Hickory, dickory, dock.

Луч света прорезал полумрак комнаты и заскакал по помещению, оставляя за собой разноцветные блики. Поигравшись с темнотой, он проник чуть дальше, и вслед за ним потянулись остальные лучики, наполняя спальню мягким светом. Темноволосый парень заворочался в кровати и недовольно причмокнул губами, когда комфортная для него темнота растворилась в утренних сумерках. Оставалось еще несколько минут до подъема, и О Сехун собирался использовать их по назначению. Тихий скрип открывающейся двери заставил парня поморщиться и глубже зарыться лицом в подушку: - Господин, вам пора вставать. О Сехун ненавидел утро. Парень со вздохом открыл глаза, медленно моргая и вяло пялясь в одну точку. Каждое утро начиналось одинаково, как у всех нормальных людей. Единственное, что разнилось - в отличие от остальных, парень не мог просто буркнуть "ну мам, еще пять минуточек", повернуться на другой бок и заснуть еще на добрых полчаса. Мать О сбежала, когда Сехуну было десять, и с тех пор ни разу не связалась ни с сыном, ни с его отцом. Так что, вместо семейных посиделок парня теперь ждал приготовленный поваром ужин, а вместо мамы по утрам его будили служанки, которых в доме было целых четыре. Семья О была очень, очень богата. Прошлепав босыми ногами по холодной плитке, парень встал под душ, позволяя себе понежиться под теплыми струями воды еще несколько минут, а затем, накинув на себя халат, спустился к завтраку. - Доброе утро, молодой господин, - мужчина в черном пиджаке низко поклонился жующему бутерброд парню, на что Сехун лишь кивнул, - Как Ваше настроение? Парень пожал плечами - настроение, как настроение. Сехун прекрасно понимал, что все эти вопросы задавались ради соблюдения правил приличия, а потому отпустил дворецкого, получив благодарный поклон в ответ. Оставшись один, О наконец позволил себе расслабиться. По правде говоря, несмотря на всю фальшивость его маленького мира, Сехун был вполне доволен своей уютной золотой клеткой и, более того, никогда не хотел из нее улететь. Конечно, он читал в детстве все те книги, в которых описывалась настоящая дружба, преданная любовь, сумасшедшие узы между людьми. Только вот все это надо было в книгах и оставить, потому что в мире О Сехуна правили деньги и связи. Шатен зевнул, лениво стукая ложкой о стенки кружки с кофе, размешивая приторный сахар. Он мог понять, почему сбежала его мать после жизни с таким тираном, как О-старший. Единственное, чего он никогда не простит женщине - то, что она сбежала без него, оставив мальчика прозябать в одиночестве в огромном доме, наполненном чужими людьми. Сехун понимал и принимал правила игры, зная, что если он даст слабину, из "молодого господина" он превратится в объект для насмешек и издевательств. А потому, помотав головой и разогнав тревожные мысли, он встал из-за стола, переоделся и, приняв из рук служанки дипломат с тетрадями и слегка поклонившись ей, направился в школу. - Молодой господин сегодня особенно задумчив, - подметил водитель, посматривая на парня в зеркало заднего вида. - Предаюсь мыслям о бытие, - хмыкнул Сехун, а мужчина хохотнул - мол, не рановато ли философствовать начал? - В самый раз, ДонМин, в самый раз, - усмехается О, а потом откидывается на спинку сиденья, вдевая наушник и закрывая глаза. Несмотря на то, что у Сехуна был отец, разговаривали они нечасто, да и не были особенно близки. А потому добрый, простоватый ДонМин, знающий все подводные камни этой семьи, всегда старался поддержать мальчишку, который так некстати оказался один в момент, когда компания нужна была больше всего. Сехун же, видевший, что расспросы мужчины хранили в себе что-то большее, чем обычную вежливость, с отзывался на искренний интерес и заботу. - Мы приехали. Не забудьте пообедать и получить еще больше признаний от девушек, - мужчина обернулся и подмигнул парню, залихватски подкрутив усы. Сехун же в ответ нарочито раздраженно закатил глаза, а потом улыбнулся водителю. - Я поделюсь с тобой их телефонами, - кивнув ДонМину, О пригладил идеально уложенные волосы и вышел из машины, захлопнув дверь.

***

- Помотрите, он такой красивый сегодня! - за спиной О шушукались смущающиеся школьницы, и чувствовал он себя, мягко говоря, некомфортно. Впрочем, не то, чтобы ему не нравилось... Сехун был типичным школьным королем. Красивый, высокий, богатый и один из самых умных в классе, О Сехун был воплощением мокрых снов каждой девушки в старшей школе Кьонги. И он беспрекословно соответствовал образу, навязанному ему толпой, за исключением, разве что, того, что не тратил деньги отца налево и направо. Пока его поклонницы восхищенно вздыхали и думали, что Сехун тусуется в каком-нибудь закрытом клубе для богачей, сам О сутками просиживал за учебниками, почти не общаясь с кем-то вне школы. - Й-у-у, Сехун-оппа, а где это ты взял часики из лимитированной коллекции? - Сехун вздрогнул от тоненького писклявого голоса над ухом, а обернувшись, выдохнул: - Тьфу ты, Бэкхен, обязательно так пугать? - То-то я смотрю, ты так испугался, что весь мурашками покрылся, - фыркнул невысокий брюнет с ярко подведенными глазами и бесцеремонно плюхнулся на стул рядом с Сехуном, - Колись, где часы взял? Я их уже месяц караулю! - Да отстань ты, сам же знаешь, что не я это все подбираю, - отмахнулся О от Бэкхена, - Что дали, то и надел. Бен разочарованно вздохнул и недовольно покосился на шатена, пожимающего плечами, а потом подло захихикал, когда к Сехуну подошла очередная испуганная девчонка, дрожащими руками протягивая коробку с надписью "Сехуну-оппе". - Эй, а как насчет Бэкхена-оппы? Я тоже ничего! - окликнул школьницу Бен, демонстративано надувая губы и хлопая ресничками, доводя и без того нервничающую брюнетку до слез. Сехун вздохнул, мысленно извиняясь перед девушкой за своего друга. - Ну и зачем ты так с ней? Она же как лучше хочет, - укоризненно воззрился шатен на Бэкхена. - Да ладно тебе, не она первая, не она последняя, - Бэкхен цепкими пальчиками уже отбирал коробку у О, - Скажи спасибо, что я помог тебе ее выпроводить и избежать неловкости. Кстати, - цапнув подарок, брюнет ловко поддел мизинцем замочек от коробки, открывая ее, - Что там она подарила на этот раз? Надеюсь, конфеты, я голодный как волк, - быстро зашуршав подарочной упаковкой, парень довольно заурчал, когда приметил знакомую обертку от своего любимого шоколада. Сехун покачал головой, но ничего не ответил - бесполезно. Сколько он помнил Бэкхена, он всегда был таким - дерзким, самовлюбленным и чуть хамоватым. Тем не менее это не отменяло достоинств парня, которые вначале были незаметны. Сехун всегда считал, что лучше резкие, но честные, чем те, которые пресмыкаются перед тобой, за спиной бросая колкости в спину, а при всем своем ужасном поведении и напускной грубости, стерва Бэкхен никогда никого не предал. Именно поэтому он был так ценен для Сехуна, порядком подуставшего от двуличности людей вокруг. Впрочем, глядя на то, насколько до омерзения довольным выглядел брюнет, бессовестно жуя чужие конфеты, О хотелось забыть про глубокий внутренний мир Бен Бэкхена и хорошенько надрать ему уши за то, что обидел ни в чем не повинную девочку. Внезапно гул в классе разрезало пронзительное "Лухан-оппа-а-а!", а сердце Сехуна забилось чаще. И нет, вовсе не от того, о чем вы могли ненароком подумать. Если к большинству своих школьных знакомых вечно спокойный Сехун относился абсолютно нейтрально, то этот парень занимал особую нишу в его пирамиде ненависти к окружающим. С самого детства Сехуна преследовал невысокий щуплый паренек с огромными глазами и симпатичным личиком. Именно на его примере юный О очень четко усвоил, что внешность бывает ох как обманчива. Семья Лу жила по соседству с Сехуном, и ребята даже гуляли вместе, называя себя гордым словом "друзья" и не отлипая друг от друга ни на минуту. Лу не были богаты, и отец Сехуна даже запрещал мальчишкам общаться, пока О-младший не нашел лазейку и не начал сматываться на прогулки с Ханем через окно. Сехун еще тогда поражался тому, как маленький светловолосый засранец умудрялся выуживать у умиляющихся аджумм, тискающих его за розовые щечки, конфеты и подарки. При всей своей ангельской наружности, внутри Лухан был настоящим дьяволенком, умело манипулирующим другими людьми и получавшим все, что хотел, едва ударив палец о палец. А потом семья Лу пропала. В очередной раз проснувшись и подбежав к дому Ханя, маленький О наткнулся на заколоченные окна и табличку "продается". Для семилетнего Сехуна это стало настоящим предательством - его единственный друг, которому он рассказывал свои тайны, сидя в самодельном шалаше на заднем дворе, бросил его, даже не попрощавшись. Через несколько лет, они встретились в Кьонги. С возрастом Хань не только не растерял свой навык очаровывать людей, но и многократно его приумножил, с легкостью заняв место одного из самых популярных парней в школе, даже несмотря на то, что его семья не отличалась хорошим достатком. Только теперь Сехун не хотел его признавать, а Лухан почему-то воспылал жгучей ненавистью к бывшему лучшему другу. Они не начинали открытых ссор, не настраивали окружающих друг против друга, но каждая собака в районе их школы знала о холодной войне между принцами Кьонги. Всякий раз, когда Сехун добивался успеха, Лухан смотрел презрительным взглядом и напоминал ему, что все достижения О прямо пропорциональны размеру кошелька его отца. Каждый раз, когда Лухан отвечал на уроке, Сехун мстительно ехидничал и волшебным образом ставил парня в неловкое положение перед всем классом. И каждый чертов раз, когда Сехун чувствовал на себе чужой ненавидящий взгляд, он с вызовом поднимал вверх подбородок и испепелял парня глазами в ответ.

***

В тот день все пошло не так с самого начала. Сехун добрых полчаса корпел над задачей, которую чертов Лухан решил за десять минут и, обворожительно улыбаясь, сдал учителю на проверку, заслужив всеобщее одобрение и восхищенные вздохи. Нелегко было признавать это, но Сехун действительно соперничал с Ханем, хоть и не подавал виду, соревнуясь в количестве достижений и постоянно сравнивая себя со светловолосым. А потому, когда объявили конкурс групповых проектов, О мысленно потирал ручки и торжествовал, потому что собирался вылезти из кожи вон, чтобы затмить надоедливого китайца, вечно мешающегося под ногами. Сехун переглянулся с Бэкхеном, собираясь было поднять руку и записаться в пару на проект, как их опередил высокий голос сидящего сзади Лухана: - Я записываюсь в пару с О Сехуном. По классу пронесся гулкий шепот, а Сехун поперхнулся. Что, простите? Лухан сам вызвался работать с ним? Он резко дернул головой в сторону подозрительно спокойного Ханя, словно спрашивая, что за бред тот только что сболтнул, но блондин только фыркнул и показал ему средний палец в ответ. Сехун глубоко вдохнул и медленно зарылся лицом в ладони. Ближайшая неделя обещала быть очень и очень тяжелой.