Ли-Ли.

- Сэм велел умолять тебя, если понадобится, даже встать на колени. Он хочет, чтобы ты вернулась домой Ли-Ли. Твоё место – среди нас. Ли-Ли. Меня называли по-разному. Когда я была маленькой, родители называли меня «Милая». Сет, пока не научился нормально говорить, называл меня «Е-а». Конечно, были и другие имена. Я притворялась, что не слышу их, что они не причиняют мне боли. Но ни одно это имя не причиняло такой разрывающей на части агонии, как это имя. Ли-Ли. Так меня всегда называл Сэм, с самого начала, с самого первого дня.

***

Первая встреча. Первый день старшей школы. Он сел рядом с ней, высокий и нескладный, с широкой улыбкой на лице. - Меня зовут Сэм. Его карие глаза были тёплыми и манящими, а она была ужасной скромницей. - Ле… - она запнулась, называя своё имя. – Леа. - Ле-Леа? – эти слова прозвучали бы жестоко, если бы их говорил другой парень, но он смотрел на неё с такой добротой, что она не могла чувствовать обиду. – Может, тогда лучше просто Ли-Ли? - Если ты хочешь.

***

Было легко любить его, пока он не стал отвечать мне взаимностью. Мы стали встречаться вскоре после той первой встречи. У нас было много общих интересов и общих уроков, так что было сложно держаться на расстоянии. Он называл меня «Леа» только тогда, когда между нами происходили споры.

***

- Ну что, Ли-Ли, тебе понравился фильм? – спросил он, взяв её за руку, когда они вышли из кинотеатра. Она кивнула, хоть на самом деле её внимание не было сосредоточено на фильме. Это было их третье свидание, и её подружки не переставали дразнить её прошлым вечером: «Третье свидание? Он обязан поцеловать тебя на третьем свидании!». - Ли-Ли, ты в порядке? - Что? Эмм, да. Да. В порядке. - Хорошо. Потому что, хм… - он остановился на месте и повернулся лицом к ней. Её сердце стало биться быстрее, пока он смотрел на неё, решительно, но одновременно неуверенно. Это было быстро, он едва коснулся её губ своими. Но Лее было плевать. Для неё это был идеальный первый поцелуй, краткий райский момент посреди тёмной улицы, освещаемой только тусклыми фонарями. Это было идеально.

***

Когда он называл меня «Ли-Ли», я всегда была уверена, что ничего плохого не произойдёт. Когда он обнимал меня, обещал, что мы всегда будем вместе и счастливы. Я была достаточно наивной, чтобы довериться ему. Я не могла не винить его во всём, что пошло не так. В конце концов, я не нарушила ни одного из тех обещаний, которые давала ему.

***

- Я люблю тебя, Ли-Ли, - первый раз он сказал эти слова в один из вечеров на удивление тёплого ноября. Они сидели на скалах, наблюдая за закатом. Его рука лежала на её талии, а она прижималась ближе к нему. - Я тоже люблю тебя, Сэм. - Так будет всегда, Ли-Ли? Потому что ты знаешь, что я буду любить тебя всегда. - Всегда и вечно, - поклялась она, и он поцеловал её.

***

Джаред знал все мои счастливые воспоминания, как и я знала его воспоминания, и он точно знал, что значат для меня эти слова. Я говорила себе, что это просто его манипуляции, а не Сэма, не моего Сэма. Он мог больше не любить меня, но он никогда не причинил мне такую боль. Он бы никогда не попросил кого-то повторить эти слова, не для меня, отлично зная первый раз, когда он использовал их…

***

Первый раз, когда они занимались любовью, это происходило в спальне Сэма. Она ясно видела желание в его глазах, но он всё же остановился, чтобы спросить: - Ты уверена, Ли-Ли? Она ответила «да», и он прошептал, что любит её. Когда всё закончилось, они лежали в обнимку, запутавшись в одеяле, тяжело дыша и блестя от пота. Никто из них не хотел двигаться, но Леа знала, что её мама будет переживать, если её долго не будет. - Мне нужно идти домой, - прошептала она, глядя в темноту. Сэм только прижал её ближе к себе. - Ты дома, Ли-Ли. Твоё место здесь.

***

Я знала, когда скалилась и рычала на него, хоть он и не понимал моих слов, что ему не будет больно, что он не поймёт моей боли. Я мысленно проклинала его и говорила, что хочу, чтобы он потерял Ким и понял то отчаяние, которое чувствовала я. Хоть я была в волчьей форме, он ясно видел мою ярость, хоть и не понимал моих слов. Я отчаянно хотела, чтобы ему было больно.

***

- Сэм! Сэм, ты жив! Сэм! – Леа не могла сдерживать слёзы, которые уже стекали по её лицу, когда она бросилась к нему, чуть ли не задыхаясь от облегчения. Она бросилась в его объятия. Он пошатнулся, и она с тревогой посмотрела на него. – Ты весь горишь. И выглядишь… - ужасно. Измученным. Изморенным голодом, - уставшим. Сэм, ты ходил к своей маме? Где ты был эти две недели, Сэм? Он долго обнимал её, с нежностью прижимая к себе. - Кое-что случилось, Ли-Ли. Я не могу… - он вздохнул, зарывшись лицом в её волосы. – Я люблю тебя, Ли-Ли, - его голос надломился, и он только крепче сжал её в своих руках.

***

После этого было тяжело, но всё налаживалось. Я доверяла ему, несмотря на все свои подозрения, несмотря на все сплетни. Я была уверена, что всё станет лучше. Как же я ошибалась.

***

- Эм! – провизжала Леа, бросаясь к своей любимой кузине. – Эм, а это Сэм…

***

Если бы я прожила две сотни лет, что вполне было возможно, я всё равно не забыла бы взгляд Сэма, когда он впервые посмотрел в глаза Эмили. Эта картина выжжена в моём разуме и никак не исчезала, как бы я ни старалась избавиться от неё. Он стал смотреть на неё этим взглядом всегда. Не по своей воле, теперь я знала это, но не могла простить их обоих. Часть меня хотела счастья для Сэма больше всего на свете, и я знала, что он нашёл его, но эта часть была не достаточно сильной, чтобы превратить меня в мученицу, которая будет способна смотреть на них и мило улыбаться.

***

- Теперь всё иначе, Леа. Я не могу ничего с этим поделать. Мне жаль, Леа, действительно жаль. Я бы хотел, чтобы ты смогла понять…

***

С этими словами Ли-Ли умерла. После этого я стала просто Леей, для всех. Мой отец был мёртв, а моя озлобленность не позволяла больше быть «Милой» для мамы. Сет, мой брат, уже не был ребёнком, и я слышала, что все шепчут, когда я прохожу мимо. «Гарпия», «мегера», «стерва» были самыми безобидными, которые я слышала. Но Ли-Ли была мертва. Она существовала давно, в другой жизни. Джареду использовать это имя было непростительно. - Сдаётся, она сама решит, где ей место.