Молитва

- Простите ... - ели уловимый голос женщины с почти бритой головой, привлекает всеобщей внимание. - Крессида, ты это кому? - Хеймитч видимо уже знаком с женщиной. - Вам всем. - уже увереннее и громче говорит Крессида. - Я получила приказ подготовить ролик для ответа на ... видеопослание Капитолия. - Она запнулась говоря про казнь Пита. - И что дальше? При чем тут мы? - Джоанне явно это не нравится и скрывать это не собирается. - Видео сейчас покажут, я пришла предупредить вас. Вдруг кто-то отреагирует ... плохо. - Её взгляд упал на меня. Ну да, конечно, ведь это я два дня в психушке пролежала. - Тогда зачем вообще этот ролик было делать, ведь вы решили собрать группу? - вопрос Бити был кстати. - У меня был приказ - уже повышая голос, девушка развернулась и собрались уходить как вдруг.        Экран в столовой замирцал. А голос Цезаря оповестил о срочных новостях: "Обращение Президента Сноу!". На экране появился седовласый змей с фирменной отвратительной улыбкой. - Дорогие жители Панема, я призываю всех вас к благоразумию. - его голос звучал так словно он вот-вот заплачет. Но никто ему не поверил бы, даже если бы он тут рыдал. - Зачем нам войны и стражения? Зачем вы сами идете на смерть? Подумайте, что принесет вам эта война? - но тут картинка начинает мирцать и в эфир прорывается новый звук и видео.       И я узнаю этот голос! Я ничего не понимаю, но из экрана льется моя песня: В полночь, в полночь приходи к дубу у реки, Где вздернули парня, убившего троих. - и на экране появляются та самая казнь, которую я хочу забыть. На экране появляется Пит.        Мгновение и на экран вновь возвращается Президент Сноу. Он машет головой из стороны в сторону, не понимая как так получилось. Но мои мысли уже далеко, они остались там, рядом со светловолосым парнишкой, который умел радоваться даже дождю. Странные вещи случаются порой, Не грусти, мы в полночь встретимся с тобой? - и вновь мой голос звучит перекрывая сигнал Капитолия. На экране появляются кадры с первого интервью Пита и Прим. Как она увидев его бежит и обнимает, я бы хотела сейчас оказаться на её место. Моё сердце щемит, и плачет. В полночь, в полночь приходи к дубу у реки, Где мертвец своей милой кричал: «Беги!» - кадры меняются и вот уже показываю арену Квартальной бойни, Пит что если сил зовёт меня, "Китнисс!" Он бежит сквозь джунгли ко мне на помощь. ( Это было снято когда Джоанна напала на меня - мой мозг даёт ответы на те вопросы, которые я не задаю.) Странные вещи случаются порой, Не грусти, мы в полночь встретимся с тобой - показывают как мы сидим на пляже и смотрим на закат. Вдруг, мы уже в поезде, везущем нас в Капитолий на игры, сидим в обнимку и смотрим в большое окно. В полночь, в полночь приходи к дубу у реки. Увидишь, как свободу получают бедняки - вновь арена, но уже семьдесят четвертых игр, и показывают как Пит помогает какому-то парнишки. И когда профи появляются Пит стоит на поляне один. - Этого небыло в эфире - Крессида почти кричит то ли от шока, то ли от восхищения.        Теперь на экране Дистрикты, мятежи, огонь. Люди бросают в миротворцев зажигательные смеси, идут с голыми руками в бой против автоматов. Последняя строчка повторяется, но теперь из уст Пита. Он напивается её расхаживая по своему купе, в поезде во время тура Победителей. - Снова кадр меняется, площадь Двенадцатого и Пит с Хеймитчем освобождает Гейла от оков. Странные вещи случаются порой. Не грусти, мы в полночь встретимся с тобой. - интервью перед Квартальной бойней. Все трибуты берутся за руки, образуя живую цепь. Интервью Пит говорит отдельные слова образующиеся в предложение: "Лучше короткое счастье, чем жизнь по неволи." ( На мгновение, на моем лице появляется улыбка, мои глаза жадно пытаюсь поймать в кадре Пита. Как он улыбается ... Как он такой живой! ) Мои мысли перебивают крики капитолийцев : "Отменить игры!" , "Это жестоко!" "Ребенок, ... Спасти его!" В полночь, в полночь приходи к дубу у реки. И надень на шею ожерелье из пеньки. - я не могу моргнуть и пропустить эти кадры. На них Пит улыбается глядя на Прим. Он весь в крови и почти без сил, но на его лице сияет улыбка и загоняет нож себе под сердце. - Нет!!! - моё сердце сжалось до размера горошины. Я не хочу переживать это снова. Слезы текут со страхом упасть и не вернуться обратно. Я не хочу смотреть и не могу не смотреть. Мой крик оглушает серые стены этих катакомб. Я растворяясь вмести с этим эхо, что звенит здесь.        "Тебе ведь не больно?" - лёгкий шепот и прощальный взгляд. Он вновь прощается с Прим, и со всеми! Его глаза смотрят в небо и лишь шевелятся губы беззвучно зовя меня. Странные вещи случаются порой. Не грусти, мы в полночь встретимся с тобой. - и я появляюсь, шатаясь и ничего не понимая бреду к дереву-Молнии. Смотрю на вверх и отпускаю тетиву. Моя стрела летит в небо и арена начинает гореть.       Опять смена кадра, и показывают меня и Пита целующимися в колеснице. Мы горим в огне! В том огне, что называют жизнь. Пламя с наших костюмов переходит на экран и он начинает гореть. Мы исщезаем, а пламя остаётся. Но белый лучик настойчиво расползается ... это я! В белом свадебном платье для интервью. Я начинаю кружится и свадебный наряд превращается в траур. Чёрное одеяние Сойки-пересмешницы!        Огонь, что съел моё платье продолжает гореть по краям экрана, а голос за кадром пренадлежит Финнику: "Помни кто твой враг!" - и экран гаснет.        Гробовое молчание оглушает своей тяжестью и болью. Лишь мои слезы дают понять, о том что здесь ещё кто-то живой. Я оглядываюсь пытаясь найти выход из этой проклятой столовой, но замечаю как люди прощаются. Они прикладываю три пальца к губам и протягивают руки к экрану.        Посмотрев на него снова, я умираю ... На нем фото трибута украшенная черной лентой в уголке. На фото - Пит Мелларк. - Это и есть ваш ролик? - голос Хеймитча сухой и грозный как и его взгляд. - Если бы - зато в голосе Крессиды тихое смятение и сожеление. - Вы даже после смерти не дадите ему покоя? - мой голос дрожит от злости. Я не задаю вопроса, я озвучиваю правду. - Это не я! - она оборачивается к нам лицом и с искренним взгляд отвечает. - Я бы не смогла сделать такое! У меня нет таких материалов, да и сигнал. - Это не они - голос Бити спасает её - Я не смог пробить защиту Капитолия, так что это видео точно не из Тринадцатого.        Замерев на пару секунд, я мысленно прокручиваю это послание. И замечаю лишь одно, - оно поможет нам! Мы на одной стороне с нашим новым Неизвестный союзником.

***

      Через полчаса когда все успокоились, Койн собрала срочное совещание. Не смотря на моё отвращения от всего здесь происходящего, я приняла в нем участие. Меня утащил туда Хеймитч, полагаю он хотел, чтобы я поняла кое что.       Койн всё таки оставила свой приказ без изменений: "Теперь мы, Победители, - звездный отряд! И должны оказывать моральную поддержку народу." - Почему мы должны сидеть здесь, когда люди там гибнут? - меня не радует мысль красоваться перед камерами, когда убивают жителей дистриктов. - Мисс Эвердин, соблюдайте судординацию. - голос здешнего президента не терпить споров, но не для меня. - Мелларк. - я почти рыжу от злости. - Что? - она заинтересована смотрит на меня. - Я, Китнисс Мелларк! Я не буду улыбаться в камеры, пока люди погибают на поле стражения. - пусть мы поженились из-за операции, но здесь ценят законы. А по закону я имею права носит его фамилию. - Чтож, миссис Мелларк, как пожелаете. Ваш отряд отправиться в Восьмой, вмести со съемочной группой. - я не хотела подставлять остальных, но думаю, что они вряд ли расстроються. - А как же Бити? - Плутарх тихо уточняет про гения. Он конечно тоже Победителей, но сейчас ранен и точно будет лишним на поле боя. - Бити, останется здесь. Он поможет нам уже с готовыми роликами. - Койн всё таки рассуждает логически, здесь от него больше пользы. - Пусть собираюсь все Победители! - её приказ зарождает во мне тревогу. И тут я понимаю, Прим тоже в числе Победителей! - Прим ещё маленькая, пусть останется здесь. В медчасти от неё больше пользы. - я стараюсь держаться, но эмоции так и скачут. - Это точно! - вдруг включается Хеймитч, - Она с самого начала трудиться в больнице, даже помогала лечить Бити. - Значит, в вашей группе она будет за врача. - Койн захлопнув папку, встаёт из-за стола и собирается уйти. - Вы не можете отправить на войну ребенка! - я срываюсь, это была последняя капля - Даже Капитолий дал ей время! Разве вы хуже Сноу?!        Койн застыла у двери. И даже Плутарх не отрывно следит за её движениями. - Если, это нужно для Победы. Тогда, да! - и она уходит.