Брошенный богом мир

Мария ди Анджело продолжала ходить в католическую церковь, даже когда узнала, что в этом нет смысла. Дело в том, что Нико унаследовал от неё эту чёртову тягу к походам в католическую церковь. Он даже носил крестик под одеждой. Со временем Ди Анджело понял, что так тянуло мать к этим старым церквям. Атмосфера, уединение с собственными мыслями и бешенное спокойствие. Нет никакого бога, есть языческие грёбанные боги, которые ничерта не контролируют жизнь смертных. Для них, смертный - развлечение, неумелые и слепые котята, которые без их помощи не смогли бы и огонь развести. Нико помнит, как мать часами сидела на скамье, теребила золотой крестик и смотрела куда-то в потолок. Сейчас парень удивляется и спрашивает самого себя, зачем он это делает. Он один из двух или трёх человек, которые сюда приходят. Но можно смело заявить, что его здесь уже узнаёт каждый священник. Им плевать хотелось на своих детей, многие о них и невспоминают пока не становится слишком поздно. Примером может служить - Лука. Они сами виноваты, они нас бросили. Мария ди Анджело не была спокойной. Мало кто знает о её другой личности, весёлой и вечно куда-то спешащей, будто разогналась убегая от смерти, а остановится не может. - Ты как? - Иди нахер, Джексон, я думаю. Когда плохо Перси, он разыскивает Нико.

***

Где-то внутри Ди Анджело спит ген его матери и когда этот ген просыпается, Нико можно найти пьяного, раздражённого на кладбище рядом с могилой матери. В Ди Анджело просыпается человек, который ругается на родном языке и пьёт дорогой виски, а так же выкуривает по две сигареты в час. Перси приезжает и никогда не подходит к могиле Бьянки или Марии, он понимает, что недостоин находиться рядом с ними. Традиционно сын Посейдона садится напротив растроенного, по большей части пьяного друга и молчит. Кладбище не территория Джексона, он никого не хоронил и не терял в своей жизни... Никого из семьи по крайней мере, точно. - Ты как? - Перси поддерживает сына Аида за плечи и открывает перед ним дверь своего джипа. - В стельку, Джексон, - непрывычно радостно отвечает голос. Нет, это не Нико ди Анджело, это кто-то другой отвечает ему. Возможно, это Мария. Наверное сотня пошёл нахер, Джексон стоят всего одной улыбки сына Аида и слов В стельку, Джексон. Нико уверен, что кто-то там наверху наплевал на их мир. Ну и что? У него есть пачка сигарет и заботливый Персей мать-его Джексон, который вытаскивает его с кладбища и дотаскивает до дома. Пусть боги бросили наш мир. Пусть не следят и продолжают играть в свои божественные интриги. Слышите? Мне плевать на то, что вы нас бросили. Да и вашему спасителю Олимпа, по ходу дела, тоже. - Чего улыбаешься? Нико хмыкает и шутливо кладёт голову на плечо Перси: - Иди нахер, Джексон, - на этот раз это фраза звучит в тысячу раз веселее и совсем не агрессивно.