Часть 1
24 августа 2014 г., 17:59
Шумная вечеринка была в самом разгаре. Музыка, включенная на максимальную громкость, слышна, наверняка, за три-четыре квартала отсюда, как и развесёлые возгласы нескольких десятков подвыпивших подростков. Стрелка часов уже давным-давно перевалила за полночь, но безудержное веселье даже и не думало прекращаться или хотя бы сбавить обороты, и удивительно, что никто из соседей до сих пор не вызвал полицию. Никто и не собирается уходить, похоже, до самого утра, ну, или, по крайней мере, пока вдалеке не послышится вой сирены, сопровождаемый треклятым красно-синим мерцанием.
Ричард бы с удовольствием остался здесь подольше, но он и так уже должен был быть дома минимум три часа назад. Семнадцать лет — это когда до совершеннолетия ещё целый год, но ты уже считаешь себя взрослой полноправной личностью, и родительское слово — уже не авторитет.
Юноша шёл, слегка покачиваясь. Не то чтобы он напился в хлам, но много ли надо молодому организму? Пропущенный ужин, литрашка пива, там глоток абсента, тут парочка «дай попробовать» вермута, и было ещё что-то с языкозаплетательным названием, которого он конечно же не запомнил. В общей сложности-то не больше пяти хлебков помимо пива. Разум, как казалось, был абсолютно ясный, разве что ноги немного ватные, и в глазах чуть-чуть рябит. Ричарду даже показалось, что он видел какое-то движение впереди. Присмотрелся — никого. Ерунда. Главное сейчас — добраться до дома и на сей раз не попасться копам. Самый краткий путь пролегает через — ну конечно же — вот этот узкий тёмный переулок, который переулком именуется чисто формально, а на деле — какая-то щель между домами, сквозь которую едва ли пройдут плечом к плечу два человека. Но это единственный путь напрямую, а если в обход — придётся сделать приличный крюк по главной улице, что само по себе не лучшая идея. Паренёк решительно шагнул в тёмное пространство между стенами домов.
Едва ли он сделал несколько шагов, как вдруг где-то сбоку, совсем рядом раздался елейный мужской голос:
— Куда спешишь, маленький?
— Кто это тут маленький?! — искренне возмутился Ричард, спьяну не сразу осознав ситуацию — и в следующий момент жёстко повстречался затылком с фасадом дома. Зато опьянение враз как рукой сняло, а точнее, вышибло неслабым таким ударом. В полутора метрах от себя, у противоположной стены, парень увидел неподвижно стоящего высокого мужчину. Рассмотреть его не представлялось возможным: тень от дома полностью скрывала затаившегося в ней человека, и виден был только силуэт. А вот Ричард был на полном обозрении, так как попал точно в выглядывающую из-за угла полоску света от уличного фонаря.
— Так куда же ты так торопишься? — невозмутимо переспросил мужчина.
— Я... я домой, — Ричард неопределённо указал пальцем на выход из переулка. Теперь-то до него, наконец-то, дошла вся серьёзность ситуации, и он, мягко говоря, растерялся. Из тени послышался смешок; силуэт сделал пару шагов вперёд, сокращая расстояние между ними вполовину.
— Извини, милашка, домой не получится, — кажется, незнакомец пожал плечами будто бы в извиняющемся жесте. Не поворачивая головы, Ричард метнул взгляд в бок, прикидывая, какова вероятность того, что ему удастся сбежать. Нулевая. Противник слишком близко стоит: ему достаточно всего лишь руку протянуть. — Даже не думай, — проследив за взглядом паренька, произнёс мужчина. — Пойдёшь, куда шёл, но сперва сделаешь мне одолжение и не будешь дёргаться.
— Что, дяденька, — выдохнул юноша, — насиловать будете?
— Как воду глядишь, мальчик, — последнее слово маньяк выделил с издёвкой.
— Что, прям вот так, сразу? Ну, нет, я так не могу. У нас даже первого свидания не было! — послышался короткий щелчок, Ричард успел только заметить отблеск чего-то в руке незнакомца — и в следующую же секунду был жёстко прижат к каменной стене, а на шее ощутил давление холодного металла. Оказавшись нос к носу с нападающим, теперь парнишка мог рассмотреть его лицо. Чертовски красивое. Потрясающие в изяществе своей формы рысьи глаза с дьявольским выражением — ввиду отсутствия нормального освещения Ричард не мог точно определить, какого они цвета, но явно не чёрного и не голубого — скорее всего, они зелёные или карие. Юноша невольно залюбовался прекрасным лицом, забывая, кому оно принадлежит.
— Шутить вздумал? Ещё одно слово, малыш, и язычок тебе будет уже ни к чему.
— Ладно-ладно, — паренёк приподнял раскрытые ладони в примирительном жесте.
— Снимай штаны, — с этими словами мужчина отнял опасное лезвие от чужого горла, немного отступая. Ричард обречённо вздохнул и стал делать, что велено. Помирать что-то совсем не хочется, поэтому ничего не остаётся, кроме как подчиниться. Он быстро расправился с ремнём и замком и спустил свои свободные джинсы, с носка кроссовки отбрасывая их в сторону. — Повернись. — Едва он развернулся к насильнику спиной, как тут же был грубо и бесцеремонно прижат к шершавой стене, немилосердно шаркнувшись об неё скулой.
— Ай, легче! — недовольно воскликнул он. В ответ послышался только «звяк» пряжки ремня, «вжик» молнии и шорох одежды.
— У тебя прежде был опыт? — почему-то спросил мужчина. Он и сам не понял, зачем.
— Не думаю, что насильника должно это интересовать, — угрюмо ответил парнишка. Слова маньяка в контексте данных обстоятельств выглядели откровенным издевательством, ни капли которого, однако, не было в интонации его голоса. Приятного голоса... — Но если в самом деле хочешь знать, то нет, не было. Поэтому постарайся меня не порвать! — пожалуй, слишком смело выпалил юноша.
— А ты расслабься, — внезапно раздалось над самым ухом, и Ричард тут же зашипел сквозь зубы, ощущая, как чужой палец немедленно и без предупреждения вторгается в него. Смазка значительно упрощала задачу, но всё равно растяжка происходила с трудом. Паренёк упёрся лбом в сцепленные замком ладони, и, закрыв глаза, пытался как-то абстрагироваться от происходящего, представить, что как будто бы это происходит не с ним, но никак не получалось. Быстро покончив с подготовкой, насильник обхватил широкими ладонями бёдра жертвы, принуждая расставить ноги шире, и начал входить.
При других обстоятельствах Ричард по своей эстетической натуре непременно оценил бы внушительные параметры мужского достоинства, если бы это самое достоинство сейчас не пыталось проникнуть в него, грозя разорвать изнутри. Он расслабился, насколько мог, и всё равно ему казалось, что это пропихнуть в него невозможно... Но насильник твёрдо стоял на своём. Он с завидным упорством проталкивался внутрь. Сантиметр за сантиметром, постепенно, наверное, опасаясь навредить самому себе.
Было больно, но Ричард мужественно терпел, стиснув зубы с такой силой, словно всё его напряжение сконцентрировалось именно на них. Вдруг он почувствовал, что насильник отстраняется, и уже собрался было облегчённо выдохнуть, но внезапно тот со звериным рыком толкнулся в него, не рывком — плавно, но довольно резко входя на всю глубину, до упора — и юноша громко вскрикнул. От болевого шока Ричард на несколько секунд выпал из реальности, а когда очнулся — почувствовал, что насильник неистово вколачивается своим несоразмерно большим членом в его многострадальную задницу. На лбу выступила испарина, короткие ногти судорожно впились в ладони, из прокушенной губы по подбородку стекала бордовая капля, а из груди выбивались рваные выдохи, заглушаемые звоном и шумом крови в ушах.
Поза была не слишком удобной из-за разницы в росте: насильник был вынужден немного приседать перед каждым новым толчком, и это жутко утомляло. И тогда он резко вышел из тела своей жертвы, одним рывком разворачивая к себе лицом, и подхватил под ягодицы, приподнимая над землёй. Юноша машинально обвил руками шею мужчины, ногами — талию, и самостоятельно насадился на его жаждущий разрядки член. От смены позиции изменился и угол проникновения: теперь с каждым мощным толчком насильник метко попадал прямо по той самой точке, заставляя юношу несдержанно вскрикивать, изнывать от собственного возбуждения, усилившегося в разы. На смену адской боли пришла боль желанная с примесью наслаждения. Ричард только крепче стиснул ногами талию мужчины и уже сам подмахивал ему, поймав рваный темп его толчков, двигался в унисон. Парень чувствовал, что уже на пределе...
— Ну нет, — ...и вдруг ощутил, как чужая ладонь крепко сомкнулась на его члене, не позволяя достигнуть разрядки. Он распахнул глаза, недоумённо смотря на насильника. — Без меня ты не кончишь, — коварно оскалился тот. «Негодяй!» — гневно пронеслось в голове, но вслух юноша только издал протяжный мученический стон. Прекращения этой сладкой пытки он желал и не желал одновременно...
Чувствуя, что пик уже близко, мужчина ещё больше ускорил темп, буквально подбрасывая оплетшего его, будто корнями, руками и ногами юношу. Он кончил с гулким рёвом, в последний раз максимально глубоко вонзая член в жаркое пульсирующее нутро, разжал наконец ладонь — и паренька накрыло вслед за ним...
Оргазм был оглушительным, всепоглощающим, крышесносным для обоих, слившихся воедино. Последнее, что Ричард помнил, — ощущение, как внутрь него изливается горячая жидкость, он намертво вцепляется пальцами в чужую спину и с громким криком кончает сам.
Когда он очнулся, то с удивлением обнаружил, что его бельё и джинсы на своём законном месте, на бёдрах, словно бы несколько минут назад ничего такого не произошло. Но ощущение влажности и липкости, и немного болезненной пульсации в причинном месте указывали на обратное. Однако заботливый маньяк — это что-то новенькое. Мужчина хотя и мог бы, но никуда не исчез — стоял себе спокойно, сложив руки на груди, и невозмутимо глядел на удивлённо осматривающую себя жертву.
— Ну, мальчик, теперь ты понял, чем чреваты гулянья по ночам? — ехидно вопросил мужчина.
— Объяснение было весьма доходчивым, — спокойным ровным тоном ответил Ричард, поправляя рубашку.
Маньяк про себя немного удивился. Не то что бы он ожидал, что мальчишка при нём ударится в слёзы по потерянной чести, но и такая спокойная реакция выглядела странно. Он поймал на себе вопросительный взгляд, словно юноша ждал подтверждение, что его в самом деле отпускают, а потом неспешно направился к выходу из переулка, едва заметно прихрамывая. Вдруг паренёк остановился и неожиданно произнёс:
— В этом же районе будет вечеринка в следующий вторник.
— Это намёк? — маньяк вскинул бровь.
— Предложение, — обернувшись, Ричард многообещающе улыбнулся и следующий момент скрылся за углом.
***
Мужчина с наслаждением втянул носом восхитительный аромат свежесваренного кофе. Как же приятно проснуться, с первым вдохом ощущая божественный запах. Он приоткрыл один глаз и увидел, как в комнату входит его муж в одном соблазнительном нижнем белье с подносом в руках. — Поверить не могу, что меня пропустили в Рай, — сонно пробормотал мужчина, сладко вытягиваясь, блаженно улыбаясь и наблюдая за супругом из-под приопущенных ресниц. — Да уж, одни только твои пошлые стоны сведут с ума даже самого целомудренного ангела. Доброе утро, родной. — Вошедший присел на кровати и запечатлел нежный поцелуй на виске супруга, аккуратно ставя рядом с ним небольшой поднос с чашкой дымящегося бодрящего напитка и наломаной продольными рядками плиткой тёмного шоколада. — С корицей, — восхищённо произнёс мужчина, вдыхая потрясающий аромат, желая наполнить им каждый объёмный сантиметр лёгких. — Как ты любишь, — он с лёгкой улыбкой наблюдал за мужем, который жадно вдыхал изумительный аромат, осторожно отпивая горячий напиток. — Что? — мужчина поймал на себе хитрый взгляд любимых глаз. — Ты так развратно стонал сегодня ночью. Блондинка с пятым номером приснилась? — Эй, шутки — это по моей части! — он легонько пихнул посмеивающегося супруга в бок. — Нет, на самом деле, мне приснился день нашего знакомства, — картинно буднично произнёс он, звучно отхлебнув из чашки, отставляя её обратно на поднос и откусывая сразу три дольки шоколада и украдкой стреляя глазками на любимого. — О, интересно, к чему бы это? — мужчина расплылся в хитрой улыбке. — А к тому, что у нас годовщина на следующей неделе. Неужели ты забыл? — Не забыл, Ричи. — Ричи? Мне скоро тридцатник, а ты всё сюсюкаешься со мной, как с маленьким! — наигранно всерьёз возмутился Ричард. — Так ты и есть ребёнок, — пожал плечами его супруг. — Да ты всего-то на пять лет старше! — На шесть. — Вечно преувеличиваешь, — Ричард смешно надул губы и обиженно скрестил руки на груди. — Очень по-взрослому, — умилился Джаред, чмокая «оскорблённого» сперва в нос, потом — в упрямо сжавшиеся губы, после — за ушком, зарываясь носом в мягкие волосы и щекоча своим дыханием шею. Защита сломлена. Ричард буквально замурлыкал под ласками мужа, а руки сами собой расцепились, начиная гладить широкую спину. Вот он уже сам припал губами к шее супруга, втягивая нежную кожу и лаская её языком, заставляя срываться тихие стоны с чужих губ. — Ммм... Подожди, — разочарованно простонал он, скорее, себе самому. Он оторвался от шеи мужа, упираясь ладонями в накаченную грудь и заглядывая в зелёные глаза напротив. — Мы ушли от основной темы. Годовщина, помнишь? — Да. Какие предложения? — Ну... — загадочно протянул Ричард, бегая глазами и закусывая губу. — Я вот тут подумал, не спроста же мне приснилось... — он хитро зыркнул на мужа. — Так-так, неужели кое-кто намекает на повторение? Молодость вспомнил? — Джаред игриво подёргал бровями. — А что? Тряхнём стариной, как в былые времена. Знаешь, а в том месте за всё время ничего не изменилось! — Был там недавно? — Да, что-то поностальгировать захотелось... Джаред усмехнулся: — Ладно, будет тебе ностальгия. — Звучит многообещающе, — кокетливо промурлыкал Ричард, подставляя нежную шею под умелые ласковые губы мужа. — Ричард Падалеки, — Джаред немного отстранился, заглядывая прямо в тигровые глаза, одним движением расчёсывая длинные светлые пряди любимого и мягко задерживая большую тёплую ладонь на загривке. — Ммм? — Не желаете ли, пока на это есть возможность, добровольно выполнить свой супружеский долг? Плотоядно улыбнувшись, вместо ответа Ричард, обвив руками крепкую шею, с удовольствием припал к любимым губам.
