Проиграть - не значит сдаться

Вернувшись в комнату, Гарри получил оценивающий взгляд от Виты и уважительный — от Владислава. Видимо, те поняли, почему он ушел, и это немного повысило его рейтинг. — Ты все? — к нему подошел Джереми. Гарри кивнул. — Хорошо. Смотри, мы ложимся спать достаточно рано, чтобы суметь встать еще по темноте и отправиться на дежурство. Ванная находится… нет, подожди, лучше не так. Мира! — позвал он. Девочка растолкала сбившихся в кучу детей, слезла с дивана и подбежала к ним, вопросительно взглянув на Джереми. Тот мотнул головой в сторону Гарри: — Покажешь Джастину ванную, ладно? Мира деловито кивнула и, ухватив Гарри за руку, потащила его к выходу из комнаты. Ведя его по коридору, она не переставала тарахтеть: — Знаешь, это первый дом, в котором можно нормально помыться. Мы переезжали несколько раз, а потом нашли это место. Сюда почему-то не прекратили подачу воды, даже когда жильцы съехали, так что водопро… вопро… в общем, какая-то система — краны там, туалет, душ — работает. Они миновали столовую, в которой уже побывал Гарри, и остановились у следующей двери. Мира толкнула ее и театрально взмахнула рукой: — Прошу. Гарри усмехнулся и потрепал ее по голове: — Спасибо, что проводила. А вы все что, мыться не будете? — Будем, просто Джереми сказал, что у тебя болит рука, и тебя следует пропустить вперед, иначе ты долго провозишься. Гарри удивленно хмыкнул — похоже, логика Джереми была очень своеобразной — и кивнул Мире, заходя в ванную и закрывая за собой дверь. Обшарпанные стены, побитая кафельная плитка на полу, унитаз, раковина и старая душевая кабинка. Здесь не было даже ванны, что для Гарри сейчас было очень неудобно — с его рукой было бы куда удобнее мыться полулежа, а не стоя под душем. Он осторожно разделся, несколько раз все-таки зацепив запястье и шипя от боли, и шагнул в кабинку, поворачивая кран. Сверху хлынула холодная вода, и Гарри поспешно выставил больную руку за шторку, радуясь, что не успел намочить бинты. Через пару минут он уже успел продрогнуть, стучал зубами, оттирая въевшуюся в кожу грязь, и проклинал Джереми, притащившего его сюда — в ночлежке хотя бы была горячая вода! Он прикрутил кран, оставив лишь тонкую струйку, и с горестным вздохом осмотрел себя. Этого времени не хватило бы, даже чтобы просто вымыться — а уж тем более ему, учитывая, что в ночлежке он не мог оставаться в душе больше трех минут, и сейчас весь просто зарос грязью. Гарри заставил себя еще несколько минут пробыть под душем, кое-как избавившись от пыли и пота, что ощущались отвратительным слоем на теле, а потом, не выдержав, выскочил наружу, уже просто посинев от холода. Полотенца, естественно, не было, так что ему пришлось еще некоторое время подождать, пока он не обсох сам по себе, и только после этого одеться в лохмотья, когда-то бывшие его одеждой. Выйдя из ванной, Гарри быстрым шагом добрался до комнаты, где были все остальные — судя по ее виду, это была гостиная. Зайдя внутрь, он вопросительно взглянул на Джереми; тот хлопнул себя по лбу, вскакивая на ноги. — Совсем забыл, — пояснил он, — я же хотел предложить тебе пока носить мои вещи. У нас схожая комплекция, так что я думаю, тебе будет удобно. Гарри коротко кивнул и последовал за Джереми на второй этаж. На вид тому было лет двадцать; он был чуть плотнее и выше самого Гарри. Это раздражало, пусть даже он уже почти смирился с тем, что никогда не станет высоким. Но Джереми был крепче сбит, а в последнее время Гарри еще и похудел из-за недоедания — так что предложенная одежда наверняка будет висеть на нем мешком. Хотя носил же он вещи Дадли? Ну ничего, зато он наконец сможет избавиться от этих старых, уже распадающихся на нитки тряпок. Они поднялись по скрипучей лестнице и зашли во вторую по коридору спальню. Джереми сразу же распахнул дверцы стоящего в углу платяного шкафа, пока Гарри с любопытством рассматривал обстановку. — Ты спишь здесь? — поинтересовался он. — Неа, — отозвался Джереми. — Ну, точнее да, но не я один. Ты же уже заметил, что здесь нет отопления, да? Гарри фыркнул: еще бы он не заметил, когда промерз из-за этого до самых костей. Приняв изданный им звук за согласие, Джереми продолжил: — Ну вот, поэтому мы все спим в одной комнате. Вернее, не все, — торопливо поправился он, — девочки отдельно, а здесь спят мужчины. Гарри хмыкнул себе под нос — «мужчины», как громко сказано. — Кстати, а сколько тебе лет-то? — спросил Джереми. — Двадцать шесть, — неохотно ответил Гарри. Он не любил предоставлять информацию о себе — даже такую безобидную. Отвык быть открытым и искренним, заставил себя отвыкнуть. — Ого! — изумленно воскликнул Джереми. — По тебе не скажешь! Мы с тобой ровесниками выглядим, а мне ведь девятнадцать только! Гарри промолчал, и Джереми неловко кашлянул, а потом протянул вынутые из шкафа вещи. — Ну, ты пока переоденься, а я спущусь, помогу ребятам отправить младших мыться. Они страшно этого не любят, — засмеялся он, но тут же осекся. — В общем, ты… давай. Да. Джереми вышел за дверь, притворив ее за собой; Гарри расправил одежду и встряхнул ее. Водолазка, куртка и брюки. Не самое лучшее сочетание, брюки сюда совершенно не подходили, но выбирать было не из чего, и Гарри был благодарен уже за то, что ему вообще есть во что одеться. Одеваться было сложнее, чем раздеваться, но он справился. Он не хотел даже думать о том, что было бы, подведи его удача и не наткнись он на Джереми. На улице он погиб бы в первые же три дня. Гарри застегнул последнюю пуговицу на брюках и вышел из комнаты. Внизу раздавались возмущенные голоса, а потом кто-то воскликнул: «Не хочу! Холодно!». Он ухмыльнулся, поняв, что кого-то из детей запихнули в душ, и заглянул в гостиную, найдя взглядом Джереми и поманив его к себе. Тот кивнул, сказал что-то Тому и Карине и быстро подошел к Гарри. — Чем вы обычно здесь занимаетесь? Как видишь, я сейчас не в состоянии что-то делать, — кивком Гарри указал на свою пострадавшую руку, — но ты явно от меня что-то хотел. Так что именно? Джереми помолчал несколько секунд, и он подозрительно сощурился. Наконец, тот заговорил: — На самом деле я хотел предложить тебе присматривать за мелкими. Гарри нарочито широко распахнул глаза, и Джереми поспешил пояснить: — Деньгами и едой в основном занимаемся мы с Владиславом и Витой. Дети остаются здесь — на дело пока что можно взять только Тома и Карину, но они вынуждены сидеть в доме, чтобы следить за остальными, кто еще слишком… — он запнулся, подбирая слово, и Гарри подсказал: — Незрел? — Точно! — просиял Джереми. — Незрел, именно. Поэтому-то нам и не хватает еды, и мы часто ложимся спать голодными. Гарри недоверчиво поджал губы, но не стал спрашивать. Он работал в одиночку, но все равно как-то выживал и даже ухитрялся иногда сытно поесть — и это при том, что за ним еще и велась охота. Как-то ему не верилось, что Джереми не в состоянии прокормить свою команду, если у него есть целых два «добытчика», не считая его самого. — Но если ты останешься здесь и последишь за мелкими, мы сможем забрать Тома с Кариной. Честно, это очень помогло бы, — Джереми с мольбой взглянул на него. Гарри вздохнул и кивнул; на губах Джереми появилась широкая улыбка. — Отлично! — излишне восторженно воскликнул он. — Тогда я пойду, скажу им… — А я пойду спать, — перебил его Гарри. — Я устал за день. — А, конечно. Ты как, будешь спать с нами, или… — Если это возможно, я предпочел бы отдельную комнату, — покачал головой Гарри. Он был параноиком в достаточной степени, чтобы бояться заснуть с кем-то рядом. А тем более сейчас. — А ты не замерзнешь? — с сомнением посмотрел на него Джереми. Гарри снова покачал головой. — Ну ладно. Мира! Мира мгновенно оказалась рядом с ними, будто и не была только что в ванной; светлые волосы были мокрыми и оставляли влажные следы на одежде, но ее это, казалось, совсем не волновало. — У нас там где-то была еще одна свободная спальня, которая почти не продувается, помнишь? — Угу. Показать ее Джастину? — Точно, — улыбнулся Джереми. — Пошли, — она решительно повернулась к Гарри, и тот машинально завел руки за спину, не желая еще раз быть протащенным по всему дому, будто на буксире. Джереми хихикнул; Мира бросила на него яростный взгляд и задрала нос, развернувшись спиной к ним и всем своим видом демонстрируя независимость. Гарри хмыкнул и мягко подтолкнул ее в спину. — Мира, — тихо сказал он, не отнимая руки, — я очень устал за день, мне больно, и я хочу спать. Прости, если Джереми оскорбил тебя; не сомневаюсь, он не имел этого в виду и вовсе не хотел смеяться над тобой. Мира обернулась и наклонила голову набок, смерив Джереми взглядом; тот, уловив намек, активно закивал. Она величественно кивнула и сделала знак рукой, почти приказывая Гарри следовать за ней. Тот с трудом сдержал душивший его смех и, подмигнув Джереми, поднялся наверх. Спальня оказалось точно такой же, как и общая — разве что тут не было гардероба, а стояла лишь одна кровать. Она была первой по коридору, Гарри и Джереми прошли тогда мимо нее. Мира пожелала ему спокойной ночи и ушла; Гарри закрыл дверь, отчаянно желая, чтобы на ней был замок, и, сбросив свои изрядно поношенные кроссовки, упал на постель, раскинув руки. Он даже не снял куртку — впрочем, одеял тут не было, так что без нее он бы однозначно замерз. Глаза закрывались, ведь за этот день он действительно вымотался, и стоило лишь расслабиться, как он мгновенно уснул.

***

Гарри медленно выплывал из сна, где он жил на Гриммо, 12 с Сириусом, где все были живы, а Волдеморт не докучал им, занимаясь своими делами… В глаза бил солнечный свет. Гарри недовольно сморщил нос и сел на кровати, потирая лоб. Невольно пальцы сами потянулись к месту, где находился… должен был находиться шрам. Он не знал, действительно ли его было невозможно замаскировать, кроме как будучи метаморфом, или он тогда зря доверился и позволил себя убедить, что шрам никак не скрыть. В любом случае, сейчас его лоб был чист и нетронут. Он зевнул и поднялся с постели. Если он правильно понял, Вита, Джереми и Владислав должны были уже уйти, оставив детей на нем — но почему его никто не разбудил? Гарри быстро спустился в ванную, миновав гостиную, умылся ледяной водой и пошел на звук раздающихся где-то рядом голосов. Дети нашлись в той самой комнате, где была проломлена стена. Они весело носились друг за другом, не обращая внимания на валяющиеся то тут, то там обломки и заросший пылью пол. — Ты водишь! — Неа, не поймал! Гарри хмыкнул себе под нос и захлопал в ладоши. Дети, вот уж точно. — Молодцы! — громко сказал он, обращая на себя внимание. — Развивать ловкость и навыки уклонения, используя для этого подручные средства — потрясающая сообразительность! Карина и Мира весело засмеялись, Том презрительно фыркнул. — Ну что, чем вы обычно занимаетесь? — спросил Гарри, проходя в комнату и осматриваясь. Помещение было пустым, только у одной стены стоял пустой книжный стеллаж. Том вздернул нос и отвернулся; Гарри усмехнулся — Том напоминал его самого, только с другой внешностью. Помнится, он тоже так себя вел… впрочем, почему «вел»? И сейчас ведет, вот только возможность представляется редко. — Разговариваем, — пожала плечами Мира. — Играем. Иногда Вита или Владислав показывают или рассказывают что-нибудь. — Ну что ж, — Гарри шагнул к двери и оглянулся, подмигивая улыбнувшимся детям, — тогда пойдемте в гостиную — я вам тоже кое-что могу рассказать. — Что? — заинтересовалась Мира, мгновенно увязываясь за ним. Карина, Сара и Натан пошли за ней, и даже Том, снова фыркнув, последовал за ними. — Я расскажу вам сказку, — голос Гарри стал грустным, но одновременно и мечтательным. — Сказку о маленьком мальчике, который в один прекрасный день узнал, что он волшебник…

***

— И он спас его? Ведь спас, правда? — Конечно, спас, Мира! Это ведь сказка, не будь дурочкой! — Знаешь, Том, и в сказках бывает плохой конец. Но… но ведь эта сказка закончилась хорошо, да, Джастин? — Да, — Гарри усмехнулся, — эта закончилась хорошо. Мальчик спас волшебный камень, и благодаря этому двое людей прожили еще очень и очень долго. А злодей был повержен и с позором улетел в дальние страны. — Неправильно! — со всей серьезностью заявила Мира. — Злодей погиб! Во всех сказках так! Гарри ощутимо вздрогнул. — Он пока не погиб, — тихо произнес он, — но однажды найдется герой, что сразит его. И тогда все наладится. — А ты расскажешь нам еще о том мальчике, что спас камень? — Мира просяще заглянула ему в глаза. — Ну пожалуйста, Джастин! — Расскажу, расскажу, — Гарри улыбнулся и неожиданно для себя потрепал ее по светлым волосам. — Но не сегодня. — Почему?! — Потому что вернулись ваши старшие, — Гарри кивнул в сторону двери, — и, судя по выражению их лиц, сегодня вы сможете сытно поужинать. — Джастин абсолютно прав, — весело сказал Джереми, заходя внутрь. В руках у него был пакет, из которого высовывался батон. — Сегодня мы ужинаем, ребята! Через час все громко разговаривали и смеялись, на время забыв, что такое голод. Джереми и Вита с Владиславом сумели достать достаточно денег, чтобы купить хлеб и молоко, а кое-что даже осталось про запас. Гарри отвел Джереми в сторонку и негромко предложил: — Что, если мы будем брать их с собой? — Кого? — тот широко улыбнулся и кивнул вопросительно посмотревшей на него Вите. — Детей, кого же еще, — он серьезно взглянул на явно ошарашенного Джереми. — Сам подумай, они уже достаточно взрослые. Пора бы им уже помогать, не находишь? Мы с тобой можем поучить их, пока Вита и Владислав будут заниматься делом. — Думаешь? — засомневался Джереми. — Конечно, — убежденно кивнул Гарри. — Живя на улице, ребенком долго не протянешь. Я не останусь с вами надолго, и что вы будете делать, когда присматривать за ними снова станет некому? — Тогда, — Джереми поочередно посмотрел на каждую из стен и потолок, а потом перевел взгляд на Гарри, — тогда завтра возьмем их с собой. — Чудно. Остаток дня Джереми рассказывал, что с ними сегодня случилось, где они были, что делали… Гарри не слушал, просчитывая, как можно будет заинтересовать детей воровством и обманом. Насколько он понял, те знали, чем занимаются старшие, но никогда не сталкивались с этим на практике. Это могло как понравиться, так и отпугнуть, а второй вариант сейчас был неприемлем. Следовало продумать все заранее, и раз уж Джереми не обеспокоился этим, Гарри пришлось делать это самому. Честно говоря, он абсолютно не понимал, как при такой беспечности Джереми удалось собрать вокруг себя группу и стать лидером. Даже Том подходил на эту роль больше, не говоря уж о Вите. Поздно ночью, когда все уже спали, Гарри лежал в своей комнате и раздумывал, куда же пойти после того, как заживет рука. Он ни на секунду не задержался на мысли о том, чтобы остаться здесь. Во-первых, этих людей могли использовать как заложников, если бы каким-то образом разыскали его. Не то чтобы он так уж беспокоился об их судьбе, но он не желал прикрываться детскими телами. Во-вторых, Гарри по сути своей был одиночкой. Даже в Хогвартсе, несмотря на огромное количество людей вокруг, он ограничился Роном и Гермионой. Ему не нравилось находиться в настолько большой компании и хотелось, чтобы эти недели быстрее закончились. И в-третьих, он не мог долго оставаться рядом с магглами. Нет, он не стал магглоненавистником вроде Малфоев — просто ему было неуютно рядом с теми, кто ничего не знает о происходящем в мире. Кто уверен, что постоянные «утечки газа» и «взрывы на электростанции» ими и являются, кто не знает о недавно окончившейся войне. Как раньше он не мог поговорить с волшебниками о кино или книгах, так теперь он терялся, обрывая себя на полуслове, потому что хотелось обсудить, где же все-таки достать палочку или как выбраться из Британии, не привлекая внимания Волдеморта. Гарри вздохнул и повернулся на бок, сдавленно зашипев, когда придавил больную руку. Следовало поспать хоть чуть-чуть, иначе завтра он ни на что не будет годиться. Он закрыл глаза. Спать, просто спать — а о своих проблемах он подумает завтра.