Их проклятье

      Она тянулась к нему с самого детства. Угрюмый мальчик, который сторонился всех, хотел находиться в одиночестве. Да разве объяснишь это солнечной девочке, желавшей совершенно другого? Чтобы все люди, окружавшие её, были счастливы и не замыкались в себе, чтобы жизни радовались так же, как и сама она. И раз за разом Яманака пыталась протоптать тропинку к сердцу ледяного принца. Как только маленькая Ино встретила Учиха, её любимой сказкой стала «Снежная Королева». Парнишка сильно напоминал девочке Кая, а сама Ино стала считать себя Гердой. Блондинка была такой же упрямой и тёплой, желавшей только любви и радости своим близким, а Саске... Саске — копия Кая: у обоих юношей была льдинка в сердце, которой стоило помочь растаять. Но видимо, у Яманака куда больше времени уйдёт на это, чем у её прототипа, и солнечная девочка даже успеет пожалеть о том, что душа у неё настолько добрая.

***

      Яманака Ино долго отваживалась на сей шаг, но решение было уже принято. Из раза в раз он приходил, брал, что ему надо, и оставлял Яманака в одиночестве — если всё и дальше так продолжится, то она завянет, исчезнет под горой его цинизма и высокомерия. Тряхнув копной платиновых волос, девушка начала метаться по комнате словно львица в клетке. Её аквамариновые глаза казались помутнёнными и даже пустыми, и впервые в жизни Ино не хотела улыбаться или продолжать бороться. Она так долго пыталась растопить лёд в его сердце, что уже не осталось ни капли сил. Решение расстаться с Учиха Саске блондинка принимала долгие два года, и когда она наконец приготовилась рассказать ему это, он не приходил, словно чувствуя конец своей тирании.       Звонок в дверь заставил Ино вздрогнуть и застыть на месте. В голове крутились мысли: может, она погорячилась? Может, стоило дать последний шанс этой глыбе льда? Трель продолжала оглушать Яманака, но блондинка была не в силах даже шевельнуться. Помутнение её аквамариновых глаз пропало, и в них начался шторм. Всепоглощающий и отчаянный одновременно. Солнечная девочка, которая ещё жила внутри взрослой и познавшей боль девушки, всё ещё считала себя Гердой и надеялась спасти своего Кая. Только Ино понимала, что это лишь глупые надежды, которые уже не раз разбивались о реальность. Звонок перестал действовать на нервы, и Ино смогла облегчённо вздохнуть: тяжёлый разговор сам собой перенёсся. Да только Яманака напрочь забыла, как около трёх лет назад отдала Учиха дубликат ключей от своей квартиры.       Учиха долгое время не решался прийти к Ино, чувствуя что-то неладное, однако долго без своего солнца он не мог протянуть, вот и пришлось появиться. Нехорошее ощущение только увеличилось, когда ему не открыли дверь по первому звонку. Проклиная Ино в мыслях, он просто-напросто надавил на кнопку звонка и не убирал с неё палец. Сколько прошло времени, парень не заметил и, психанув, открыл дверь своим ключом. Учиха помнил те дни, когда искренне ненавидел солнечную девочку, которая пыталась залезть к нему в душу. Избегал, грубил, был готов даже ударить, лишь бы она отстала от него. Но в итоге парень понял лишь одну простую истину: он к ней привык и уже был не способен жить без неё. Без солнца Саске бы окончательно погряз во льдах, превращаясь в глыбу, коей его часто именовала Яманака.       Проходя в квартиру, парень ненавидел не только себя, но и Ино: как она посмела его игнорировать и заставлять волноваться? Сейчас девушка стояла посреди комнаты и затравленным зверьком смотрела на Учиха. Он, подходя всё ближе, больше походил на монстра, который желал смерти бедной принцессы. Сжав кулаки так, что костяшки пальцев побелели, Саске метался между своих же желаний. Одновременно он хотел и прибить эту наглую девушку, и страстно впиться в её такие уже родные губы. Но Учиха даже себе не мог признаться, что любит это солнце, что без него станет просто существовать. — Уходи, Саске, — тихо проговорила девушка, и из её глаз покатились слёзы. — Что ты сказала? — едва сдержав злость, прохрипел Учиха. — Уходи, прошу. Я больше не могу так, понимаешь? — уже закричала Ино.       Тонкие брови Яманака сошлись на переносице, а лицо блондинки выражало крайнее обречение. Она всем сердцем желала, чтобы тот, кто убивает и губит её, ушёл из её жизни. Дал шанс жить нормально, вернуться к своим друзьям и счастливой, беззаботной жизни. И тем же сердцем хотела, чтобы холодный принц ожил. Чтобы лёд в его душе растаял, и юноша подарил Ино любовь и заботу. Чтобы больше не мучил её своим чувством собственности и злости. Из её аквамариновых глаз продолжали течь слёзы, и девушка уже была не в силах остановить их поток.       Учиха, заметив такое страдание в глазах своего солнца, растерялся, не зная, что делать и как помочь Яманака. Обычно она сама его поддерживала и не давала погрязнуть во льдах, исходящих из его собственного сердца. С одной стороны, он понимал, что из-за его поведения Ино впала в отчаянье, но с другой — он прекрасно знал, что по-иному просто не может. Парень хотел брать её силой и уходить с рассветом, греться в теплоте, что излучала она, и не замёрзнуть окончательно. Положив руку на голову Ино, Учиха приблизил её лицо так, что их носы стали соприкасаться. — Ты моя, Ино, — проговорил Саске, уже не сдерживая ярости. — И ты не посмеешь никуда от меня уйти, поняла? — грубо закончил парень. — Ты меня убиваешь. Отпусти меня, — к отчаянью на её прекрасном лице добавился ещё и умоляющий взгляд. — Я люблю тебя, дура! — закричал Учиха, не сразу поняв, что он сказал.       Саске ощутил некую лёгкость в сердце и продолжил прожигать глаза Ино своим строгим, но вместе с тем теперь ещё и нежным взглядом. Насколько же парень боялся потерять это солнце, что даже решился признаться в любви? Пусть он оскорбил её при этом — несильно, но всё же оскорбил. Главное теперь, Яманака знает его истинные чувства.       Часто заморгав, девушка непонимающе и всё ещё отчаянно посмотрела на любимого. Первое, что она осознала, — слёзы на её щеках высохли, а сердце блондинки перестало сжиматься от боли и отчаянья. И только когда до Ино дошёл смысл последних слов Саске, её лицо озарила счастливая улыбка. Прижавшись к парню, Яманака оставила на его губах мимолётный поцелуй и уткнулась носиком в его широкое плечо. — Прости, прости меня, — бессвязно шептала Ино. — Я тоже люблю тебя.

***

      Солнечная девочка, живущая внутри взрослой Яманака, счастливо улыбнулась. Она стала истинной Гердой, а Саске — Каем. Ино смогла растопить лёд в его сердце и получила за это наивысшую благодарность в виде признания в любви. Их проклятье жить вечной сказкой наконец закончилось.