотские шутки с Уизли и Поттером?! Если это так, то держись, Грейнджер! - Нет, никто не шутил! Это правда! - Этого просто нереально, я никогда в жизни не влюбился бы в грязнокровку! - Хорошо, ты сказал, что никакой Обливиэйт не сработает, если человек по-настоящему полюбил, ведь так? – проигнорировала оскорбление Грейнджер. И что? – Драко сложил руки на груди. Гермиона, привстав на носочки посмотрела в его глаза. Она вспоминала. Как тогда увидела эти ледяные глаза, полные презрения и ненависти. Но сейчас на них не было той обманчивой пелены, они были настоящие. Но это длилось недолго, всего ишь какую-то долю секунды, но этого было достаточно. Гермиона прикоснулась к его губам и легонько поцеловала. Открыв глаза, она увидела в его серых глазах неуверенность вперемешку со страхом перед тем, что будет дальше (это было по меньшей мере странно для Малфоя). Он боялся, боялся неопределённости и неизвестности. И в его глазах была искорка тепла, которая подтолкнула Гермиону на мысль, что заклинание точно сработает. - Ох, Грейнджер, зачем ты делаешь это? – прошептал он ей в губы и углубил поцелуй. Он был чувственным и полным нежности. Драко притянул Гермиону ближе к себе, а она зарылась пальцами в его волосы. Они просто стояли и целовались. Первой отстранилась Грейнджер. - Ну что, ты хочешь всё вспомнить? – чуть дрожащим голосом спросила она. - Я… Я не знаю. - Я понимаю. Прости за всё это и пожалуйста, не рассказывай никому, - на глаза навернулись слёзы и, Гермиона повернулась, чтобы уйти. - Стой, подожди! Я готов, Гермиона… - Драко был так взволнован, что у него затряслись колени. - Драко, я сейчас! Подожди! – доставая палочку из кармана и попутно вытирая слёзы радостно ответила она. - Готов? – на всякий случай ещё раз переспросила Грейнджер. - Готов. - Финита! – чуть дрожащим от волнения голосом произнесла Гермиона, думая о том, что должен вспомнить Малфой.