i can feel you

Я просыпаюсь от привычной головной боли и звука будильника на телефоне. Сам телефон находиться в другом конце комнаты, чтобы мне пришлось встать с кровати, дабы выключить его. Логика. Я издаю непонятный звук, похожий на тихое бурчание и слишком громкий вой. - Нет. - Бубню я, переворачиваясь на живот и пряча лицо в подушках. - Не-е-е-ет. Нет. Нет. Понимая, что это бесполезно, я встаю с кровати и выключаю будильник. Никогда, я повторяю, никогда не ставьте на будильник свою любимую песню, потому что потом... Вы будете ненавидеть ее и избегать. О'кей. Я проснулась. Нет, не проснулась. Я встала с кровати. Сейчас выпью таблетки и буду собираться в школу. *** - Выглядишь, как дерьмо. - Говорит Триш, смотря на меня. - Спасибо. - Саркастично отвечаю я, пряча лицо за волосами. Дело в том, что от вечно ноющей боли в голове, я не могу спать. Вот, например сегодня ночью, я уснул в 6 утра. А проснулся в 8. Конечно, я выгляжу, как дерьмо. За последний год, я спала меньше месяца. За весь год. Это 12 месяцев. За них, обычные люди, спят около 6 месяцев. А я спала только месяц. Вы понимаете, о чем я? - Серьезно. Как дерьмо. - Продолжила Триш. - Словно тебя всю ночь заставляли бегать по всему Майами, с собаками на хвате. - Я поняла. - Нет, я серьезно, Элли. Словно тебя как маленькую какашку размазывали по стеклам всех машин в Майами, а потом заставили бегать по всему городу, с собаками на хвате. А после, отправили в школу. - Начала объяснять Триш. - Что с тобой не так? - Голова болела всю ночь. - Ответила я. - О. А что врач сказал? - Ничего. - Отрезала я. - О'кей. У меня сейчас испанский. Я пошла. - Встретимся в столовой. - Хорошо. Триш уходит, а я потираю сонные глаза, поправляя лямку от рюкзака на плече, и иду в сторону 44 кабинета. Кабинета истории. Может, я бы любила историю, если бы не учитель по истории. Если бы не Остин, дерьмовый, Мун. Если бы она была менее скучный. Если бы.. Если бы.. Если бы... Сев за свою парту, я открываю учебник и просто смотрю в никуда. Я хочу спать. Я хочу есть. Я хочу домой. Звенит звонок. Все заходят в класс. Мистер Фигенс начинает урок с расспроса домашнего задания. А я просто сижу, смотря на свои руки, которые лежат на парте по верх учебника, и борясь с желанием опустить на них голову и уснуть на весь оставшийся учебный год. - Хэй, Доусон. - Шепчет кто-то за моей спиной и в голову мне прилетает комок сжеванной бумаги. Не обращай внимание. - Доусон! - Чего тебе? - Я поворачиваюсь в сторону Остину, сверля его ненавистным взглядом и получаю такой же взгляд в ответ. - Что это с тобой? Твой бойфренд не давал тебе спать всю ночь? - Насмешливо произносит Мун. - А ты что, ревнуешь? - Я ехидно щурю глаза. - Идиотка. - Придурок. - Дерьмо. - Иди к черту, Мун. - Сама иди, зануда. Я бы ответила что-то обидное, но сильная боль в запястье заставляет меня дернуться. Я приподнимаю рукава толстовки, смотря на запястье, на котором пылает, именно пылает, мой парный знак. Я потираю запястье и понимаю, что это очень плохо. - Можно выйти? - Спрашиваю я и не дожидаясь ответа выхожу из класса. Черт. Что за хрень? Кожа вокруг знака красная, словно ее чем-то натирали. Кроме того, вены стали черными. Я просто смотрю на запястье, проводя взглядом по черным венами вверх по руке. Вены доходят до локтя, а затем становятся обычного цвета. Я не понимаю, что за черт?