He knew...

Тонкий солнечный луч пробрался в комнату. Все солнечные лучи любят играть, и этот не был исключением. Он нашел небольшую щель между штор и устремился в полутемную комнату, надеясь поймать свою цель. Получилось это не сразу, но уже через двадцать минут ожидания, когда солнце взошло немного выше, проказник достал соню, светя точно на закрытые веки. Блондин поморщился, нырнул под простыню, которой укрывался, и отвернулся от проказника, пытаясь поймать ускользающую дрему. Но, как всегда, сделать это оказалось невозможным – к первому проказнику присоединился второй, но уже из плоти и крови, требующий кормежки и утренней ласки. Рыжий, просто огромный кот, хотя он им уже не являлся в полном смысле этого слова, запрыгнул на кровать к своему хозяину, обошел его и легонько коснулся лапкой его лица, потом еще раз, и еще, пока блондин не вздохнул недовольно и не открыл глаза. Потянувшись, парень сел на кровати, с недоверием смотря на часы, что показывали только начало седьмого. Кот же, призывно мяукнув, спрыгнул на пол и направился на кухню, точно зная, что хозяин последует за ним. Блондин же, еще раз тяжело вздохнув, встал и пошел за котом, чтобы покормить его, и поставить себе кофе. Часы медленно отсчитывали минуты, кофе остывал, а блондин задумчиво смотрел куда-то в стену, словно раньше ничего подобного не видел. Кот, расправившись со своим завтраком, запрыгнул хозяину на колени, требуя ласки, и приводя того в чувства. Блондин оторвал взгляд от стены и перевел его на кота, попутно зарываясь рукой в мягкую, рыжую шерсть. - Знаешь, Кью, это немного жестоко – встретить свою любовь, когда тебе остается жить всего девять дней, - тихо проговорил парень. Кот приоткрыл глаза и посмотрел на хозяина. Ему не впервой было выслушивать жалобы блондина на судьбу - практически каждое утро тот делился с ним своими мыслями. И всегда это начиналось со слов «Знаешь, Кью, это немного жестоко…» или «Знаешь, Кью, это несправедливо…». Почему-то все в жизни блондина было жестоко, несправедливо или глупо. Хотя, наверное, это касается не только блондина, просто мир жесток, несправедлив и глуп. – Ну, что ж, - блондин улыбнулся коту, - буду брать от жизни все. У меня, в отличие от тебя, не будет следующего шанса, так что… - блондин убрал кота с колен, - раз уж ты меня разбудил, пойду готовиться к зачету.

***

Кафе, где работал Наруто, было заполнено посетителями. В основном это были парочки, где-то влюбленные, а где-то и просто друзья, ведь сам день располагал к прогулке, которая неминуемо заканчивалась в каком-нибудь кафе. Вечер субботы, первый день лета, прекрасная погода – все складывалось так, что работать не хотелось, но было надо. Кому-то что-то принести, где-то что-то убрать – так серо и скучно. Наруто в очередной раз за день вздохнул. Тихая музыка и легкий шум голосов вгоняли в тоску, а где-то там, на воле, солнце склоняется к горизонту, окрашивая его в алый, где-то тишина и покой, которого так сейчас не хватало блондину. Подготовка к зачету немного отвлекла от мрачных мыслей, но сейчас не на что было переключить внимание, так что Наруто тяжело вздыхал и думал об алом закате, таком же алом, как и его кровь. Наруто был уверен, что будет много крови, если он не сможет обмануть судьбу. Но сможет ли? - Хватит вздыхать, - позади блондина раздался веселый девичий голос, и отнюдь не легкая рука ударила по плечу. – Счет на четвертый столик. Наруто натянул улыбку и обернулся, надеясь, что Сакура не будет задавать ему лишних вопросов. Она была его лучшей подругой, знала его с самого детства и была в курсе его способностей. Говорить на столь щепетильную тему с ней, Наруто не был готов. Если у него получится, то она даже ничего и не узнает, а если не получится, то пускай лучше вспоминает его улыбку, чем меланхолично-задумчивое лицо. - Есть, мой генерал, - Наруто улыбнулся еще шире, от всей души, как мог улыбаться только он. Сакура пробурчала себе что-то под нос и поправила розовую челку, пытаясь скрыть этим движением смешинки в глазах, хотя улыбку скрыть не удалось – она сама по себе появилась на аккуратном личике, делая его еще более милым. Так было всегда, рядом с Наруто хотелось улыбаться, смеяться, как бы тяжело не было на душе. Блондин был отдушиной для Сакуры, тем человеком, к которому всегда можно обратиться, который выслушает, поймет, поможет, и не важно в чем дело: рассталась ли с парнем, уличила ли в измене, предала ли лучшая подруга, умерла ли любимая собачка, а, может быть, просто хорошее настроение, и хочется его с кем-то разделить – Наруто всегда был рядом. И даже сейчас всего одна фраза, и натянутая веселость превратилась в по-настоящему хорошее настроение. Наруто бросил на девушку последний взгляд и прошел к стойке с кассой, автоматически вбивая знакомые данные. Четвертый столик по субботам всегда занимал один и тот же человек, он всегда брал одно и то же, всегда быстро съедал свой салат и заказывал несколько чашек кофе, которые медленно выпивал, внимательно всматриваясь в планшет. В мозг просочилась мысль, что так будет всегда: и на следующей неделе, и через месяц – молодой брюнет будет приходить в кафе, будет делать свой заказ, кто-то будет ему приносить его, и Наруто хотел бы верить, что это будет именно он. - Ваш счет, - Наруто даже не заметил, как, за своими мыслями, подошел к нужному столику. Кривая улыбка нехотя появилась на губах. - Подождите, - знакомый, низкий голос заставил замереть Наруто на месте. - Вы хотели что-то еще? - Да, - Наруто приготовил блокнот и посмотрел на брюнета. Сердце недовольно екнуло – впервые за полгода, что этот парень сюда приходил, их взгляды встретились. Наруто, конечно, и до этого признавал, что брюнет красив, все-таки человека с такой внешностью найти сложно – идеальный овал лица, словно скульптор над ним трудился, а не мать – природа, правильный, прямой нос, тонкие, четко очерченные губы вкупе с ровным, светлым тоном кожи и обжигающе черными волосами создавали действительно ни с чем не сравнимую внешность, но глаза… Наруто в них утонул. На периферии сознания проскочила неуместная мысль о любви с первого взгляда. - До скольки вы работаете? - Извините? – Наруто упустил тот момент, когда брюнет задал вопрос. - Я спросил: до скольки вы работаете? - Кафе открыто до одиннадцати вечера, - язык жил своей жизнью, самостоятельно предоставляя нужную информацию, Наруто же был где-то во мраке… нет, не во мраке, в затягивающей глубине этих черных глаз. - Вы меня не поняли, - брюнет улыбнулся, и мысль с периферии проникла в само сознание. – Меня интересует, до скольки работаете именно вы. - Нам запрещено заводить какие бы то ни было отношения на… - эмоции брюнета изменились, отразившись в черных глазах, и язык выдал нужную посетителю информацию. Он просто не мог не выдать. В этот раз Наруто проиграл судьбе, но больше он не мог себе этого позволить.