"Айдол, который смог" или "Не стоит читать фанфики"

Прошло 4 дня с памятного диалога между Донхэ и Хёкдже. Первый злился, специально избегая второго, в то время, когда второй страдал из-за сказанных слов. В итоге обоим было далеко не весело. Донхэ был настолько обижен, что, даже вскользь заметив Хёка, уходил в другую комнату или игнорировал его. Тот всё это видел, но ничего не мог с этим поделать, ведь причиной такого поведения был он сам. От этого не становилось легче, потому что меньше всего он хотел ранить любимого человека. Единственным утешением, которым он прикрывался от своих мыслей, было то, что если бы Рыбка узнала правду, было бы ещё хуже. "Он не сможет быть естественным со мной, перестанет воспринимать меня как своего друга" – думал Анчоус и делал вид, что всё хорошо, задорно болтая с членами группы и смеясь над их шутками. Сегодня вечером вся группа должна была собраться в кафе, чтобы восстановить силы после тяжёлой работы дружеской компанией за бутылочкой соджу. Графики ребят были перегружены в последний месяц, и они решили таким образом отдохнуть. *** - Оф-фици-ик-ант! Нам ещё! – Закричал на всё кафе уже никакой Кюхён. – И што-бы небед-лно, немед, а к черту, давай сюда! Лидер давно перестал пытаться утихомирить барагозившего макнэ и просто спокойно переговаривался с Канином, смеясь над остальными пьянчужками, хотя и сами были совсем не трезвыми. - Пора идти, - сказал Канин и, взяв под руки Тукки и Кю, выплыл из кафе, а на улице их уже ждал Шиндон. Уже было за полночь, кафе работало до последнего клиента, а ребята никак не хотели уходить из такого уютного местечка. Они были в том состоянии, когда фонарный столб считается отличным собеседником. Только двое были в состоянии мыслить логически и практически трезвые. Шивон и Хёкдже. Всемогущий Шисус не пил, потому что у него накануне были проблемы с желудком, а Хёк, потому что на фоне общего веселья выделялся одна особенно веселившаяся Рыбка, и желание выпить как-то затерялось в невесёлых мыслях. Они остались, что бы проследить, чтобы все ребята благополучно разошлись, но некоторые предпочитали остаться подольше. Во главе сидел Хёк. От Обезьянки Рыбка была на таком же расстоянии, что и от Хичоля и Шивона. Кроме них за столом ещё сидели Сонмин и Реук - Шивон-а, купи мне часики! – Широко улыбался Хичоль, стараясь удержать тяжёлую голову и не упасть вниз лицом. – Я хочу серенькие, с огоньками. И что бы они были крутыми! Как ты-ы. Шивон широко улыбался и, опираясь рукой на свою ногу, удерживал весёлого хёна. - Конечно, куплю. Серенькие и крутые, как я. Вуки тыкал Тыковке в лицо свой телефон и по слогам проговаривал: - Большое содержание этого красителя вредно для здоровья! – Минни внимательно слушал и хмурил брови, словно больше никогда не будет даже прикасаться ни к чему содержащему красители. - Шивон-а покупает Хичолю подарок, – выговаривает Тыковка и поворачивает голову. Реук пару секунд смотрит на свой телефон, кладёт его на стол и поворачивается вместе с Минни. - Ты. То есть вы. Я. То есть Сонмин-а. Мы тоже хотим! – заплетающимся языком проговаривает Вуки и облокачивается на стол, удерживая руками голову. Тыковка утвердительно кивнул и принял ту же позу, что и Вуки. Шивон открыл рот и удивлённо посмотрел на ребят, но вместо него ответил старшенький: - Вам это не надо! – Хичоль обнял шокированного Шисуса и кинул в Реука салатом, который давно лежал на столе. – Ешь свою морковку и не лезь в наш разговор. Шивон-а мой! Только мне можно! Тра-во-яд-но-е. "Идиоты" - подумал Хёк, сделав глоток колы. - Ребята, отстаньте вы от нашего Шивона, иначе он ничего никому не купит. – Сказал Анчоус и ребята сразу как-то приутихли, обижено надув губки. Лошадка на радостях схватил руку Хёка и прижался к ней лбом и посмеялся: - Спасибо, друг! Я уж думал, придётся магазин скупать. Хичоль всхлипнул и лёг на стол, водя пальцем по тарелке. - Никто меня не любит – бормотал он. Донхэ, сидевший с другой стороны Шивона, одной рукой опирался на стол, склонив голову, и стопку за стопкой осушал бутылку. Рыбка поднял голову и, широко улыбнувшись, обнял хозяина бутылки и по совместительству Шивона. - Шивон-а, скажи мне, я хороший? – Вытянул он и пьяно захихикал. Шисус, только освободившийся от объятий хёна, теперь попал в цепкие руки младшенького. - Хороший – хороший, - стараясь отцепить рыбку, отталкивал его от себя. - Не-ет, скажи мне че-естно! – настаивал на своём Донхэ. Шивон глубоко вздохнул и, похлопав рыбку по спине, поднял его голову: - Я смотрю, кто-то совсем плох. Хёк нервно сжал стакан с колой "Убери свои руки!" – Думал он, постукивая пяткой по полу. Донхэ покрутил головой: - Нет, я хороший! Но Хёк меня не любит, - всхлипнул он, - а ты меня любишь? Шивон посмеялся и вновь похлопал парня по спине, а сердце Хёка, кажется, было слышно даже на улице. - Люблю, - сказал сквозь смех Шивон, - Думаю, мне стоит отвезти тебя домой. Хёк резко встал из-за стола, быстро подошёл и схватил Донхэ за руки, отцепляя его от Лошадки. - Давай я это сделаю, я как раз собирался уходить. Но рыбка неожиданно начал вырываться: - Нет! Пусть Шивон проводит! - Я справлюсь, - проигнорировал его анчоус и поднял Донхэ. - Почему ты так со мной? – Всхлипнула рыбка и обвисла в руках парня. Шивон обеспокоенно посмотрел на ребят, но не стал вмешиваться. - Идите ребятки, я позабочусь об этих пьянчужках. - Я забочусь о тебе идиотик, - шепчет Хёк, помогая Фиши собрать свои вещи, разбросанные по столу. - Мне так не нравиться. – Говорит Донхэ и внимательно следит за действиями обезьянки. - Тебе не обязательно это понимать, но так будет лучше для нас обоих. – Ответил тот и приобнял рыбку, чтобы тому было удобнее идти. - Кому легче? - Возмущается Фиши и упирается кулаками в грудь Хёка. – Тебе? Я не хочу так! Я хочу с тобой! Как раньше! Ты же мой лучший друг. – Всхлипывает он, и слёзы текут у него из глаз. Хёк осторожно обнимает друга и выходит из кафе под непонимающим взглядом Шивона.