Public
1 августа 2013 г., 00:24
"Комиссия по справедливой торговле вынесла своё решение, согласно которому SM Entertainment и остальные не должны вмешиваться в деятельность JYJ"
- Мы долго ждали, и этот момент, наконец, настал! После долгого перерыва JYJ снова на национальном телевидении!
- Господи, нет! Перестань снимать!
- Поздно, я уже записываю, улыбайся!
Джеджун послушно растянул губы в улыбке.
- Да, именно так. Дай мне эту наклеенную улыбочку, благодаря которой, все думают, что ты такой холодный и загадочный, - хмыкнул Юнхо, закатывая глаза.
Наконец-то, Дже рассмеялся.
- Но я не готов к съёмке. У меня на голове гнездо. И штаны... Где они вообще?
Юнхо подумал, что Ким ДЖеджун, на четвереньках ищущий в расправленной постели свои штаны - зрелище, достойное KBS. Тем более, что штаны он так и не нашёл.
- Сядь уже ровно, - скомандовал Юнхо, играясь с режимами на камере Дже. - Это же телевизор. В нем всех показывают по пояс. На тебе есть майка, а есть ли на тебе штаны, всем плевать. Ну, кроме меня, разумеется.
Не переставая лучезарно улыбаться, Дже швырнул в него подушкой.
- Хей, это твоя камера, между прочим! - возмутился Юнхо, кидая подушку обратно Дже, и тот благовоспитанно прикрылся ею спереди. - Тебя нельзя показывать по телевизору. Веди себя прилично. Вдруг тебя будут смотреть дети.
- Ты же не покажешь это видео МинМину? - строго спросил Дже, и Юнхо, фыркнув, покачал головой. - А остальные дети не мои дети. Пусть о них думают их родители.
Юнхо сел рядом с Джеджуном, чтобы снять его лицо поближе. Конечно, это можно было сделать, не приближаясь самому, но на этой съемочной площадке Юнхо был главный и делал, что хотел.
- Итак, Ким Джеджун, наступает ответственный момент. Тебе предстоит сделать официальное обращение, которое будет транслироваться по всем каналам во все страны. Рейтинги сто процентов. Все смотрят только на тебя.
- Что, правда? - спросил Дже сквозь зубы, старательно исполняя требование Юнхо сидеть ровно и улыбаться. - Боже, что мне сказать?.. Юнни, где мой сценарий?
- Разве звезде такого масштаба он нужен? - решился подколоть Юнхо, за что получил уже носком в лоб.- Ладно, теперь все серьёзно. Что бы ты хотел сказать в первую очередь?
Джеджун смотрел не в камеру, а на Юнхо, выдерживая эффектную паузу. Если бы его действительно слышали почти семь миллиардов людей, смог бы он собраться с духом и рискнуть всем?
- Я люблю Чон Юнхо.
Он победно взглянул в камеру. Сейчас зал должен был ахнуть, а Юнхо молчал. Дже списал тишину от зрителей на то, что все решили, будто это шутка.
- Я не помню, когда я любил кого-то другого. Наверное, такого никогда не было, - продолжал Джеджун, смело, и даже нагло, глядя в камеру, будто бы все те, кто когда-либо пытался встать между ним и Юнхо, сейчас стоял за этой камерой. - Мы вместе уже почти десять лет и будем вместе еще очень долго. Рано или поздно мы обязательно поженимся и у нас будут дети.
Он остановился, чтобы перевести дыхание. Выражение лица Юнхо было нечитаемо.
- Чон Юнхо, ты слышишь меня? - обратился Дже, зная, что не дождётся ответа, и это не смутило его, ведь на телевидении он бы тоже ничего не услышал. - Я люблю тебя и всегда буду любить.
Юнхо опустил камеру. Он закрыл на пару секунд глаза, а потом внимательно посмотрел на Дже. Тот протянул к нему руки.
- Итак... Нас можно поздравить с первым домашним видео?
Джеджун изумленно вскинул брови, но и правда не смог вспомнить, чтобы они с Юнхо включали камеру в спальне. Он почувствовал нечто вроде предвкушения.
- Поставь камеру на штатив и иди ко мне. Снимем продолжение для ночного выпуска.