Волшебная ночь машинок

Молния Маккуин - знаменитый гонщик. Новичок, который выиграл "кубок Поршня". Его знают все, от мала до велика. Его хитроумную белоснежную улыбку, уверенный взгляд, черные шины, которые лопаются почти на каждой гонке. А его красный цвет заставляет притягивать взгляды именно к его яркой персоне. Невозможно было не заметить этого стилягу, когда он проезжал мимо торговых улочек Нью-Йорка. О его романах ходили разные слухи, но никто и предположить не мог, что этот яркий красавчик и надежда гонок всей Америки гей. И в кого же был влюблен Молния... в того, кто всегда на втором месте. В того, кто постоянно дразнит Маккуина. В того, в кого, казалось бы, нельзя влюбиться, исходя из общения этих тачек. В него. В Чико Хитс. Чико "Гром" Хитс всегда второй. Машина явно не следит за манерами. Постоянные подколы в адрес всех конкурсантов гонок, неспортивное поведение на треке, да и вообще, не очень приятный тип. Но именно он, со всеми своими минусами, запал в жестяную душу Маккуина. Именно этот грубый, несносный, зеленый гоблин (как некоторые его называли за спиной) стал любовью для известного гонщика. И дня не проходит, чтобы тачка не думал об этом грубияне. С последней гонки прошел почти месяц. Для Молнии это было ужасное время. Он постоянно думал о том, как часто Чико сливает бензин и, вообще, каким пользуется. Не полопались ли у него шины? А может, он перекрасился в цвета новых спонсоров? Молния не знал. - Эй, Мак! - сидя в своем гараже, Молния решил позвонить своему давнему другу и помощнику. - Хей, Молния, давно не виделись. Как твои дела? Жив? Здоров? - все не унимался радостный грузовик. Он так давно хотел поговорить со старым другом, что уже не находил себе места, но вот позвонить сам никак не решался. - Да-а-а, все нормально. Ты-то как? - состроив подобие улыбки, проговорил Маккуин. - Тоже ничего. - Понятно. Слушай, а ты не знаешь, где сейчас Чико? - Да в Нью-Йорке, вроде. А что? - Мак! Спасибо! Ты мне сейчас так помог. Нажав "отбой", так и не дав договорить Маку, Молния улыбнулся. Завтра он точно увидит Чико.

***

Утро в большом городе было прекрасным. Светило солнце, гудели двигатели птичек-машинок, природа вновь ожила. Каждое утро природа будто оживала заново, даря миру свою красоту. Молния проснулся от того, что лучи солнца пробрались и в его окно, гуляя по этому уютному холостяцкому гнездышку. Но, возможно, после сегодняшнего вечера оно уже не будет таким холостяцким. Молния собирался весь день. Сначала узнавал адрес отеля, в котором остановился Чико, затем номер. И каждые пять минут смотрелся в зеркало, пытаясь найти хоть один изъян, и все-таки находил. То на окне были разводы, то фары недостаточно ярко горели. А ведь все должно быть идеально, Молния надеялся не только на скромные комплименты, но и на нечто большее. И вот он, долгожданный вечер. Маккуин быстро летел по дорогам Нью-Йорка, постоянно думая о том, с чего бы начать разговор, как поприветствовать своего... возлюбленного. Как соблазнить... И вот наконец-то показался отель. Как оказалось позже, у него было всего четыре звезды и практически никакой репутации. Заехав внутрь, машину не удивил столь простой дизайн. Каменная плитка песочного цвета, белые колонны в греческом стиле, бежевые стены... ничего особенного. Пройдя на ресепшн и спросив в каком номере остановился этот грубиян, Маккуин на радостях отправился к лифту. "Четвертый этаж, тридцать второй номер," - именно эти слова постоянно повторял Маккуин. Наконец добравшись до нужного номера, тачка тяжело вдохнул. Он постоянно думал, стоило ли ему приезжать. Но как только дверь сама открылась, Молния успокоился. На пороге показался немного заспанный Чико. Глаза не протерты, окна вспотевшие, шины стертые. В общем, видок не из лучших. Когда Чико уже начал ясно соображать, он уставился на Молнию удивленными глазами. Нет, не то, чтобы он не ждал его, конечно ждал, даже в своих самых мокрых снах ждал. Но гоблин и подумать не мог, что его Маккуин приедет к нему, СЮДА, в этот богом забытый отельчик. - Что ты тут делаешь? - только это смог выдавить из себя удивленный Хитс. - К тебе приехал. Не рад? - с нотками грусти сказал Молния. - Ну, не то, чтобы совсем не рад. Просто неожиданно. - Неждан! - крикнул вдруг Молния и понял, что ляпнул глупость. - Ну, проходи уж. И тачка въехал в этот милый гаражик на две персоны. Молнию немного смутил тот факт, что они впервые наедине. - Чико, ты же понимаешь, что я приехал не просто так, - намек есть намек, он такой. - Да мне срать, че ты приперся. Ты потрахушки что ли хочешь? - Ну-у-у-у... - Не мнись, как первоклашка! - Да, я хочу попробовать. - Пф, сразу бы так. И Чико пошел в наступление. Прижав Молнию к стене, гоблин приказал развернуться ему боком. Открыв бак машины, Чико увидел, как из него немного вытекал бензин. Хитс завелся, и не на шутку. Из его выхлопной трубы шли черные клубы дыма, которые поднимались вверх. Запах этого черного облака дошел до ноздрей Маккуина. Вдохнув его, он понял, насколько он любит этого грубияна. Но возбуждение росло, а из бака Молнии бензин вытекал все обильнее. Чико уже не мог сдерживаться и стал слизывать то, что успело вытечь. - А-а-х, Чико, не останавливайся, - умолял Маккуин, а грубиян и не хотел. Ему было в кайф слышать стоны его партнера. Поэтому Чико стал играть язычком внутри бака, постоянно задевая стенки и слыша все новые и новые стоны. Но его труба уже тоже не могла терпеть этого прикосновения, поэтому Чико развернулся спиной к возбужденной тачке. - Будет немного больно, ибо труба у меня что надо! - сквозь возбуждение сказал Чико. Если он сейчас не вставит Молнии по самый двигатель, то он просто взорвется. Медлить было нельзя, поэтому Чико с разгону вошел в тачку, а у последнего аж фары загорелись. Было больно, но всего лишь чуть-чуть. Немного привыкнув к этим ощущения, Молния посмотрел в зеркало заднего вида на Чико и, моргнув, дал знак, что можно зажигать. Что-то внутри Хитса щелкнуло, и из его выхлопной трубы снова повалил дым. Сначала серый, слабый, но потом он стал черным. Молния просто захлебывался в оргазме. - Чико, я больше не могу. Сейчас газы выйдут! - черный дым повалил из выхлопной трубы, разливаясь по всем внутренностям Молнии. Гоблин вышел на мгновение, чтобы отдышаться, но, услышав сладкий голос Мака, возбуждение вновь возросло с новой силой. - Чико.. вставь.. - Сейчас Маккуин, - и он вставил свою выхлопную трубу прямо в отверстие для заливания бензина. - Ах, Чико!!! Давай быстрее, зажигайся!!! - Сейчас, Макки! И все опять по второму кругу. Молния просто бился в этих ошеломляющих чувствах. Чико больше не сдерживал свои полурыки-полустоны. И плевать на соседей-постояльцев, которые, возможно, хотят выспаться, главное доставить неописуемое удовольствие Молнии и себе. - Ах, ЧИКО, ДАВАЙ, ЗАВОДИ СВОЙ МОТОРЧИК!!! - кричал неугомонный Маккуин, когда Чико выходил из него, и это только больше дразнило и заводило тачку. - Да, Чико! Давай, набирай обороты, - и ведь он набирал. Стрелка спидометра давно показала за 200, что означало лишь одно: он скоро кончит. - Молния, я скоро кончу! - застонал Чико прямо в зеркала любимого, отчего те запотели, а окошки бессовестно то открывались, то закрывались. - Я тоже! Так что поторопись! И машина поторопился. Стрелка грозилась вылететь и разбить защищающее стекло, но двоим тачкам было глубоко плевать. Они любили друг друга, как никто другой. Хитс кончил с именем любовника на устах, запуская в Молнию черные клубы дыма. - Это было волшебно, Чико, - после их бурной ночи тачки уснули. А на утро, быстро приведя себя в порядок, Молния уехал, оставив спящего Хитса одного. Сейчас Маккуин ехал в своем старом друге, грузовик Маке, на очередную гонку, которая проходит в Канаде. Тачка корил себя за то, что так и не смог нормально попрощаться со своим возлюбленным, вот и позвонил. - Я знаю. Мне тоже понравилось, - Чико гордился проделанной работой, и тем, что его парень остался доволен. - Ты же еще приедешь? - Конечно, сейчас только выиграю еще одну гонку и сразу к тебе. Мы же... повторим? - И еще не раз.