Знание - сила

Миша вырвал свой iPhone из рук Дженсена в попытке унять его хохот. Это не сработало, но он хотя бы попытался, ну, и плюс ему жутко нравилось наблюдать, как Дженсен заливается, и слышать его хихиканье. Миша всегда любил смех Дженсена - особенно, когда он не может сдержаться и смеется всем телом. Откидывается и позволяет смеху, зарождающемуся аж где-то в районе пузана, вырваться наружу. А еще Мише всегда нравилось это словечко - пузан. Он не знает, почему оно ему нравится. Детское какое-то ведь. Эта мысль заставляет его рассмеяться и он обнаруживает, что теперь они смеются с Дженсеном на пару. - Дмитрий? - Дженсен немного успокаивается, срываясь на пару смешков. - Серьезно? - вокруг его глаз снова собираются морщинки, и Миша не может немного не залипнуть на них. Миша перестает хохотать и с видом оскорбленной невинности смотрит на Дженсена. - Ой, да ладно, что плохого в этом имени? Оно, по крайней мере, не такое странное, как Дженсен Эклз или Джаред Падалеки. Ему на самом деле пришлось какое-то время привыкать к именам своих коллег, да и не видит он ничего плохого в шутливых подначках. - Серьезно, кто ТАК называет своих детей? Сколько времени вы запоминали, как пишутся ваши имена? В детском саду же наверняка был ад, - он дополняет свои слова жестами, чтобы донести мысль до Дженсена. На этих словах Дженсен начинает смеяться. - Ну, это нечестно, у нас у всех странные имена, Миша, - Миша ловит язвительный взгляд, но, видит Бог, Дженсен первый начал. - Слушай, сколько раз учителя, проводя перекличку в классе, удивлялись, услышав "Здесь!" от тебя, а не от какой-нибудь девочки? "Дженсен"? Серьезно? Он несколько раз проговаривает имя, перекатывая его на языке, чтобы выделить его как можно сильнее. Если Дженсен хочет играть по-крупному, он даст ему это. В этом разговоре уже не осталось места для мягкости. - Джеееееенсеееен, Джеееееен, Джееееееенни... Дженнифер? - Мишины брови взлетают почти к линии волос, когда он соображает, что именно сказал, и он разражается громким смехом. - О, да пошел ты, - теперь настала очередь Дженсена делать обиженный вид, - "Миша" больше на девчачье имя похоже, в любом случае, - говорит Дженсен на октаву ниже, чем обычно - так похожий на Дина в этот момент. Мише кажется, что он старается защитить свою мужественность, и это еще больше веселит его. Неважно, что говорит Дженсен, Миша не может представить его супербрутальным. Все дело в его губах. Он не может поверить в то, что Дженсен никогда в своей жизни не сосал член, особенно этим ртом. Было время, когда он сам слышал кучу намеков в свою сторону по этому поводу, но, Господи Боже, Дженсен выглядит так, словно он был создан для этого. И эти кривые ноги, они же просто предназначены для того, чтобы обвивать его талию, пока тот трахает его... Член Миши дергается и этим прекращает нить его размышлений (и хихиканье). Он отвлекается. Прокашливаясь и выпрямляясь, он оглядывает Дженсена, который все еще смеется и пытается восстановить дыхание. - Ты козел, - замечает он. Но, как обычно, во время этих споров никогда нет реальной злобы. - Да пофиг, Дмитрий. Клянусь... - говорит Дженсен. Казалось, он собирался остроумно возразить, но послышался стук в дверь, и тут же на пороге появился помощник Дженсена, который сообщил, что все готовы к съемкам. Он встал с дивана, которые они разделяли с Мишей, и вышел. Миша вздохнул и погладил себя по рукам, которые покрылись мурашками от короткого дуновения холодного воздуха. Он серьезно запал на эти кривые ноги.

***

Тому, что случилось, нет никакого сложного объяснения. Они закончили съемки и вернулись в Лос-Анджелес, расслабляясь и выпивая. Миша бы солгал, если бы сказал, что не думал, что когда-нибудь это произойдет. Это было технически неизбежно, учитывая все эти взгляды и то количество времени, что они проводили вместе. Фанаты постоянно толсто намекали на это, подначивая и подстегивая, пока они наконец просто не могли не подумать об этом. Но отговорка типа "фанатки заставили меня это сделать" казалась совсем неубедительной, особенно, по Мишиным стандартам. И в итоге, вот он Миша - в своей спальне на коленях перед другим мужчиной, развалившемся на его кровати. У Миши во рту член Дженсена, и это произошло примерно через одну тысячную секунды после того, как он раздел Дженсена. Они долго к этому шли, и, черт возьми, это круто. Он выпускает член изо рта с пошлым причмокиванием, и Дженсен реагирует громким стоном. Миша улыбается и зарывается лицом в пах Дженсена, посасывая его член у основания. - Наконец, мы это делаем, Джен, - говорит Миша в перерыве между полизываниями и посасываниями, поднимая взгляд на Дженсена. Дженсен с раздражением приподнимается на локтях и выдает что-то среднее между стоном и вздохом. - Не мог бы ты делать это молча? И, черт возьми, Миш, это тебе не леденец, клянусь, я сейчас просто взорв... - Да, да, нахаленок, - Миша улыбается и возвращается к работе. Он планировал заставить Дженсена умолять, но в настоящий момент он решился смягчиться, вероятно, из-за того, что вся кровь, которая должна бы по идее находиться в голове, отлила в его член. Он втягивает головку в рот, и обводит ее языком, собирая смазку, и снова выпускает. Миша сжимает руку и скользит вниз к основанию члена Дженсена; плюет на руку и размазывает жидкость вдоль члена Дженсена, прежде чем снова взять его в рот, крепко держа того за бедра, чтобы он не двигался. Дженсен выдыхает еле слышное "блять", проводит рукой по голове Миши, крепко хватает его за волосы и вознаграждается Мишиным стоном. Миша всегда надеялся, что Дженсен будет из таких парней, кто любит делать такое. Он осознал, что любит, когда во время секса его тянут за волосы, несколько лет назад, когда еще мог похвастать длинной шевелюрой. В его мозгу проскочила мимолетная мысль с надеждой, что Джаред никогда не увидит фотографии его самого с длинными волосами. Он потерял счет шуткам над длинными космами Джареда. Миша мысленно прогоняет непрошеные мысли и ругает себя за то, что позволил себе отвлечься в такой критический момент. Он хочет запомнить это, особенно горький вкус Дженсена на своем языке. Миша двигает ртом вверх и вниз, втягивая щеки и лаская языком нижнюю часть члена Дженсена, массируя толстую вену. Большими пальцами он выписывает маленькие круги на его бедрах. Он берет глубоко, пока не чувствует, что головка члена касается его горла, и замирает на мгновение, давая горлу привыкнуть и расслабиться. Он давненько уже не делал этого, да, подзабыл, что к чему. Он вновь поднимается вверх по члену, посасывая, опять спускается к основанию, позволяя головке пройти сквозь горло, и начинает старательно сосать. Левой рукой он проходит по бедру Дженсена, дотягивается до его живота и застывает, чтобы поласкать местечко вокруг пупка, прежде чем продолжить. Он поглаживает грудь Дженсена вверх и вниз и слушает его задушенные стоны и тяжелое дыхание. Дженсен испускает громкий стон, когда Миша двигает рукой и задевает его уже твердый сосок. Миша несколько раз качает головой, и затем открывает глаза и смотрит вверх на Дженсена, и видит, что тот тоже смотрит на него. Миша усмехается. Ну, как усмехается - настолько, насколько ему позволяет член во рту, и Дженсен стонет, пытаясь вбиться в Мишино горло еще глубже. - Блять, Миш, твой рот... - Дженсен откидывает голову назад и Миша легонько улыбается. Он еще раз жестко отсасывает, выпускает член изо рта, встает и гладит себя через джинсы. Дженсен садится и отползает вверх по кровати, когда Миша забирается сверху, сдергивая с себя футболку и снова нависая над ним. Миша облизывает рот Дженсена и отклоняется, чтобы увидеть легкий шок на его лице. Затем снова склоняется над ним и прижимается к его губам. Он пробегает языком по линии губ Дженсена и тот податливо раскрывается, позволяя Мише изучать себя. После того, как они потратили часы, как им кажется, на изучение вкуса друг друга, Миша отклоняется, смотря в глаза Дженсену, и скользит рукой вниз по своей груди, останавливаясь как раз под пупком и над резинкой нижнего белья. Дженсен глазами отслеживает это движение, и поднимает руки, чтобы расстегнуть Мишину рубашку и облизать и куснуть сосок. Он стягивает брюки Миши так низко, как этого позволяет его поза, и откидывается на спину. Рукой он дотрагивается и обводит веснушку возле соска Миши. - Мне нравится, - произносит он - его голос хриплый и глубокий от возбуждения. Миша улыбается и затем толкает его на кровать так, чтобы самому умудриться снять с себя штаны. Он становится коленями по обе стороны от Дженсена и склоняется для еще одного поцелуя, посасывая язык Дженсена. Он чувствует, как тот оглаживает его плечи и спускается к груди. Дженсен несколько раз проводит руками по Мишиным соскам и вознаграждается стонами на выдохе; кажется, это заводит Мишу. На самом деле, это определенно заводит его, потому что если Дженсен прикоснется губами к этим местечкам, то случится нечто неловкое еще до того, как они перейдут к самому вкусному. Без предупреждения Дженсен переворачивает их и Миша при этом улыбается в поцелуй. Он расставляет ноги, чтобы Дженсену было удобнее потираться членом о Мишин. Он чувствует, как рука скользит со спины ниже, чтобы обхватить его ягодицы, и Миша отвечает, убирая руку с шеи Дженсена и вцепляясь в короткие волосы на затылке, чтобы притянуть того еще ближе. Дженсен стонет и отрывается, чтобы, как думает Миша, узнать, есть ли у того смазка. - Слева. Верхний ящик, - Дженсен бормочет что-то о вживании в роль и чертовых ангельских телепатических способностях, но Миша не особенно прислушивается. Он смотрит, как Дженсен нагибается, чтобы достать тюбик, и фокусируется на выпирающей ключице. Он немного привстает, и влажными мазками облизывает ключицу Дженсена, затем поднимается к шее и присасывается к нежной коже, чтобы оставить свою метку. Дженсен со стоном отклоняется, отрывая Мишу от своей шеи, и смотрит на него. Тот изгибает брови в немом вопросе, но затем видит тюбик со смазкой в руке Дженсена. О... Он, наверное, думает, что с этим делать. Вместо ответа Миша ложится на спину и широко расставляет ноги, проводя пальцами от кромки волос Дженсена и ниже по его спине. Дженсен вздрагивает немного, и Миша слышит щелчок открывшегося тюбика, и он снова соединяет их губы. Он чувствует, как рука нежно гладит его по бедру и затем палец аккуратно оглаживает его вход. Смазка прохладная, но он издает тихий стон в губы Дженсена, когда тот мягко вставляет палец, растягивая его. Он толкается внутрь, встречая небольшое сопротивление, но затем легко вводит весь палец, зарабатывая еще один стон от Миши. Он добавляет еще один палец и начинает двигать ими по принципу ножниц, вытаскивая и снова скользя внутрь, утопая в удовольствии от стонов Миши. Он отклоняется и спускается поцелуями по Мишиной груди, снова беря в рот сосок Миши и потирая языком этот совершенный маленький комочек. - Блять! - Миша вцепляется руками в Дженсена, впиваясь ногтями в его плечи. - Блять, Дженсен, трахни меня уже... Ооо... Дженсен вытаскивает пальцы и хватает тюбик со смазкой, размазывает ее по своему члену, шипя при касании. Миша еще шире разводит ноги (и, да, он немного гордится своей гибкостью, когда дело доходит до секса) и Дженсен прижимается головкой члена к Мишиному входу, склоняясь для короткого поцелуя, и входит. Миша, шипя и кусая губы, подается немного назад, а Дженсен издает стон от ощущения упругого жара, обволакивающего его. Они замирают так на некоторое время, и затем Дженсен начинает двигаться. Но, когда Миша немного вытягивается вверх, чтобы укусить его за шею, он решает немного изменить темп. Дженсен хватает эти прекрасные бедра, он любит эти бедра - эти изумительные кости в форме крыльев, которые постоянно искушают его, выглядывая между Мишиной рубашкой и брюками. Дженсен входит так жестко, как может. Миша издает звук сродни рыку и стону одновременно. Этот звук плывет по воздуху и забирается под кожу Дженсена, впитываясь и прорывая себе путь внутрь него, уютно скрутившись жарким комочком внизу живота. Дженсен так долго это ждал; он надеялся, что Миша будет таким - таким тугим, жарким и трепещущим вокруг него. - Блять, блять, - маты вырываются изо рта Миши без его ведома, и, кажется, что Дженсен выбивает их каждым своим ударом по простате. Он кусает руки и впивается ногтями в спину Дженсена, цепляясь за него так крепко, как только может, поднимая бедра, чтобы получить еще больше Дженсена внутри себя. Миша ощущает себя словно на костре, и чувствует, как огонь распространяется из раскаленного клубка нервов где-то в животе. Одна рука Дженсена соскальзывает, и он с новой силой хватается за бедра Миши. Они оба слегка покрыты капельками пота, и Дженсен сосредоточен на влажных завитках волос по обеим сторонам Мишиной шеи, а также на звуках, которые тот издает. - Блять, Дженсен, сильнее, - бормочет Миша, когда Дженсен касается благословенного пучка нервов. Он вбивается еще жестче и удивляется словам Миши, но чувствует, что мог бы предвидеть их. Мише определенно нравится жесткий и грубый секс, и он сам, черт возьми, нихрена не против. Миша приподнимает ноги вверх и оборачивает их вокруг талии Дженсена, чтобы притянуть его еще ближе, и он так тесно и так чудесно прижимается к Дженсену, что тому кажется, что такими темпами он долго не протянет. Он вбивается в Мишу так сильно, что с каждым рывком выбивает из него воздух; Мишина грудь тяжело вздымается в попытке удержать воздух. Ноги Дженсена начинает сводить судорога, и когда он замедляется, чтобы поменять позу, Миша практически вскрикивает. Он цепляется за спину Дженсену и тот знает, что на ней завтра останутся вызывающие вопросы следы, но ему все равно, потому что это чертово совершенство, и они слишком долго шли к этому. Миша чувствует, что еще чуть-чуть и он умрет, и его мозг фиксирует что, Дженсен произносит нечто, похожее на "совершенство" и "прекрасно". Он больше не может терпеть и опускает руку к своему члену, потому что, если он сейчас не кончит, его мозги просто вытекут из ушей, а тем временем соседи, скорее всего, уже вызвали полицию в связи с подозрительным шумом. Однако Дженсен соображает быстрее. Он хватает руки Миши и пригвождает их над его головой. Мишины колени упираются в его подмышки и он пытается как можно теснее скрестить лодыжки, чтобы удержать Дженсена так глубоко внутри себя, насколько это физически возможно. - Нет, - рычит Дженсен. Миша распахивает глаза, широко раскрывает рот - и он, блять, стонет. Боже, как же он красив. - Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, - Миша умоляет, но Дженсен не отпускает его руки и не останавливается. Из глаз Миши текут слезы и он почти кричит с каждым движением. Дженсен знает, что они оба взорвутся от напряжения, если в ближайшее время это не закончить. - Кончи для меня, - рычит он. Миша всхлипывает вперемешку с непонятными "Я не могу, я не могу, пожалуйста, Джен... аа!" В стене, скорее всего, будет трещина или вмятина от того, что спинка кровати ударяется о нее, но Дженсен полон решимости заставить Мишу кончить только от своего члена, как какую-нибудь девчонку. Ему нужно увидеть это, он хочет знать, хотел ли Миша его так же, как он. - Ты можешь сделать это, я знаю, ну же, - он подбадривает Мишу, в то же время не прекращая вбиваться. - Я не могу, Джен, дотронься до меня, - Дженсен не делает этого, он не думает, что способен пошевелить руками, даже если попытался бы. Единственное, что он может сделать, это продолжать вбиваться в мужчину под ним. - Кончи для меня, Дмитрий. Миша практически скручивается и кончает с такой силой, что его голос срывается на крик. Он так напрягается, что думает, его суставы навечно останутся в такой позиции. Он даже не замечает, что Дженсен кончает в него, пока не чувствует мокрое тепло внутри себя и ощущает расслабленный член Дженсена на себе.

***

Им требуется около получаса, чтобы вернуть себе способность разговаривать. Миша рвано выдыхает и потягивается, прежде чем заговорить. - Господи Боже, - он осознает, что его ноги все еще трясутся от напряжения и оргазма, - почему мы раньше этого не сделали? Он прилагает неимоверные усилия, чтобы повернуть голову и взглянуть на Дженсена, на лице которого застыла глупая улыбка. Дженсен ничего не отвечает, а просто прижимается теснее и припадает к его губам в тягучем и сладком поцелуе.