Outta Control

Родители никогда не разрешали мне краситься. Впрочем, до девяти лет мне и не приходило это в голову. Всегда задавалась вопросом, зачем же тётеньки из телевизора так ярко размалёвывают лица? Слишком ярко. Слишком вычурно. Слишком. Слишком. Слишком. Мама всегда говорила: "Не трогай косметику до того момента, пока не будет для кого это делать". Кто же знал, что этот абстрактный "кто-то" так скоро превратится во вполне конкретного Кайла Брофловски. Поэтому я и решилась в столь раннем возрасте прикоснуться к маминым так надёжно скрываемым от меня запасам. Марк предупреждал меня, говорил, что я стану лёгкого поведения. Глупый. Чему быть - того не миновать! Я очень рада появлению в моей жизни такого светлого человека, как Кайл. Он - моя самая первая любовь. Он научил меня общаться со сверстниками. Он научил меня целоваться. Он - мой учитель по жизни. У моего братишки он тоже первый. Ну, в смысле, первый, кого тот отмудохал. Из-за меня. И когда родители думали, что спасают меня, уводя из "этого омута, полного чертей", они глубоко заблуждались. Я всё равно убегала из дома. Знакомилась с новыми людьми. Мне было плевать кто: мальчики, парни, девушки, мужчины... Главное, чтоб хоть кто-то. Кто-то. Тот самый абстрактный кто-то. Я всё ждала, когда же мне снова на пути встретится "тот конкретный Кайл", но он всё не появлялся, а время шло. А время в наши дни дорого, негоже тратить его зря. В тот момент я впервые решила снова увидеться с Брофловски. Да, он меня явно не ждал, и очень удивился, увидев на пороге. Но он вежливый мальчик, истинный педагог, пригласил войти. Попили чай. Поболтали. Попрощались. Прямо правило трёх "П" какое-то. Но после той встречи... Я стала чаще наведываться к нему. Каждый раз, когда меня использовали и исчезали из моей жизни, я приходила именно к Кайлу. И он утешал меня, обнимал за плечи, даже гладил иногда, когда был особо дружелюбно настроен. Мне казалось, что Брофловски это что-то... Что-то навсегда. Что-то, что было, есть и будет. Все другие, кого я встречала, быстро уходили, так же, как и приходили. Но не Кайл. Он рядом. Он извечно рядом. Быть может, фонтан его пылких чувств ещё не усох, а? А то что-то мне кажется, что мой фонтан пылких чувств ещё не усох.

***

Я снова шла к нему с тем же депрессивным настроем, как и обычно. Снова вываливать весь негатив по поводу моего очередного неудавшегося рандеву. О Иисус, как Кайл меня ещё не послал куда подальше? Да, да, дорогой мой еврей, это опять я. Опять. Я вяло здороваюсь с Айком, Мистером и Миссис Брофловски и мы с моим ненаглядным конкретным другом проходим наверх. - Давай, выкладывай, моя дорогая Путана, - протянул Кайл и подпёр ладонью румяную щёку. Я выдала что-то наподобие улыбки и шутливо пнула парня в бок, отчего тот ловко увернулся. Знаешь, карамельный мой, сегодня я поведу себя нетипично. Хватит с меня страдальческой обыденности. Я подсела к Кайлу ближе и многозначительно заглянула ему в глаза. В душу, можно сказать, ибо рыжий нервно поджал губы. - Что? - глухо буркнул иудей. Я улыбнулась чуть уверенней и попыталась погладить Брофловски по щеке или волосам (как получится, как захочется), но быстро осеклась, прерванная изумлённым выражением лица. - Ну чего ты как дикий, чего как не родной? - мурлыкнула я, а Кайл смущённо вернулся в прежнее положение. - Ты пришла исповедываться, или как? - выгнул бровь мой карамельный. - Да подожди ты, дай потрогать тебя хоть. - В девять лет ещё не натрогалась что ли, - фыркнул Кайл. Тем временем я медленно трогала его щёку, пальцами зарываясь в густые кудри. И была счастлива, поэтому широко лыбилась. Нет, не "улыбалась", не "изгибала губы в улыбке", а именно "лыбилась". Нагло и ярко. - Знаешь, ты похож на солнце, - шепнула я. - Моё солнце. Брофловски снова поражённо озирнулся на меня, но возражать не стал. Ага! - Хоть и вела я себя в последнее время, как распоследняя шлюха, ты был, есть и будешь моей первой и единственной, самой конкретной любовью, - тепло произнесла я. - Я знаю, - стиснул мою руку Кайл. - Толку мне от того, что ты знаешь, - вздохнула я. - Да, да, я тоже тебя люблю, - засмеялся рыжий. - Надеялся, что дополнительные разъяснения тебе ни к чему, ан нет. И я засмеялась вместе с ним. Вместе с ним. А всё-таки, счастье есть. Есть конкретика - есть счастье. И я глубоко надеюсь, что каждого постигнет вот такое вот простое, конкретное, человеческое счастье.